Александр убегает от цензоров на два с половиной месяца в Михайловское, чтобы впервые в жизни пожаловаться на хандру в несохранившемся письме Плетневу, а в сохранившемся ответе Петр Александрович будет корить Пушкина за несопротивление злом меланхолии – с этими гадинами (меланхолия, хандра) надо бороться.
Минута славы
«За „Сашу Пушкина“ передо мой извинился Александр Сергеевич Пушкин – слава и гордость родной словесности».
(Александра Каратыгина)
Список гостей Михайловского пополнил Соболевский, приехавший из Москвы, чтобы сгладить разногласия между Пушкиным и Погодиным вокруг нового журнала (у агентов III отделения другая точка зрения – они докладывают Бенкендорфу: молодой человек Соболевский из московской либеральной шайки едет в деревню к поэту Пушкину и хочет уговорить его ехать с ним за границу). Тем временем Пушкин работает над «Арапом Петра Великого» и седьмой главой «Онегина» (Татьяна уже неспешно поехала в Первопрестольную). А пока в Петербурге, через год после второй, вышла из типографии еще только третья глава «Евгения Онегина» тиражом 1200 экземпляров. Издание отстает от написания на 3–4 главы.
И. И. Шарлемань. Михайловская площадь в Санкт-Петербурге в XIX веке
В середине октября Пушкин поедет из Михайловского в столицу, и эта поездка станет исторической. На станции Боровичи поэт, случайно вступив в карточную игру, проиграет 1600 рублей[13]– но это повседневный, вовсе не исторический проигрыш (в Михайловском Александр Сергеевич лечился от лудомании – в карты на деньги там практически не играл, но как только выезжал за пределы вотчины – неутолимая страсть к игре возобновлялась).
Словесный портрет в интерьере
«Это человек небольшого роста, на первый взгляд не представляющий из себя ничего особенного. Если смотреть на его лицо, начиная с подбородка, то тщетно будешь искать в нем до самых глаз выражения поэтического дара. Но глаза непременно остановят вас: в них вы увидите лучи того огня, которым согреты его стихи – прекрасные, как букет свежих весенних роз, звучные, полные силы и чувства».
(Александр Никитенко, цензор)
«Евгений Онегин». Первое издание
Экстраординарное событие произойдет на станции Залазы. Пушкин совершенно неожиданно столкнется с арестованным одноклассником Кюхельбекером, которого жандармы везли из Шлиссельбургской крепости в Динабургскую. Под впечатлением этой поразительной случайной встречи (оба понимали, что видятся в последний раз) Пушкин пишет одно из самых своих трогательных стихотворений, которое он прочтет 19 октября на квартире у лицейского старосты Михаила Яковлева.
Бог помочь вам, друзья мои,
В заботах жизни, царской службы,
И на пирах разгульной дружбы,
И в сладких таинствах любви!
Бог помочь вам, друзья мои,
И в бурях, и в житейском горе,
В краю чужом, в пустынном море
И в мрачных пропастях земли!
А вообще поэт везет в Петербург череп (у уважающего себя поэта всегда должен быть с собой череп) – чтобы провести на семейном торжестве у Дельвигов знаменитый перформанс со стихами и историческим троллингом.
Прими ж сей череп, Дельвиг, он
Принадлежит тебе по праву…
После этого Александр Сергеевич целый год будет безвылазно жить в Петербурге (этот период займет второе место по постоянству местопребывания; на первом месте – жизненный отрезок в том же Петербурге с августа 1817 по июль 1819 года – 22 с половиной месяца).
Словесный портрет в интерьере
«…это был среднего роста, почти низенький, человечек с длинными, несколько курчавыми по концам волосами, без всяких притязаний, с живыми быстрыми глазами, вертлявый, с порывистыми ужимками, с приятным голосом, в черном сюртуке, в темном жилете, застегнутом наглухо, в небрежно завязанном галстуке».
(Михаил Погодин)