Чибис проснулся от грохота в дверь. Кто-то, не жалея двери-пустотелки строительного вагончика, молотил ее кулаками.

– А чтоб тебя! – пробормотал он, осторожно выползая из-под Гули, забросившей на него свои руку и ногу. Та что-то спросонья пробормотала и, устроившись поудобнее, продолжила спать. Стук в дверь ее не разбудил. К счастью. Эту неделю группа Чибиса была на отдыхе. Ну, и молодеющие супруги настойчиво восполняли недостаток внимания к ним со стороны мужей. Чибис, проходя к двери, взглянул на светлеющее на тумбочке пятно циферблата будильника. Да уж! Спал он, получается, чуть более трех часов.

– Чего тебе? – не стараясь быть вежливым и отчаянно зевая, прямо спросил он посыльного.

– Вот! – сунул тот ему записку и почти сразу умчался.

Щурясь и протирая ото сна глаза, наводя в них резкость, Чибис в утренних сумерках вгляделся в текст. Написано было рукой Фомичева. Почерк его он знал. Через пять минут он уже одетый в привычный камуфляж и слегка ополоснувший лицо, уже стучал в дверь Ахмета, жившего по соседству.

– Ахмет! Поднимай наших! Я в штаб – получать задачу! – громко оповестил он того, услышав, что Ахмет встал и идет к двери.

Пару минут спустя он вошел в модуль, служивший штабом. За столом привычно сидел заметно отягощенный выпитым накануне и коротким сном самодержец, на стульях рядом отчаянно зевали Никодимов и Васильев. Воевода, стоя и проливая на бороду, пил из пластиковой бутылки квас. Тут же толпились посыльные. Стояла какая-то нездоровая суета, настойчиво предвещавшая окончание отдыха. Следом за Чибисом вошел так же не выспавшийся ротный. Фомичев, первым жестом указывая ротному на стул и давая понять, что доведет информацию до всех сразу, вторым подозвал Чибиса к себе и, не здороваясь, поставил задачу.

– Вот он, – Фомичев ткнул пальцем одного из посыльных, – отведет тебя к модулям ельнинцев. Поступаешь в распоряжение полковника Чуприна. Он поставит задачу. Вопросы?

Чибис не знал, кто такой Чуприн, о неких «ельнинцах» только слышал в разговорах, но решив, что раз задачу будет ставить полковник Чуприн, ему он и задаст вопросы, ответил «Никак нет!» и вслед за посыльным вышел из штаба.

Полковник Чуприн выглядел не лучше Фомичева, но работать мог. Точнее, уже работал вовсю. Можно сказать, в его модуле дым стоял коромыслом. Однако, когда Чибис представился по всей форме, выгнал всех лишних из помещения и, указав на стул, поинтересовался:

– Ты кем был в прошлой жизни?

Виктор коротко доложил историю.

– Звание?

– Старлей. Чуть до капитана не хватило. Пары месяцев.

– А здесь что не вырос?

Чибис пожал плечами.

– Здесь это не имеет значения. В моем подчинении бывало и пара человек, а бывало и несколько сотен. Степняков, к примеру.

Полковник усмехнулся.

– Лихо там у вас! У нас давно уже счет бойцов на десятки идет. Правда, есть анклавы, где еще есть и сотни.

Он посерьезнел:

– Вот по этому поводу тебя и вызвали.

И Чуприн дал общую информацию о происходящем и толково поставил уже конкретную задачу на карте.

– Вопросы? – закончив постановку задачи, подытожил полковник.

– Карта нужна, – кратко ответил Чибис.

– Карту подготовит и передаст проводник. Сколько тебе нужно времени на подготовку к маршу?

– Два часа, – прикинув в голове, ответил Чибис.

После сверки часов полковник сообщил:

– Значит, через четыре часа на развилке, – он указал острием карандаша место на карте, – у тебя встреча с проводником. Человек он опытный и знающий наши реалии. Еще вопросы?

– Никак нет!

– Тогда свободен!

