Первым делом после возвращения к обычной жизни Майкл отправился играть в гольф. Что в тот момент происходило с командой, его не волновало до определённого момента, поэтому можно было насладиться минутами покоя. Его жизнь уже давно не была прежней, так как за ним повсюду носилась толпа назойливых папарацци, но градус их наглости хотя бы немного упал. Постепенно до Джордана стали доходить вести из мира баскетбола. Пиппен подписался с «Хьюстоном», наконец-то получив заслуженные деньги. Его Воздушество узнал все детали увольнения Баха, и доверие Майкла к Джексону очень сильно упало. Хоть в глубине души он и понимал, что Филу было непросто держать в узде такую команду.
Сам Майкл не мог официально сказать «прощай» баскетболу, потому что в НБА был объявлен локаут. Его проблемные взаимоотношения с родственниками стали бельмом на глазу. Многих из них не устраивало, что он тратит колоссальные суммы на азартные игры и ведёт, по их мнению, вызывающий образ жизни, при этом не помогая им. Майкл вообще перестал разговаривать с сестрой Сис к тому моменту.
Отношения с матерью трещали по швам, и всё же Майкл обеспечивал ее, оказывая и другие виды помощи, когда Делорис этого просила. Они держали нейтралитет, но ни о каких тёплых моментах сына и мамы уже не шло речи.
Основным вопросом, мучившим Майкла по ночам, стал: чем же заниматься после окончания карьеры? Но сперва надо было покончить с баскетболом. На пресс-конференции в «Юнайтед-центре», приуроченный специально к этому событию, присутствовали по меньшей мере 800 репортёров. Мир понимал феномен фигуры Джордана в спорте и культуре. Они уже были неразрывно связаны с Майклом. Он изменил спорт, раздвинул рамки разумного и показал, что спортсмен может превратиться в личность не то что сопоставимую с президентом, но и имевшую даже больший вес для простых граждан.
13 января 1999 г. Джордан объявил на весь мир, что во второй раз завершает карьеру, правда, оставил долю процента на то, что когда-нибудь может вернуться. «Никогда не говори никогда», – отметил Майкл.
«Я собираюсь наслаждаться жизнью», – ответил Джордан на вопрос о своей дальнейшей жизни за пределами баскетбола. Майкл не стал поливать грязью кого-либо в своей речи, с учётом не самого лучшего расставания с «Чикаго». На церемонии прощания Майкла поддерживала лишь Хуанита, никого из кровных родственников не было.
Майкл вернулся к обычной жизни: проводил время с детьми, играл в свой любимый гольф, веселился вечерами с друзьями, но с каждым новым днём его не покидал соревновательный дух. Правда, теперь он это выражал совсем другим способом. Доставалось его партнёрам по азартным играм. Практически единственное, что не изменилось в его жизни, было то, что он остался в Чикаго.
Такая жизнь, без адреналина, ему быстро наскучила, поэтому он решил попытать счастья в управленческих делах, стать совладельцем клуба НБА или менеджером. Но это лишь было в фантазиях Майкла, на деле никто в «Чикаго» такого поста ему не предлагал, потому что иначе бы пришлось увольнять Краузе, с которым Рейнсдорф не желал расставаться. К тому же два Джерри принимали во внимание тот факт, с какой позиции силы Джордан вёл последние переговоры о своих двух контрактах. Это им было просто невыгодно. К тому же было очевидно; Майкл будет продвигать парней из Северной Каролины, что тоже шло вразрез с ролью рационального управленца.
Принимая во внимание всю масштабность фигуры Джордана, Рейнсдорф не захотел давать ему руководящую должность в «Чикаго». В свою очередь, осознавая то, что Джордан на любом из постов мог бы принести громадную сумму денег, Джерри устал от постоянных спекуляций, интриг и конфликтов и отпустил Майкла в свободное плавание.
Следующей станцией на пути Джордана должна была стать руководящая должность в «Милуоки», но по непонятным причинам этого не произошло. Владелец «Вашингтон Уизардс» Тед Леонсис предложил Майклу стать совладельцем команды. Предложение было принято даже с учётом того, что новый тренер «Лейкерс» Фил Джексон звал Джордана на аналогичную должность в «Лос-Анджелес», но за минимальные деньги. Пораскинув мозгами, Майкл пришёл к выводу, что предложение «Вашингтона»: хорошие деньги и доля в команде, – является более привлекательным. К тому же Леонсис обещал сделать его в дальнейшем основным владельцем клуба.
Немаловажным фактором прихода Джордана в «Уизардс» станет и то, что «Лейкерс» и без него не нуждались в напоминании о себе, с командой, которая в 2000 г. стала чемпионом, имея в составе Шакила О'Нила и Коби Брайанта. «Вашингтон» же пребывал в унынии. Лишь яркая звезда могла оживить клуб из столицы США. Правда, для этого пришлось бы полностью менять состав сотрудников, которые начинали свой путь в «Уизардс», когда клуб ещё назывался «Буллетс». Мажоритарный владелец команды Эйб Поллин приобрёл клуб ещё очень давно, – конечно же, многие из знакомых и друзей Поллина работали ещё с тех давних времён. Старина Эйб сомнительно относился к переменам, поэтому «Вашингтон» оставался командой с огромными проблемами.
