Люблю рано вставать – я скорее жаворонок, чем сова. Может быть, поэтому так хорошо чувствую себя в Тибете. Здесь подъем в 5 или 6 – норма, а вечером после заката тянет ко сну. И все же самое любимое мое время суток – это не рассвет, как можно подумать, а закат. (По-моему, у Кастанеды: сумерки – это трещина между мирами, через которую на землю выходят духи.) Воздух перед рассветом полон ожидания солнца и радости, но в нем нет тайны. А на закате и в сумерках даже я – человек, далекий от мистики, – ощущаю какое-то особое волнение, прикосновение к чему-то неведомому. И в этот момент вопрос, который для меня давно решен, – да, со смертью мозга исчезают наше сознание и личность – становится не столь однозначен.

Сегодня закат был особенно великолепен. Сгустилась ночь, небо почернело – и неожиданно треснуло, и в прорезь показалась багряная рука… нет, не рука – тело демона. Это был огненный демон – возможно, Шива – с благородным лицом, оттененным черными дымными волосами. Несколько секунд удивленный Шива глядел в открывшуюся щель – и сразу же спрятался. Совсем стемнело, а я продолжала высматривать духов, как маленькая мистическая дурочка.

В нашей компании все неплохо. Вот кто действительно и маленькая, и дурочка – это Фло. В пути она не умеет держать ритм: то всех обгоняет, то отстает. И все время болтает. Слушаю ее и непроизвольно улыбаюсь этой маленькой выдумщице.

А Юдит держит ритм. Пристраивается за мной и идет очень ровно.

Мне все больше нравится Лев. Есть в нем и теплота, и душевность, и раздумчивость. Он ни в какой мере непохож на строгого начальника экспедиции. Но нам такой и не нужен. Никого не приходится подгонять и торопить. Погружаемся в неспешный поток, учимся замедлять время.