Через несколько минут Чибис подошел к своему вагончику. Там уже толпилась вся его группа. Увидев его, все замолкли ожидая, что скажет командир.

– В общем, парни, так! Сюда двигается боевая группа Вологодского анклава, боевая численность до трех тысяч человек с бронетехникой, естественно. Здесь будут через два-три дня. Сейчас стягиваются все боевые подразделения анклавов, включая нашу роту, но уже принято предварительное решение в открытый бой не вступать. Наша задача – подобрать на дороге место, удобное для организации засады. Сейчас команда саперов готовит свои «игрушки» и выдвинется за нами, как только будет готова. Ближайшая наша задача: выдвинуться в район Сафоновского анклава. Там нас встретит проводник с картой, и уже с ним мы выдвинемся на маршрут, где нам нужно работать. Значит так! Жора и Пловец идете к ротному, он в курсе – сейчас всю роту поднимают. Жора, проси у него 152-й. Скорость нам не нужна, дороги вы все тут видели, зато мы все в него влезем вместе с имуществом. Подготовь его с учетом, что мы будем работать в отрыве – то есть запас топлива и боеприпасов по максимуму возможного. На все про все вам полтора часа. Если не укладываетесь – дайте мне знать. Сбор и погрузка на броню – у западного выезда. Всё! Вперед!

В указанный срок не уложились. Была поднята вся рота и, соответственно, все получали боеприпасы и снаряжение, техника заправлялась топливом. Жора с Пловцом парни были авторитетные, однако в роте таких тоже хватало. Ну, не драться же им было? Личный состав расположился на лавках вдоль бортов, для мягкости подсунув под задницы спальники и карематы. Рюкзаки, ящики с патронами и остальное имущество свалили в заднюю часть десантного отсека. Чибис занял свое место рядом с водителем, точнее хозяином БТРа, потому как тот стал для водителя за тридцать лет фактически вторым домом. Тот к своему «железному коню» и относился соответственно – тот всегда был обслужен, отремонтирован и готов к бою. Древность модели в данном случае была в плюс. Машина была проста, надежна и ремонтопригодна.

Чибис успел посмотреть по своей карте былых времен расстояние до перекрестка, где их должны были ждать, и пришел к выводу, что если и опоздают, то буквально на минуты. Это было приемлемо. Действительно, опоздание от назначенного времени составило семь минут. Преодолев мост через Днепр и подъезжая к условленному месту, издалека рассмотрели одинокий уазик на обочине. Завидя их, из него выбрался человек в стандартном камуфляже с «веслом» и рюкзаком за плечами. Он махнул водителю рукой, и уазик, выбросив из-под задних колес пыль, рванул в сторону Сафоново.

Притормозили, и Чибис выбрался из-под брони навстречу проводнику.

– Алексей Николаевич! – протягивая Чибису руку, представился невысокий сухой мужчина с пронзительно-голубыми глазами на простоватом лице.

– Виктор! – пожал протянутую руку тот. – Можно по позывному – Чибис.

– Понял! – кивнул тот в ответ и, достав из планшета карту, тут же разложил ее на крыле БТРа.

– Вот карта. Я «поднял» маршрут. – Чибис склонился над картой, внимательно рассматривая выделенную цветным карандашом тонкую линию дороги, связывающую их с северными анклавами. «Поднятая» часть дороги была от Холм-Жирковского и заканчивалась в районе Новгорода Великого. Судя по обозначению дороги на еще довоенной карты, она никогда не являлась не то что магистралью, а просто оживленной дорогой. Но времена изменились и по факту эта дорога, шириной в две машины в оба направления, стала магистралью.

– А до Холм-Жирков как поедем? – поинтересовался Чибис у проводника, не увидев поднятой часть маршрута до Холм-Жирков.

– Вот здесь, по правому берегу Днепра, – он провел пальцем по карте. И тут же указал рукой уходящую от перекрестка вправо дорогу. – По карте дорога на Холм-Жирки от Сафоново и Вязьмы одинаковы, но в реальности нет. К нам с северов караваны ходят, и дорога имеется, а в Вязьму можно только от нас. Сейчас дорога от Холм-Жирков на Вязьму существует только на карте.

