Фомичева разбудили ночью. Накануне они крепко поддали, отмечая крупную сделку. Стол накрыли сафоновцы, доставившие партию электрических машин и паровых котлов и записавшие в свои ряды почти две сотни новых граждан. На этот день это была крупнейшая сделка. По представлениям Фомичева, перебить этот масштаб могли лишь питерцы, обещавшие поставить крупную партию погружных турбин, металлобрабатывающих станков, оборудования для химической промышленности и судовое. Но пока это было в перспективе. За столом собралась вся верхушка смоленских анклавов. Самыми многочисленными за столом традиционно были представители Руси – кроме ближников царя, за столом собрались и все князья. Они не пропускали такие мероприятия, и не пригласить их было нельзя. Кроме верхушки Вяземского и Десногорского анклавов, с которыми у Руси были наиболее близкие отношения, в этот раз была и делегация из Ельни, которую возглавлял круглолицый плотный и лысый полковник. Фомичев знал лишь глав анклавов, но это ему по рангу и было положено, и ФИО полковника он не запомнил. Остальные для него были массовкой. Впрочем, как и почти все князья из царской свиты для местных. Законы и традиции пьянки имеют вневременную силу. Сначала общие тосты, потом выходы на перекуры и финальная фаза продолжения банкета в узких кружках единомышленников, не глядя на то, что вообще за столом происходит. За плечами каждого были по нескольку десятков лет и каждому было что вспомнить и рассказать, поэтому за временем не следили. Соответственно, периодически требовалось смачивать горло. Погуляли знатно. И хоть Фомичев старался лишь пригубливать, даже этого хватило, чтобы дойти до кондиции. К тому же пили стаканами и рюмками, поэтому процесс потребления напитков был виден всем. И если вначале прокатывало, то, когда коллеги дошли до сакраментального вопроса «Ты меня уважаешь?», уже сам Фомичев ненамного отставал от коллег.

И сейчас Фомичева, даже несмотря на разогнанный омоложением метаболизм, штормило. Это он понял, когда встал с кровати, чтобы открыть дверь, в которую барабанил начальник его личной охраны. По крайней мере его голос слышался из-за закрытой двери.

– Государь! Местный глава просит вас пройти к нему. Он заявил, что имеет крайне важное сообщение для вас, – быстро оттараторил его личник и виновато опустил глаза, оценив состояние царя.

– Что? До утра не ждет? – охрипшим со сна голосом поинтересовался Фомичев, стараясь не дышать в сторону подчиненного. Он даже сам от себя ощущал запах спиртного, и это ему было неприятно. К тому же традиционно для подобного состояния, во рту ему за что-то отомстили кошки. В общем, не расположен он был к общению.

– Он настаивает. Просил передать, что вопрос часов, не дней.

– Ну, пошли. Куда тут идти-то? Я уже и не помню. Только… квасу найди мне.

Так как отмечали на стороне двадцать первого столетия, то всем гостям, не имевшим здесь жилья, крышу над головой организовал Афанасьев. Сам же заночевал в своей квартире на спецобъекте.

К удивлению, в кабинет в штабе Афанасьева Фомичев прибыл последним. Тут были уже все главы, кроме ближников. Выглядели все… в общем, глядя на них, Фомичев понял, как выглядит сам. Что важно – судя по помятым лицам и взъерошенным головам, все сюда прибыли точно так же крайне срочно, не успев хотя бы умыться.

Олег Андреевич выглядел, кроме всего прочего, откровенно встревоженным. Афанасьев сразу предоставил слово Янцену.

– Здороваться не буду, мы расстались… – Янцен взглянул на часы, – да, три часа назад. Извиняться за то, что не дал выспаться и даже привести себя в порядок, тоже. Сразу перехожу к сути. Менее чем полчаса назад мы получили шифровку из питерского анклава. По их сведениям, вчера к нам выдвинулась боевая группа Вологодской общины. Причем отмобилизованная по максимуму. Фактически в анклаве остались женщины, старики и инвалиды. Возглавляет группу лично глава анклава – Бирюков Сергей Викторович, по кличке Бирюк. По косвенным признакам питерцы пришли к выводу, что целью похода является Вяземский анклав. Точнее, живой товар в виде молодых женщин.

Фомичев отметил, как посерьезнели лица местных. И он, чтобы прояснить для себя ситуацию, поинтересовался:

– А можно поподробнее? Кто этот Бирюк? Что из себя представляет Вологодский анклав? И самое главное – состав, численность и вооружение боевой группы. – И тут же добавил: – Если, конечно, что-то известно об этом.

После паузы заговорил Афанасьев:

– Наверное, я введу Сергея Владимировича в курс нашей жизни.

Фомичев пристроился за столом напротив капитана.

– Об этом анклаве ты вряд ли здесь слышал.

Фомичев кивнул, соглашаясь.

– Собственно, это обоснованно, – продолжил Афанасьев. – Вам он не интересен совершенно. Единственный их ресурс – это сталь. Череповец и его заводы под их рукой. Но! Своей руды у них нет. Поэтому если кому-то что-то от них нужно, то требуется обеспечить заказ сырьем. К тому же они не монополисты. Имеются на чистых территориях и другие продавцы стали. Если бы ее требовались тысячи и миллионы тонн, то, наверное, они бы были в фаворе, но подобные объемы остались в далеком довоенном прошлом. В общем, актив у них есть, а выхлоп с него – минимальный. Зато чего у них много, так это людей. Это в сравнении с другими анклавами, – уточнил он. – Поэтому анклав до сих пор самостоятелен. И не только выдержал несколько войн с теми же питерскими, но и сами вологодские ходили в походы на соседей. Правда, в итоге ничего существенного не приобрели. Далее, глава. Бирюк – это не бандит, как могло тебе показаться.