Здесь, в «Вашингтоне», многим тренерам давали слишком много времени, а в любом другом клубе его бы уже давно уволили с должности за ужасные результаты. Поллин был хорошим человеком, сделавшим много полезного для Вашингтона, этого не отнять.
Майклу не хватало опыта в сфере управления. В 37 лет он всё ещё готов был выйти на паркет и надрать кому-нибудь задницу, но в любых других вопросах, связанных напрямую с его новой деятельностью, он был полный ноль. Тем не менее одно появление Джордана в Вашингтоне произвело фурор. Этого было достаточно! Началась чистка состава.
Первым делом решено было избавиться от прошедших свой пик игроков с громадными контрактами. Джордан привёл на должность ассистента тренера почти 80-летнего Баха. И лишь после этого начал поиски главного тренера. Он хотел переманить Паксона из «Чикаго», но получил отказ; следующим в списке оказался Майк Джарвис, но специалист запросил неприлично много денег. В итоге выбор Джордана пал на Леонарда Хэмилтона.
После стольких лет внимания к своей персоне Джордан желал ограничить свой круг общения, по возможности минимально общаясь с прессой. Его неполная занятость стала предметом насмешек со стороны офиса «Уизардс». Люди, привыкшие к тому, что на месте Джордана всегда раньше был человек, теперь видели пустующий кабинет в один из рабочих дней. Это наводило их на мысли, а нужен ли он тогда вообще? Его репутация беспринципного трудяги стала рушиться на глазах.
В это же время Майкл старался придерживаться принципа, что за команду говорят её результаты, а не то, на скольких пресс-конференциях он появится. С какой-то стороны он был прав, но он будто бы не осознавал свою роль в этой картине. Его пригласили на работу во многом не из-за его «великих» управленческих навыков, а чтобы он светился на телеэкранах.
Во время одного из мозговых штурмов Джордану пришла мысль выступить за «Вашингтон», тем самым он хотел дать команде уверенность и научить молодёжь своему легендарному подходу. Бах был поражён внезапной идеей и заявил, что это ужасная затея. Тем не менее Майкл, принимая во внимание факт, что «Уизардс» находится в кромешной тьме, готов был рискнуть своей репутацией, чтобы поставить клуб на ноги.
Поллин оказался в восторге от последних новостей. Но сперва Майклу предстояло поучаствовать в драфте НБА. В 2003 г. «Вашингтон» получил право выбирать первым. Вместе со своими помощниками Джордан решил задрафтовать Кваме Брауна, который ещё даже не поступил в университет. Это было роковой ошибкой, так как Браун не оправдает возложенных на него надежд. К слову, сам Майкл приложит к этому свою руку.
Серьёзно набрав вес, Джордан уже не чувствовал себя так легко, как раньше. Тренировки с Гровером помогали ему понемногу приходить в оптимальную форму, но даже её сложно было назвать вменяемой. Колени Майкла уже отыграли своё и держались из последних сил. На своё место Джордан пригласил своего бывшего тренера Дага Коллинза. Более того, Майклу пришлось вернуть долю в клубе Поллину в связи с тем, что действующим игрокам запрещалось иметь акции клубов и одновременно выступать в НБА.
Переставший слепо доверять людям Джордан снова ступил на скользкий лёд, надеясь, что после своего возвращения на административную должность Поллин вернёт ему долю акций. Эта сделка не была никаким образом задокументирована, что впоследствии станет глубочайшей ошибкой. Майкл доверился Эйбу, который никогда никого не увольнял.
Пресс-конференции по поводу второго возвращения Майкла в НБА пришлось отложить в связи с действиями, которые происходили в США 11 сентября 2001 г. Джордан переждал несколько дней после террористической атаки и объявил, что готов надеть на себя форму «Вашингтона» в сезоне 2001/2002, а всю свою зарплату (1 млн) отдаст семьям погибших.
«Я возвращаюсь из-за любви к баскетболу», – объяснял своё решение Майкл. Многие со скептицизмом отнеслись к идее с возвращением, потому что считали: лучше покинуть спорт с высоко поднятой головой и чувством собственного достоинства, чем прозябать внизу турнирной таблицы в «Вашингтоне». «Моя голова стоит на кону, но я ни от кого не бегу. Меня ждёт вызов», – говорил Джордан. Он больше всего в жизни нуждался как раз в таких вызовах.
