Антон закончил стандартный обход постов и, не зная, куда пойти дальше, остановился неподалеку от ворот ангара. Регулировщик, покрикивая, крутил жезлом, подгоняя въезжающую через портал вереницу машин. Тут же маячили бойцы Афанасьева, отвечавшие за охрану и оборону портала с этой стороны. Подразделение десногорского анклава охраняло внешний периметр вяземской промышленной зоны. Груженые машины, выезжая из ворот и приняв вправо, вытягивались в колонну по обочине дороги в сторону выездных ворот с территории промзоны. С другой стороны стояла почти такая же колонна, ждущая очереди на проезд через портал. Через дорогу перебегали водители, меняясь машинами. Взмахом руки Антон ответил на приветствие одного из жителей анклава, стоявшего у кабины остановившегося автомобиля. Здесь, на территории царства работали водителями люди из Десногорского анклава, а там, на зараженных территориях – местные, попавшие в царский список на омоложение.

«Тоска!» – подумалось Антону. Третий день он здесь, а уже, мягко говоря, некомфортно. Не радует даже солнце и настоящая весна здесь. Но все равно нудно и тоскливо. Ажиотаж, связанный с последними событиями, и ожидание движухи, по которой он так соскучился, спал и свелся опять к рутине. Никаких неожиданностей не предвиделось. Объект – ангар с находящимся в нем порталом перехода, находится на территории тщательно охраняемой промышленной зоны. Которая, в свою очередь, расположена фактически на окраине столицы царства – сильнейшего государства в этом мире. И, что немаловажно, с другой стороны портала территория так же прикрыта и защищена по максимуму возможного на момент существования человеческой цивилизации в финальной стадии. В общем-то, ему просто нужно потерпеть и прожить здесь шесть месяцев, получив в качестве компенсации молодость и здоровье. Так утверждает местный царь и его приближенные. Они, кстати, сейчас живут с семьями с другой стороны перехода. Антон тоже здесь с женой. Как и все остальные, включая его отца и мать. Но, как думается Антону, им все же полегче – возраст способствует спокойному образу жизни. Что характерно, они тут три дня, а отец заявил, что уже чувствует, как у него прибавляются силы. Наверняка это эффект плацебо. Антон даже прислушиваясь к себе, пока что никаких изменений не заметил.

– Тоска! – уже в голос с досадой повторил Антон и сплюнул.

В этот момент вместо грузовика из ворот ангара выскочили два уазика. Первый проехал мимо стоявшего у обочины Антона, внезапно резко затормозил, а потом с пробуксовкой, подняв пыль, сдал назад. Второй уазик едва успел принять влево и сразу же, объехав препятствие, остановился. Из него вышли бойцы охраны царя. Первая машина остановилась прямо напротив Антона, и тот через стекло правой пассажирской двери разглядел сидящего за рулем Фомичева. Царь ожидающе смотрел на него. Антон с недоумением подошел к двери автомобиля и открыл ее.

– Здравствуйте, Сергей Владимирович! – Антон не знал, как следует обращаться к этому человеку. Познания из книг и кинофильмов типа «ваше величество» и так далее ему как-то претили. Он все же был человеком двадцать первого века и не имел опыта общения с властителями такого ранга. Да и не заметил за эти дни, чтобы окружение царя обращалось к нему иначе, как по имени-отчеству.

– Привет! – по-простому ответил самодержец. – Что тоскуешь, Антон Олегович? У тебя это на лице просто написано.

– Да… – Антон махнул рукой.

– Время есть? – поинтересовался Фомичев и, получив утвердительный кивок, предложил: – Тогда садись, прокатимся.

Антон пожал плечами и забрался на пассажирское сиденье. В принципе, до вечера он был свободен.

– Ну, так чего загрустил? – переспросил Фомичев, выруливая на дорогу перед очередным грузовиком. Машина сопровождения пропустила их и пристроилась сзади.

– Скучно, – односложно отозвался Антон.

