Дети с восхищением смотрели, как стены медленно разъехались в стороны, открывая узкий проём. Лара первой вошла туда и осветила фонариком тайную комнату.

– Ты что-нибудь видишь? – спросил Руфус, с трудом сдерживая порыв оттолкнуть кузину с дороги.

– Да, – с улыбкой отозвалась Лара. – Чудесные вещи.

Теперь она точно знала, как чувствовал себя Говард Картер[10], когда впервые оказался в гробнице Тутанхамона.

Теперь уже все трое направили фонарики в открывшийся тайник. Там их глазам предстало ослепительное зрелище: горы сверкающих золотом египетских статуй, масок, оружия, мебели и драгоценностей заполняли комнату до краёв. Ребятам показалось, будто они перенеслись в древние времена, и даже почти получилось представить, как мастера трудились над созданием всех этих сокровищ тысячи лет назад.

– Золото… – прошептал Руфус. – Здесь всё… из золота.

С тех пор, как начались их поиски, он провёл немало времени, мечтая о кладе, но даже в самых смелых фантазиях не мог вообразить эту картину.

– Мы будто во сне, – сказал Том. – Словно очутились там, где нам быть не следует.

– Так и есть, – прогремел противный голос позади них.

Трое друзей потрясённо обернулись. В проходе стоял мистер Банс с револьвером, а с ним – пятеро рабочих, которые весь вчерашний день устраивали хаос в замке.

Барни гавкнул и дёрнулся, собираясь броситься на мистера Банса, но Лара вовремя поймала его за ошейник.

– Держи эту шавку при себе, а то я её застрелю, – пригрозил мужчина. – Так, живо встали вон у той стены, все трое. Уоллес, держи их на мушке, пока мы здесь осмотримся. Если кто-то из них дёрнется – стреляй.

Лара, Том и Руфус покинули тайник, полный сокровищ, и выстроились вдоль стены в комнате с водорослями. Всех их тошнило от разочарования.

Тем временем мистер Банс и четверо рабочих вошли в сокровищницу. По тоннелю эхом разнеслись воодушевлённые вопли, в основном самого Банса.

– Ого-о-о! Восхитительно. Ага! Великолепно. Йи-ха! Невероятно… превосходно… Я богат!

Руфуса множество раз заставали врасплох во время его шуточек и розыгрышей, будь то учителя, бабушка с дедушкой или другие уважаемые люди. Но ему ещё никогда не приходилось чувствовать себя настолько скверно, как теперь, когда он был вынужден выслушивать радостные возгласы мистера Банса.

Последний как раз вернулся, сияя от счастья, будто толстая свинья в луже грязи.

– Мы оставим сокровища здесь, пока не получится нанять лодку, чтобы переправить их, – сказал он. – А после можно сбыть их на чёрном рынке. Я собираюсь.

Мистер Банс осёкся на полуслове, услышав за спиной нарастающий грохот. Дверь в сокровищницу закрывалась, и таблички с буквами, из которых складывалось слово «сердце», выпрыгнули из стены, упав на пол. А всего через несколько секунд в тоннель, где все собрались, начала проникать вода.

– Это прилив! Он уже начинается. Давайте убираться отсюда, – взвыл мистер Банс и вылетел из тоннеля вместе со своими приспешниками.

Том, Руфус, Лара и Барни побежали следом. Когда они достигли бухты, большая часть пляжа и камней, кроме тонкой полоски ближе к скале, уже скрылась под водой. Тоннель, ведущий обратно в замок, был полностью затоплен. Детям пришлось брести по пояс в воде, следуя за наёмниками, чтобы добраться до островка суши, Барни плыл рядом с Ларой.

Оказавшись на сухой земле, один из подчинённых мистера Банса достал из рюкзака альпинистское снаряжение. Всего за пару минут он успел забраться на скалу и закрепить верёвочную лестницу, которую скинул остальным.

– Что нам делать с детьми? – спросил Уоллес.

– Оставьте здесь, – выплюнул мистер Банс. – Мерзкие маленькие паршивцы.

– Что?! – воскликнул Том. – Вы не можете! Прилив начинается, и никто из нас не сможет плыть против течения.

– Так даже лучше, – ядовито улыбаясь, ответил мистер Банс. – Вы наконец уберётесь с глаз долой, и всё будет выглядеть, как несчастный случай. Так, я наверх. Уоллес, если кто-нибудь из них попытается влезть за нами – пристрели их.

Мистер Банс и его приспешники вскарабкались на скалу, забрав с собой верёвочную лестницу, и исчезли из виду.

Барни залаял на волны, которые поднимались всё выше и выше.