В пучине морской, в глубине среди скал
На белом песке поселился коралл.
Откуда он взялся в безжизненном месте таком?
Он строил свой дом и мечтал об одном:
Чтоб был нерушим его маленький дом,
А кто же на свете из нас не мечтает о том?
А время летело, кораллы росли,
Вбирая солёные соки земли,
Безмолвно родились и жили они много лет.
И детям своим оставляли завет
Увидеть над морем волшебный рассвет
И веря, что в мире прекраснее зрелища нет!
В океане, вокруг островов и около материков существуют величественные коралловые рифы. Строившиеся миллионы лет благодаря биологическому связыванию карбоната кальция, они столь грандиозны, что видны из космоса. Большой Барьерный риф вдоль восточных берегов Австралии тянется более чем на 2 тысячи километров! А иногда коралловые рифы создают самостоятельные океанские острова.
Сегодня я путешествую по стране древних пирамид – Египту. С утра беру маску, ласты, оптику и по зелёной пальмовой аллее иду к морю. Солнечный день и почти полный штиль. Захожу в прозрачную зеленоватую воду, рядом с затонувшим судном, и начинаю, как птица, парить над песчаным дном. Отплыв от берега, замечаю, что сначала в синеве исчезло дно, а затем показались своеобразные «колонны» – коралловые рифы, поднимающиеся к поверхности из тёмных морских глубин. Их создатели – миниатюрные кораллы, самые грандиозные строители в мире. Здесь, на Красном море, рифы протянулись на 2 тысячи километров (!), а сколько их в Индийском океане, в Тихом – несть числа. Причём сами строители – маленькие полипы, образующие вокруг своего тельца кальциевую структуру. За миллионы лет поколения полипов выстраивают совершенно фантастические по форме и размерам сооружения. Каждый из рифов поражает разнообразием видов кораллов. Их здесь видимо-невидимо, самых разных. Медленно шевелятся под действием прибоя извернутые листья и сложные кроны альциноцелл – мягких кораллов. Они имеют разветвлённую прозрачную структуру, в которой хорошо видны кальциевые спикулы, острия. Их цвета варьируют от синего до жёлтого, от оранжевого до розового и фиолетового. А есть ещё ярко-красные и бурые.
Но главные здесь, конечно же, гексакораллы, или мадрепоры – у их каменистых панцирей шесть или кратное шести число отростков. Одни из самых впечатляющих – акропора, замысловатые по форме кораллы, похожие на ветви растений и оленьи рога. Другие виды похожи на ребристые диски, бороздчатые скалы, мозг, пчелиные соты, грибы всех форм и т. д. Отдельно в глубине раскрыли свои веера оранжевые и фиолетовые октокораллы – горгонарии, а рядом вижу золотые растопыренные «пальцы» книдарий – огненных кораллов, ждущих, кого же ещё больно ужалить своими ядовитыми волосками. Об их свойствах я узнал на «собственной шкуре», когда в восхищении прикоснулся к ним рукой. В неё тут же впились сотни жалящих стрекочущих игл. И боль не проходила долго. Так жизнь сама подтверждает железные подводные правила: «Ничего нельзя трогать и ничего нельзя даже касаться под водой!».
Неожиданно попадаю в густое облако, образованное миллионами мельчайших микроорганизмов. Они облепляют меня, и видимость падает полностью. Это Его Величество Планктон – самая нижняя цепочка пищевых «цепей» океана. Причём, как и на суше, здесь есть и своя «флора» – хлорофиллобразующий фитопланктон, и «травоядная фауна» – зоопланктон, поедающий первых. А вот теми и другими кормится сонмище коралловых полипов, ракообразных и рыб, чья жизнь буйно кипит под стать многообразию кораллов. Жёлтые, красные, голубые, полосатые рыбки стайками и поодиночке снуют между коралловых отростков, каждый добывая себе пропитание как может. Здесь же вижу звенья вторичной коралловой «цепи» – рыб, поедающих кораллы. Да, да! Полипы, сидящие внутри кальциевой капсулы, очень вкусны, но как добраться до них? А для этого у рыбок есть зубки, почище волчьих из «Красной Шапочки». Подобно миниатюрным молотилкам, день и ночь грызут рифы тысячи и тысячи рыб-попугаев, добираясь с вожделением до нежных телец полипов. Радужные красавцы-кораллы, пройдя через кишечник «попугаев», наружу выходят уже в виде белоснежного песка, который так любят отдыхающие и который покрывает побережья тысяч и тысяч морских атоллов и островов. Меня встречает и провожает глазом огромная рыба, групер, охраняющий свой участок кораллов, на котором и охотится (весит он до полутонны!). А под веткой горгонарии притаилась расцвеченная всеми цветами радуги хищная зебра-крылатка, увенчанная ядовитыми шипами. Так же опасны и все её родичи – морские скорпены. Это бородавчатки, рыбы-жабы, дракончики и скорпены. Настоящие мастера камуфляжа, увидеть которых невозможно даже уставившись на них в упор! Они же видят всех и вся, растопырив ядовитые иглы…
Здесь, под водой, маскировка и камуфляж идут рядом, бок о бок с эпатажем, и понять их предназначение очень сложно. Вот яркий, черно-жёлтый полосатый морской ангел величаво подставляет мне свой бок для хорошего снимка. А рядом над ветками кораллов порхает стайка рыб-бабочек, расцвеченных всеми цветами радуги. Тут же крадётся ярко-красная, в крапинку, коралловая гаруппа (красный групер), выбирающая свою жертву. Неужели все они маскируются? Непохоже. Скорее, они здесь гуляют, как на каком-то гигантском празднике-маскараде, где служат одновременно в качестве палитры, украшений и блюд, могущих (невзначай) что-то у кого-то отхватить…
Итак, основой всего этого великолепия кораллового рифа служат мельчайшие полипы – кораллы. Это хищные животные – полипы Coelenterata, которые питаются взвешенными остатками и планктоном. Но в тканях кораллового полипа живут «гости» – водоросли зооксантеллы, многие другие обитают в известковом скелете полипа и по всему рифу. Причём водоросли (особенно красные – литотамнии) охотнее всего селятся на внешней стороне рифа, препятствуя прибою. Спросим, зачем они кораллу? А это – его симбионты. Они ловят солнечные лучи и вырабатывают хлорофилл, строя свои тела. Полип использует это в своей жизнедеятельности, получая дополнительную энергию. В то же время от кораллов к водорослям переходит часть питательных веществ, полученных ими от поедания планктона. Таким образом, коралловый риф представляет собой самостоятельное и совершенное симбионтное сообщество – кораллово-водорослевый риф.