– Ну… – протянул царь, бросив удивленный взгляд на него, – не самая большая беда.

– Понимаете, раньше мы как бы свыклись с тем, что умрем. Просто умрем и после нас уже ничего не останется. Когда вы показали нам выход из этой безнадеги, лично я почувствовал такой прилив сил, что мне захотелось как когда-то в молодости горы свернуть. И это желание осталось, а реализации его нет. Понимаю, что время идет и результат неизбежен. Но вот свербит у меня что-то внутри, и я с этим поделать ничего не могу.

– Понимаю! – улыбнувшись, хмыкнул Фомичев. – Это как в школе в мае, сидя на уроке возле окна. И уроки прежние, как всегда 45 минут, а терпенья в ожидании звонка уже не хватает.

– Вроде того, – подтвердил Антон.

Фомичев замолчал. Антон, до этого не следивший за дорогой, пригляделся. Ехали они в город. Он уже хотел уточнить, куда конкретно, когда заговорил снова Фомичев.

– А знаешь что, я сейчас еду маленько проинструктировать одну команду перед командировкой. В ней участвует и мой младший сын младшей жены. Так вот предлагаю тебе присоединиться к этой команде.

– А что за команда? Куда отправляется? Насколько и за чем? – насторожился Антон.

– Команда два десятка человек. Воины в основном, врач и пара медсестер. На паруснике пойдут в Средиземное море за товаром для вас.

Антона несколько покоробило слово «товар», когда до него дошло, о чем идет речь. Однако само предложение показалось ему интересным.

– Так я это, не владею холодным оружием, – с опасением в голосе возразил он.

– Мечей там хватает. Как и умелых рук. А ты можешь в привычном снаряжении ехать. Тем более что надевать ты его будешь крайне редко и применение оружия маловероятно.

Антон думал не долго.

– Так! За меня остаться есть кому. Собраться… а когда отъезд?

– Завтра. Успеешь?

– Конечно!

– Отец против не будет? Семья?

– Не будут. Я давно взрослый мальчик.

– Ну, тогда – добро пожаловать на борт! – улыбнулся царь, протягивая руку.

Однако немного погодя Антон испытал сомнения в принятом решении. Когда увидел состав команды, которой его представил Фомичев. В команде не было никого старше тридцати лет. Да что там тридцати! Все в команде были моложе Антона в два и более раза. Взглянув на себя со стороны на фоне этих пацанов, Антон почувствовал себя безнадежно старым. Он уже пожалел о принятом решении, и только нежелание признаваться в этом, а также согласие, данное ранее Фомичеву, заставило его остаться на месте. Немного поправило его настроение то, что молодые люди оказались вполне подготовлены и вопросы, задаваемые ими, были адекватны теме собрания. По крайней мере, так показалось Антону, пока плохо представлявшему путешествие.

Когда общая постановка задачи закончилась, Фомичев подозвал Антона к себе. Рядом с ним стоял белобрысый сероглазый крепыш, одетый по местной моде в смесь двадцать первого и девятого столетий, чем-то неуловимо похожий на Фомичева.

– Познакомьтесь! Мой сын Владимир. А это Антон Олегович Янцен, командир сил самообороны Десногорского анклава. Сын главы анклава – Олега Андреевича Янцена, – представил их друг другу царь. И добавил, уже обращаясь конкретно к сыну: – Сын, Антон Олегович пойдет с вами в этот поход. Он незнаком с нашими реалиями, поэтому попрошу тебя взять над ним шефство. Присмотри за ним, подсказывай, ну, в общем понятно.

И Фомичев оставил их.