Единственным стоящим игроком в «Вашингтоне» был Ричард «Рип» Хэмилтон. Естественно, Майкл захотел проверить парня во время тренировочного лагеря, как и всех остальных. Больше других доставалось Брауну. Парень со школьной скамьи попал в клуб НБА, даже не понимая, где оказался, а тут ещё рядом с ним стоит Джордан и орёт на него. У парня были семейные проблемы, но Майкл так насел на парня, что сломал ему карьеру своими «подсказками». В конечном счёте Кваме станет неплохим ролевиком, но не более.
Майкл стал ментором для всех молодых игроков «Уизардс». Они внимали каждому его слову, наслаждались каждым его отточенным до идеала движением, но сказка разбивалась о рифы, когда Джордану что-то не нравилось. А такое случалось часто в команде без особого стиля игры и талантливых игроков. Три сезона вне баскетбола, конечно, дали о себе знать сразу же. К тому же надо понимать, что каждый в лиге мечтал разделаться с тем самым Джорданом, о котором слагали легенды. Под конец года, в матче с «Индианой», Майкл прервал свою серию из 866 игр подряд, в которых он набирал как минимум 10 очков.
Никто не представляет, сколько сил Майкл вложил, чтобы вернуться во второй раз с больными коленями. Теперь он уже не был взрывным игроком, полагаясь только на свой бросок, который всё ещё был отменным. Стабильность его выступлений тоже оставляла желать лучшего. Он заводился, если его подначивали, но после того матча с «Индианой» Джордан решил показать, что всё ещё достоин называться величайшим. В возрасте 38 лет он набрал 51 очко в игре с «Шарлотт». По меркам спорта Майкл уже был глубоким пенсионером, но всё равно оставался на небывалом для многих уровне. Через два дня он был близок к тому, чтобы повторить своё достижение, остановившись на отметке в 45 очков в игре с «Нью-Джерси».
В сезоне настал момент, когда показалось, что Джордан сумеет сделать невозможное и выведет «Вашингтон» в плей-офф – с декабря по февраль команда одержала 21 победу при девяти поражениях, – но Майкл уже не мог держать планку на протяжении целого сезона, сдав позиции. Ближе к концу регулярного чемпионата колени Джордана окончательно вышли из строя, а значит, и надежды «Уизардс» на положительный баланс побед и поражений потерпели крах. Тот сезон клуб закончил со статистикой 37–45. Майкл в среднем за игру набирал 22,9 очка, 5,7 подбора, 5,2 передачи и 1,4 перехвата за 34,9 минуты на паркете. Неплохо для старика?!
Перед началом сезона 2002/2003 «Вашингтон» обменял Хэмилтона в «Детройт» на Джерри Стэкхауза. Планом Майкла же было выходить со скамейки запасных, чтобы роль лидера взял на себя Джерри, а он сам будет помогать ему в важные моменты. Идея казалась здравой вплоть до того момента, как спустя две недели Майкл вернул себя обратно в стартовую пятёрку. Ситуация с коленями лишь ухудшалась от матча к матчу, а победы почему-то не прибавлялись.
Джордан в том сезоне поехал на последний для себя Матч всех звёзд. Он набрал 20 очков и обошёл Абдул-Джаббара в списке лучших снайперов в истории конкурса, но это была лишь услада для ушей, а не для глаз, которые видели перед собой молодых и голодных игроков, которые готовы были сорвать со льва шкуру.
На каждой арене Майклу отдавали почести фанаты за его карьеру в «Чикаго», ему буквально аплодировали стоя практически в каждом городе США. Правда, он продолжал страдать в «Вашингтоне». Джордан провёл все 82 игры в свой последний сезон в баскетболе.
За несколько недель до окончания сезона Поллин решил отстранить Джордана от управленческой должности и сказал, что он может выметаться из клуба куда подальше. Опасения Майкла по поводу доверчивости непонятным людям подтвердились. Его Воздушество ни с кем не сдружился за время своего пребывания в «Уизардс», он в основном разговаривал лишь с теми людьми, которых нанял сам.
Финальное появление на паркете произошло в матче с «Филадельфией», который Майкл, к сожалению, проиграл. Не на такой ноте он хотел уходить из баскетбола навсегда, но такова жизнь, он сам принял её условия. «Вашингтон» закончил сезон 2002/2003 с аналогичным предыдущему результатом – 37–45, снова оказавшись за бортом плей-офф.
Больше шокировал не уход Майкла из баскетбола, а то, как с ним поступил Поллин. По оценкам разных компаний, «Вашингтон» получил порядка 30–40 млн долларов только лишь за счёт невероятной посещаемости в том сезоне, которую команда не видела никогда до этого. При этом сам Джордан сейчас находился в позиции, когда не съедал значительную часть платёжной ведомости, получая почти меньше всех в команде.
Майкл точно не заслуживал такого отношения к себе, учитывая все вводные. Многие уверяли, что Поллин ни за что бы не отдал Джордану мажоритарную часть акций, сделав его владельцем «Уизардс». Этот уход сильно задел Майкла, – наверное, сильнее всего в жизни. Он пропал на год, чтобы потом объявиться в том месте, которое было ему знакомо.