За упаковкой трав и овощей время прошло незаметно. Запечатав коробки, мистер Бёрт понёс их в грузовик, но на полпути решил проверить одну из тех, которые собирал Руфус, и нахмурился.

– Это что за чертовщина? – взревел он. Из коробки на него смотрела улыбающаяся рожица: глаза ей заменяли помидоры, роль носа играла морковь, улыбки – стручковая фасоль, а волосы были из цветной капусты. – Неужели ты поэтому упаковывал каждую коробку в два раза медленнее остальных?

– Всего лишь чуточку их украсил, – невинно заявил Руфус. – Заказчикам наверняка понравится, и они станут покупать у вас чаще.

– Пф! Что ж, у меня нет времени переделывать твоё дурачество, но заканчивай с этим, глупый мальчишка!

Том и Лара захихикали, пока не заметили Карима. Тот всё утро мелькал неподалёку, они видели его, наверное, уже раз в пятый.

– Хоть бы он перестал подкрадываться вот так, – прошептала другу Лара. – Это начинает всерьёз раздражать.

Несколько минут спустя мимо прошёл дядя Герб, за которым следовал мистер Банс, ни на мгновение не прекращая болтать. Судя по виду, дядя Герб пытался от него скрыться.

Наконец, когда последняя коробка отправилась в кузов грузовика, к теплицам пришла миссис Бёрт с пакетами в руках.

– Вот, решила принести пару сэндвичей, пока ваш дядюшка обедает с гостями.

– Спасибо, старая добрая миссис Би, – сказал Руфус, прямо как его дедушка.

– Не такая уж и старая, благодарю покорно, – со смехом ответила миссис Бёрт. – Но в самом деле, вам стоит попытаться дружелюбнее относиться к мистеру Бансу и… как там зовут второго товарища?

– Карим, стажёр из Каирского университета, – подсказал Руфус, подражая напыщенной манере и голосу мистера Банса. Он даже упёр руки в бока и выставил свой тощий живот так далеко, насколько смог.

– Ладно, ладно, – сдалась миссис Бёрт, безуспешно пытаясь не рассмеяться. – Если совсем не можете доброжелательно себя вести, хотя бы постарайтесь не попадаться на глаза этим двоим и вашему дяде! Он с утра ходит мрачнее тучи.

Убедившись, что Карима нигде не видно, ребята пересекли лужайку перед домом и зашагали вниз по склону к пляжу. Том достал из пакета сэндвичи, а Лара налила воды в пластмассовую миску Барни и дала ему немного курицы, которую миссис Бёрт завернула в фольгу. Проглотив угощение, Барни тут же побежал к Сэму – тот, по обыкновению, сидел на привычном камне и довольно хмыкнул, когда дружелюбный пёс начал лизать ему руки и прыгать вокруг.

– Как думаете, стоит спросить у него про друга? – прошептала Лара так тихо, что Руфус с Томом едва разобрали её слова.

– Спросить о чём, дитя? – выкрикнул Сэм, по-прежнему усмехаясь и гладя Барни по мягкой шерсти.

– У него, должно быть, невероятный слух, – поразилась Лара.

– Ого, да от тебя ничего не скроешь, – закатил глаза Руфус.

Лара нахмурилась:

– Ну, тогда почему бы и не спросить, в самом деле.

– Спросить о чём, олухи? – повторил Сэм, вновь начиная распаляться.

– Если хотите знать, мы пытаемся выяснить, какие друзья были у капитана Джона Кексли, – ответила Лара. – Точнее, кем был его лучший друг.

– Пф, глупые дети. Не было у него друзей. Капитан Кексли прославился своим дурным характером и терял друзей сразу, как только одурачивал их на деньги, а происходило это постоянно.

– Но какие-то должны быть, – заспорила Лара. – Он писал…

– Множество приглашений на званые вечера, – перебил её Руфус, гневно уставившись на кузину, которая едва не выдала их секрет. – Капитан был тем ещё королём вечеринок!

– Глупости, – рявкнул Сэм. – Светскими мероприятиями занималась его жена Джейн, а сам он редко там появлялся. Предпочитал проводить большую часть времени со своим конём.

– С конём? – переспросил Том, в голове которого начинала формироваться смутная идея. – А конь случайно не скаковой?

– Зачем спрашивать, если и так знаешь ответ, – презрительно проворчал Сэм.

– Как звали эту лошадь? – продолжал допытываться Том.

– Я вам кто, говорящая энциклопедия? Отстаньте от меня. Кроме пса, – подумав, добавил старик. – Он может остаться.

Руфус и Лара сгорали от любопытства, поняв, что у Тома возникла какая-то идея, но не решились снова поднять тему сокровища перед Сэмом с его острым слухом. Жадно набросившись на сэндвичи, ребята не торопились уходить с пляжа, где можно было поговорить с глазу на глаз.

– Пойдём ко мне домой, – предложил Том, доедая последний сэндвич. Барни лежал рядом с Сэмом, положив голову ему на колено, и Ларе пришлось звать своего пса целых три раза, прежде чем он вернулся к хозяйке.