«Знают ли они, кем когда-то был я?» – улыбнулся про себя Фомичев.

– Как раз наоборот! – продолжал меж тем Афанасьев. – Он мент. Что только гораздо опасней, если ты понимаешь. И под его рукой многочисленный анклав с достаточно низким, по нашим временам, уровнем жизни и всеми теми проблемами, характерными для всех. Как мы все понимаем, Бирюка не пригласили и не собирались приглашать к получению столь ценного приза, как надежда на будущее. В вашем перечне, – он посмотрел на Фомичева, – на обмен сталь не значится. И Бирюк, похоже, решил самозаявиться на участие в этом конкурсе с такими призами. Про призы ему доложили. Теперь по боевой группе. Это много пехоты при сравнимом с нами количестве бронетехники. Сравнимом с нами со всеми! То есть вологодские формально сильнее всех смоленских анклавов, вместе взятых. Качество? Ну, трудно сказать. Мы с ними не воевали. Нет общих интересов и спорных тем. Поэтому ничего не скажу. Но как показатель – питерские их под себя прогнуть не смогли. В общем, у нас проблема!

Фомичев, внимательно выслушавший говорившего, задал главный вопрос:

– Сколько у нас есть времени?

Ответил Янцен:

– Они пойдут по единственному маршруту, связывающему нас с северо-западом. Других приемлемых дорог там нет. Думаю два-три дня у нас еще есть. Раньше они не успеют.

– Решение? – Фомичев, даже не задумываясь, привычно вопросительно оглядел всех присутствующих.

Он уже не выглядел не совсем трезвым. И всем внезапно стало удивительным, что этот человек пил с ними несколько часов назад, смеялся их шуткам и рассказывал анекдоты. Сейчас здесь перед ними был совсем другой человек. Его харизма построила их по ранжиру. Тем, кто сейчас сидел за столом, стало неудобно и появилось желание встать.

– Можете рассчитывать, Сергей Владимирович, на бойцов Вяземского анклава, – первым ответил охрипшим голосом Афанасьев.

После чего посмотрел на коллег. Его поддержал Янцен.

– Мы в деле! – решительно заявил он.

– Поддерживаю! – отрапортовал полковник-ельнинец.

– Других вариантов не вижу, – согласился глава Сафоновского анклава.

– С этим ясно. Кто будет командовать? – задал прямой вопрос Фомичев. – Я полагаю – эта ваша земля и вы лучше разбираетесь в реалиях.

Главы переглянулись, и ответил Янцен:

– Сергей Владимирович, так сложилось, что когда наши анклавы выставляли объединенную армию, командовал Алексей Николаевич Чуприн. Полковник Чуприн.

Представитель ельнинского анклава встал, напоминая Фомичеву, что именно он и является полковником Чуприным.

– Значит, утверждаем полковника Чуприна. Я передам вам в подчинение и своих бойцов. Этот момент мы с вами, – Фомичев внимательно посмотрел на полковника, – Алексей Николаевич, обсудим отдельно. Теперь главное! Портал они не возьмут. Однако не хотелось бы допускать их вообще в окрестности Вязьмы. Иначе мы вынуждены будем свернуть все ведущиеся сейчас работы. Сами понимаете, как для нас важен не только каждый день, но и час. Именно поэтому работы по накоплению ценностей ведутся круглосуточно. Давайте исходить из этого. Слушаю предложения.

– Мы это понимаем! – вступил в разговор полковник Чуприн. – Поэтому бой нужно организовывать на маршруте движения вологодской колонны. Я предлагаю следующее.

Из офицерского планшета полковник достал и разложил на столе карту, разместив ее удобной для обзора стороной к Фомичеву.

– Во-первых, боевые группы анклавов перевести в режим готовности, усилить охранение территорий, мобильным резервам прибыть в Сафоново. Там же разместим штаб.

Заметив вопросительный взгляд царя, Чуприн пояснил:

– Дорога в Вязьму идет через окрестности Сафонова. Маршрут – Холм-Жирковский – Пигулино – Хмелита – Вязьма – в настоящее время не проходим. Не существует уже этой дороги.

Острием карандаша он последовательно указал перечисленные населенные пункты, на карте связанные между собой ниточкой дороги.

– Срок сбора мобильных групп – сегодня к вечеру. Скажем, в 22:00 командиры групп должны мне доложить о составе и готовности групп. Далее, необходимо сегодня же отправить подготовленную группу на маршрут, по которому к нам подойдут подразделения Бирюка, с целью проведения рекогносцировки на местности и определения подходящего места для засады. Конкретные решения на бой будут приняты на основании доклада разведки.

– Секунду! – привлек внимание к себе Фомичев. – Для информации: я предоставляю в ваше распоряжение свою стрелковую роту – это поболее трехсот бойцов. Командовать будет командир роты, он и доложит о составе сил и средств. В качестве разведки предлагаю использовать группу Чибиса. Для тех, кто не в курсе – эта группа ходила в рейд с боевой группой Новополоцкого анклава в Ригу. Я командира и костяк группы знаю уже тридцать лет и могу за них поручиться. Но в любом случае желательно иметь местного проводника.

Полковник Чуприн после паузы, кивнул, соглашаясь.

– Принимается. Но мне нужно лично поставить группе задачу. Как быстро я могу это сделать?

Фомичев, ответил, не глядя на часы:

– Через час командир группы будет у вас.

– Тогда за дело! – закрывая совещание, подвел итог Чуприн.