– Понятно! – подтвердил услышанное Чибис и принялся более внимательно рассматривать на карте дорогу между Холм-Жирками и городом Белый. Что сразу бросилось в глаза – район был крайне болотистым и дорогу пересекало множество мелких речушек, что предполагало простор для диверсионной работы.

– Едем! Николаич, садись на мое место рядом с водителем, подсказывай дорогу, а я сверху на броне поеду. Оттуда обзор лучше, – принял решение Чибис и оторвался от карты, складывая ее.

– По местам! – взявшись за скобу на броне, отдал Чибис команду личному составу, перекуривавшему в стороне.

Свернули вправо. Качество дороги резко ухудшилось – участки, с сохранившимся асфальтом перемежались разбитыми грунтовками со следами ремонтов песком и ПГСом. Заросшие в таких местах колеи подсказывали, что дорогой пользовались лишь эпизодически. До этого лета. Потому что на этом фоне резко выделялся свежий след от автоколонн, прошедших здесь в последние месяцы. Этот участок Чибис уже осматривал с полным вниманием, хотя по карте он предварительно отметил в качестве подходящего участок дороги между Холм-Жирковским и Белым. Там дорога проходила по болотистой местности, изрезанной множеством мелких речушек и ручьев.

Холм-Жирковский проехали после полудня. Въехав в поселок, Чибис приказал остановиться и заглушить двигатель. Группа без команды покинула кузов и заняла круговую оборону. Все молча смотрели на поселок, из которого ушла жизнь. Населенный пункт, бывший райцентр, был покинут населением, ушедшим в Сафоново и Вязьму давно. Среди ветшающих и уже развалившихся домов, глядевших на них черными провалами раскрытых или разбитых окон, стояла мертвая тишина. Иногда где-то в отдалении поскрипывала качаемая ветром оконная фрамуга, еще удерживаемая одной петлей. Но этот скрип только подчеркивал безмолвие. Даже в поле, далеко от цивилизации, не бывает такой тишины. Там хотя бы жаворонки поют, перебивая шум ветра. Здесь же… Чибис, давно привыкший за долгие годы к войне, трупам, чужой боли и крови, внезапно почувствовал озноб. Здесь не было жизни.

– Постапокалипсис! – пробормотал про себя он.

– Нам не долго оставалось, – с грустью глядя на останки человеческой цивилизации, произнес проводник. А потом взглянул на Чибиса и добавил: – Если бы не вы.

И уже улыбнувшись, сказал:

– А теперь только в нашем анклаве на триста душ больше. Причем, – он подмигнул повернувшемуся к нему водителю БТР, – молодых и красивых душ! А что больше всего радует – у нас теперь звучит детский смех. И не важно, что эти дети пока говорят на не понятных нам языках. Они уже НАШИ дети! И будут еще! И тогда придет время, и сюда вернется жизнь.

Он уселся на свое место и, закрывая бронированную дверь, бросил:

– Поехали! Нечего стоять. Времени у нас мало, а дорога дальше еще хуже.

До вечера успели добраться до пересечения с насыпью железной дороги, на старой карте обозначенное как «Владимирское». Здесь проводник предложил остановиться на ночевку.

– До Белого осталось примерно 25 километров, но впереди участок, где дорога была проселком и до войны. Точнее, сейчас это просто просека в лесу. Так что хорошо, если к полудню мы до интересующего тебя места доберемся, – разъяснил он.

Чибис согласился и объявил привал на ночь. Пока обустраивались в двух сохранившихся избах, организовывали караульную службу и готовили ужин, стемнело. Перед отбоем получили по связи информацию в завуалированной форме, из которой Чибис понял, что из Сафоново им вслед уже вышла машина с саперами и их имуществом, а завтра поутру оттуда же начнут выдвигаться основные силы.