– Меня правда раздражает то, как ты постоянно убегаешь к Сэму, Барни, – сказала Лара, когда они добрались до верхушки утёса. – Он не слишком-то добр к нам, а ты вечно скачешь вокруг него, будто это он твой лучший друг, который кормит тебя и позволяет запрыгивать на кровать перед сном.

Барни подпрыгнул и принялся путаться в ногах хозяйки, пыхтя от усилий, пока Лара пыталась идти дальше. Он словно хотел успокоить девочку, убедить её, что она по-прежнему его лучшая подруга.

– Ну ладно, ладно, – засмеялась Лара, погладив пса по голове и убрав с себя его лапы. – Том, расскажи, почему ты упомянул скаковую лошадь?

– В конце стихотворения капитана Кексли говорилось о гонке – «гонку начни», – а его лучшим другом был конь.

– По-моему, ты прав! – воскликнул Руфус. – Пойдём скорее к твоему компьютеру, поглядим, сможем ли мы выяснить имя этого скакуна и где он похоронен.

Том резко остановился, услышав за спиной какой-то звук, а Барни подбежал к большому кусту утёсника и начал старательно его обнюхивать.

– Никто из вас сейчас не чихал? – спросил Том.

– Я нет… Барни, вернись ко мне! – позвала Лара. Тому оставалось лишь пожать плечами, и ребята подошли к коттеджу. Входная дверь открывалась в маленькую гостиную, обклеенную обоями в цветочек и очень скромно обставленную.

– Идём, моя комната вон там, – сказал Том, зардевшись и пытаясь оттеснить Лару от семейных фотографий, которые она заметила на каминной полке.

– Эй, только посмотрите, что на тебе надето! – умилилась та, глядя на снимок, где Том нарядился монстром Франкенштейна на Хэллоуин.

– А тут ты просто умора, – воскликнул Руфус, заливаясь смехом от фотографии друга в младенчестве. – Костюм птенчика выглядит потрясающе!

– У нас нет на это времени, – настаивал Том, подталкивая друзей вперёд, подальше от камина. Стоило им отвернуться, как он быстро задвинул рамку за вазу.

– Ну ладно, ладно, – сжалился Руфус. – Не расстраивайся, выше клюв!

Том застонал, а Лара и Руфус не выдержали и расхохотались.

– Тот наряд был просто последний чирик моды!

– Не дразни его, Лара, вдруг Том решит, что выглядел удод-ливо! – подлил масла в огонь Руфус.

– Да хватит уже! – воскликнул герой их шуток, отчаянно мечтая сменить тему.

– Уговорил, твоя взяла, – серьёзным тоном отозвался Руфус. – Не петушись.

Том строго посмотрел на друзей.

– Довольно, ребята, перестаньте, – сказал он, прежде чем широко усмехнуться: – Всё равно с меня ваши шуточки как с гуся вода.

Они так расхохотались над своим баловством, что позабыли, зачем пришли. Барни обожал моменты, когда все веселились, поэтому прыгал вокруг, задорно виляя хвостом.

– А, точно, лошадь же, – вспомнил Том через пару минут. – Пойдём за компьютер.

Руфус и Лара присели на кровать, пока Том включал старенький системный блок. Тот медленно зашумел, немного попищав и погрохотав, и громоздкий ЭЛТ-монитор отобразил заставку с фотографией семьи Бёрт на фоне замка. Лара невольно подметила: кроме компьютера, ни в комнате Тома, ни в убранстве остального дома не было особых излишеств. В гостиной стоял очень маленький телевизор, а на кровати Тома лежало самодельное лоскутное одеяло. Стены комнаты тут и там украшали плакаты с животными и снимки природы, но ими явно старались прикрыть отклеившиеся обои. На подоконнике зеленело несколько горшков с травами, которые Том сам вырастил из семян.

– Так, сейчас попробуем… «Скаковой конь капитана Джона Кексли», – сказал он, вводя запрос в поисковую систему.

Ребята напряжённо ждали, пока браузер с черепашьей скоростью загружал страницу.

– Всего лишь результаты скачек за текущий месяц, – разочаровал их Том. – Давайте попытаемся иначе. «Джон Кексли, конь».

На сей раз страница загружалась ещё дольше.

– Этот компьютер даже хуже, чем бабушкин. Может, тебе стоит продать его мистеру Бансу, – пошутил Руфус, – он как раз собирает всякие древности.

Лара ткнула его локтем под рёбра и скорчила злобную гримасу за такую грубость. Она догадывалась, что недостаток денег в семье Бёртов мог быть больной темой для их сына.

– Уф! – вырвалось у Руфуса.

– Почти загрузилось, – оповестил Том. – Так, не то… ничего не нахожу, – комментировал он, прокручивая страницу. – А вот тут кое-какое упоминание есть: «Слева запечатлены Джон Кексли и его конь, Лорд Энтони».

– Нажми на ссылку, – попросила Лара, вскакивая с кровати, чтобы лучше видеть экран.