Владимир внимательно посмотрел в глаза Антону и протянул руку. Антон пожал ее. Ладонь и кисть были крепкими, с хорошо чувствовавшимися мозолями. Антон отметил про себя, что это вообще особенность людей отсюда – крепкие кисти и мозолистые ладони. Раньше он как-то не обращал на это внимание. Может просто потому, что и Фомичев, и его люди отсюда, выйдя в их мир, имели знакомое снаряжение. Здесь же и у Владимира, и у всех присутствовавших на инструктаже на поясах висели мечи, сабли и тому подобное. Антон не разбирался в этом железе, но это было точно оружие. Сколько оно весило, он представления не имел, но понимал, что работа с ним как раз требует крепкой кисти. Все это связалось воедино только что. Странно, но в тот же миг понимания он почему-то тоже захотел иметь на поясе меч. Какой, он не знал, не разбирался. Зато вспомнил, что именно оружие на поясе в эти времена служило атрибутом каждого свободного мужчины. Это был как половой признак. И ему вдруг нестерпимо захотелось ощутить в руке тяжесть клинка.

– Вы какое снаряжение предполагаете взять? – отпустив руку, поинтересовался Владимир.

– Стандартное, как у ваших стрелков, – ответил Антон. И указав глазами на меч на поясе Владимира, добавил: – У нас такого нет.

– Нормально. Мы в этот поход и огнестрелом комплектуемся на сто процентов. Задача у нас в принципе, с одной стороны, рядовая, а с другой – золота мы берем в поход немало и пойдем далеко. Туда, где мы еще не бывали.

Антон решил воспользоваться моментом.

– А можно мне, – он глазами указал на меч, – приобрести все это? Чтобы не отличаться от вас.

Владимир пожал плечами.

– Да запросто! Только у отца машину нужно попросить, чтобы побыстрее все объехать.

– Да я могу свою вызвать. Только водитель местность тут не знает. – Антон снял с пояса рацию. Мобильных раций, а точнее элементов к ним, оставалось мало. Но у Антона, как одного из руководителей анклава, таковая имелась.

– А что тут знать? Замок с любой окраины города виден. Скажите водителю, мы его у внешних ворот замка ждать будем.

«Тигр» подъехал где-то через полчаса. За это время Антон успел не только расспросить Владимира о холодном оружии, но и подержать в руках его романский меч, весивший, по словам владельца, около полутора килограммов. Владимир посоветовал Антону приобрести что-то полегче. Либо другое оружие, например, секира, но тут же заметил, что она уступает мечу по престижности и именно меч является статусным оружием.

Первым делом заехали в магазин верхней одежды. Не то чтобы Антону нечего было надеть, однако, учитывая район, куда планировался поход, нужно было подобрать соответствующий наряд. К тому же желание Антона обзавестись холодным оружием также определяло подбор одежды. Тот же пояс, к примеру. Для подвеса меча обычный ремень не годился, а офицерские портупеи, входившие в состав снаряжения в советские времена, уже давно канули в Лету. В общем, простое желание иметь меч на самом деле оказалось не таким простым. И все же самое интересное ждало Антона на оружейном заводе. Чего только не было в закромах завода! Если бы не помощь Владимира, процесс бы затянулся. А так, по его рекомендации Антон приобрел абордажную саблю, открытый шлем с широкими полями, называемый морионом, бригантину, наручи, поножи и небольшой щит. Глядя на него, Антон засомневался в его эффективности. Как-то неказисто он выглядел в сравнении с его представлением о щитах. Однако Владимир уверил, что для начала освоения холодного оружия ему будет достаточно и этого.

В общем, день пролетел незаметно, очень познавательно и насыщенно. Вечером Антон, с помощью жены, надел доспех на себя. Заняло это у них около часа, и они оба были не уверены, что все надето, размещено, пристегнуто правильно. Из-за отсутствия в их домике ростового зеркала посмотреть на себя Антон не смог. Жена встретила известие об отъезде мужа типично по-женски – поплакала, но весь вечер собирала его в дорогу. Антон зашел в расположение подразделения, сообщил новость заместителю, проинструктировал того на предмет исполнения служебных обязанностей, отметив для себя, что зам ему завидовал. Сходил к отцу. Тот встретил новость без энтузиазма, но отговаривать не стал, напутствовав словами, чтобы на рожон не лез и был осторожен.