Страница медленно переключилась на статью с заголовком «Корнуолльские лошадиные скачки в 19-м и 20-м веках». Том быстро просмотрел её содержимое, пока не наткнулся на фотографию капитана рядом с превосходным чистокровным скакуном чёрной масти. Джон Кексли был одет в серый костюм и держал в руках награду. Том зачитал текст сбоку от фото:

«Слева запечатлены Джон Кексли и его конь – Лорд Энтони. Кексли сам объезжал жеребца, а в 1856 г. записал его на первые скачки на Полвелланском ипподроме. Лорд Энтони пришёл вторым и продолжал участвовать в соревнованиях по всей стране в течение последующих девяти лет. Кексли часто путешествовал, чтобы посмотреть на его выступления, и после завершения скаковой карьеры Лорд Энтони жил в поместье Кексли в Корнуолле. Его останки были похоронены на Полвелланском ипподроме в 1877 году».

– «Гонку начни», теперь понятно, о чём эта строчка, – догадалась Лара. – Следующая подсказка – могила Лорда Энтони на ипподроме. Том, ты знаешь, где он?

– Полвеллан находится недалеко отсюда, – ответил он. – Правда, насколько я помню, скачки там больше не проводятся. Давайте поищем.

За следующие несколько минут ребята выяснили: нужный им ипподром закрылся в 1970-х, но, судя по картам и снимкам с воздуха, скаковой круг остался на прежнем месте.

– Похоже, Полвеллан находится почти в трёх милях[7] отсюда, – заметила Лара. – Туда ходит автобус?

– Это займёт целую вечность, – забраковал идею Том. – Придётся ехать на автобусе до ближайшего большого города и ждать ещё один, который отправляется раз в час и проходит через все деревни. Быстрее доберёмся на велосипедах. У меня есть свой, а вы можете арендовать в деревне. Барни успеет за нами?

– Да, он будет в восторге, – успокоила Лара. – Просто поедем не слишком быстро и станем останавливаться время от времени, чтобы дать ему попить.

Барни согласно гавкнул и запрыгнул на кровать, положив передние лапы хозяйке на колени.

– Тогда отправимся завтра, иначе у нас останется маловато времени, – предложил Руфус. – Нам снова нужно будет рано вставать?

– Велосипеды не получится арендовать до девяти утра, – покачал головой Том. – Почему бы нам не взять их сразу после открытия магазина? И обед с собой прихватим.

– Жду не дождусь! – воскликнула Лара. – Всё это так захватывающе! Как считаете, подсказка приведёт нас к сокровищу прямо на ипподроме или где-то в замке?

– По-моему, проклятие всегда висело именно над замком, – напомнил Руфус. – Вот и клад должен быть спрятан там. Том, ты когда-нибудь исследовал замок по-настоящему? Наверняка в нём целая куча тайных ходов.

– Один я знаю, но, вроде бы, их намного больше.

– Серьёзно? В замке есть секретные проходы? Покажешь нам днём? – просияла Лара.

– Конечно, – согласился Том. – Только не ожидайте чего-то невероятного, на самом деле это просто узкие тёмные коридоры.

Вдруг раздался хлопок входной двери, заставив ребят вздрогнуть. Затем они услышали шаги двух человек, и в комнату вошла миссис Бёрт в сопровождении Карима.

– Здравствуйте, ребята, не ожидала встретить вас здесь, – сказала миссис Бёрт, которая редко видела сына дома в дневное время. – Том, Кариму нужно воспользоваться твоим компьютером: его телефон не ловит связь, а он хотел написать электронное письмо родителям в Каир.

Ребята переглянулись, разделяя одно и то же подозрение. Карим наверняка следил за ними на улице. И он же чихнул тогда, в кустах.

– Э-э-э, сейчас мы немного заняты, может, вы придёте попозже? – попытал счастья Том.

– Ни в коем случае, – отчеканила его мать. – Карим – наш гость.

– Позвольте, я только кое-что закончу, это даже минутки не займёт, миссис Би, – сориентировался Руфус. Он подошёл к компьютеру и постарался максимально закрыть экран спиной, беря в руки мышку.

Лара догадалась: Руфус пытается что-то провернуть, поэтому нужно отвлечь Карима от монитора. На размышления у неё была лишь доля секунды. Тогда она указала на окно и взвизгнула:

– Там, на улице, огромный мангуст!

Несмотря на нелепость Лариного заявления, миссис Бёрт и Карим сразу подскочили к окну.

– Там ничего нет, – сказала миссис Бёрт, с подозрением прищурившись. – Честное слово, я понятия не имею, что на вас сегодня нашло.

Руфус закрыл браузер, и все трое встали, направляясь к выходу.

– Спасибо, я правда очень вам благодарен, – подал голос Карим, которому явно было неловко. Ребята вышли из комнаты и поспешили обратно в замок.

– Прекрасный отвлекающий манёвр, Лара, – похвалил Руфус. – Правда, могла бы придумать и что-нибудь получше. Мангуст, серьёзно?

– Ну, как уж получилось. Чем ты там занимался?

– Удалял всю историю браузера, – с ухмылкой ответил кузен. – Поэтому, если Карим попытается найти, на какие страницы мы заходили, у него ничего не получится.

– Здорово, – согласился Том. – Но Лара права, нужно быть осторожнее.