Давным-давно-предавно в одном старом городе в старом доме родился мальчик.

Бывает, конечно. Сплошь и рядом.

Да только старуха, что принимала роды, глянула на него и сказала:

– О! Этот – точно герой! – А потом вдруг запричитала: – Жизнь ему предстоит великая. И будут небеса к нему благосклонны. И будет ему знамение. И вступит он в великую битву. И всех спасёт.

Новоиспечённая мамаша только руками замахала:

– Не нужен мне герой! Знать ничего не хочу про знамения! Дай я на него посмотрю. Радость моя! Никаких битв! Я тебя никуда не пущу!

Старуха говорила много и часто, и её предсказания иногда сбывались. Поэтому к ней иногда прислушивались, особенно когда она говорила что-нибудь интересное. А тут знамение, предназначение, герой.

Весть о том, что родился герой, быстро разнеслась по городу.

Сначала к младенцу потянулись родственники и знакомые. Просто посмотреть. Чтобы потом никто не упрекал их в невнимании к герою и неучастии в делах государственной важности.

– Дайте-ка нам глянуть на нашего героя. Ах, какие у него глазки! Ух, какие у него ручки! А ножки?! Просто загляденье. Когда воевать будем?

Мать сердилась и прятала младенца от любопытных. Она считала, что подобное внимание мальчику ни к чему: ничего путного от такой славы не будет.

А мальчик с раннего детства точно знал, что он герой и предназначен для великого дела. Не знал лишь для какого. И ждал, ждал, ждал. Ждал знамения, откровения или, на худой конец, знака.

Некоторые полагали, что знамением может быть что угодно, и непременно прибегали и сообщали о всяких событиях. Сначала мальчик бросал свои дела, хватал что под руку попадётся и бежал спасать государство. Но вскоре ему надоело, он впал в меланхолию и целыми днями размышлял о том, что можно, а что нельзя назвать знаком или знамением. И каковы отличительные признаки того и другого, а также последовательность и скорость их появления. К неудовольствию мамаши, сидел он целыми днями погружённый в размышления и ничего не делал.

Некоторые завистники говорили, что он просто ленив. Но было в его ожидании что-то величественное.

Мама всё стыдила и пилила его. Хоть все родственники и знакомые её уговаривали:

– Отстань от мальчика! Он – герой. Когда-нибудь он нас всех спасёт. И тебе тогда будет стыдно.

– Нет мне никакого дела до того, что будет когда-нибудь! – раздражённо кричала мама героя. – Мне надо сейчас, чтобы он помыл посуду. Так сложно, что ли?

И дивились люди: как же она не понимает, какое ей выпало счастье быть матерью героя, и при чём тут посуда? И чтобы облегчить жизнь герою, которому досталась такая непутёвая мамаша, по-прежнему отслеживали всякие знамения.

Однажды в городской думе одновременно подохли от скуки восемьдесят восемь тараканов. Но герой этого не видел, он спал. А восемьдесят восемь принесённых ему усатых трупиков принял за насмешку.

В другой раз пятьсот звёзд свалилось прямо на город. Но и это осталось незамеченным, так как герой в это время кушал.

В третий раз сразу восемь шаровых молний сожгли девять овинов. Но герой не поверил, решил, что его обманули. Ведь сразу восемь шаровых молний бывают так редко.

Между тем дела в городе шли всё хуже, а горожане только и обсуждали, что знамения и знаки. И не пора ли герою действовать.

– Ну, это точно знак, – говорили одни.

– Не скажите! – возражали им другие. – Вдруг просто совпадение. Вдруг ещё не пора? И он пропустит в суете тот самый знак, настоящий, который нужен.

Казна пустела, саранча пожирала урожай, люди болели. Но никто ничего не предпринимал. Потому что верили, что однажды будет знак и всех спасут.

И вправду, чего суетиться в таком случае? Находились, впрочем, и такие, кто плевать хотел на знаки, но всё-таки надеялся, что герой как-нибудь улучшит их жизнь. Некоторые из этих некоторых даже подстраивали знаки сами. Например, притаскивали дорожные указатели и устанавливали их около дома героя, что было уж совсем нелепо. Пришлось даже создать комитет по борьбе с изготовителями ложных знаков и устроителями ложных знамений. И всё уже стало приходить в порядок, как на город напало войско соседнего государства.

Вероломно подошли они к воротам и потребовали разнообразных благ, пригрозив всяческими несчастьями.

Бросились тогда старейшины города к герою и говорят:

– Пора! Откладывать некогда. Иди, спасай!

– Пора так пора, – обречённо сказал герой. – Сейчас только тапочки надену.

А пока он надевал тапочки, старейшины, чтобы не проливать много крови, как цивилизованные люди, договорились с врагом о том, что каждое войско выставит по одному самому сильному воину. И пусть эти воины сразятся, и кто победил – тот и молодец.

И спросил герой:

– А знамение-то где?

– Какое тебе ещё нужно знамение? Иди, воюй.

Делать нечего, отправился герой на битву. А за ним – весь город. И так и пожирают его глазами.

– Дорогие мои сограждане, я стесняюсь, – не выдержав, сказал герой.

– Стесняется, он стесняется, он скромный, наш герой, – закивали горожане и разошлись ждать результатов битвы по своим домам. И врагов тоже попросили уйти, чтобы и они героя не смущали. Засели по домам – и ну волноваться.

И вот вышел герой в чистое поле.

А навстречу ему – вражеский. Тоже сразу видно – герой.

И поднял герой меч. И пошёл. И пока шёл, вспотел от ответственности.

Но враг всё стоял на месте и медлил нападать.

Взмахнул раз герой мечом, взмахнул два, а потом и спрашивает:

– Эй, ты чего медлишь?

– Да вот, – замялся враг, – жду знамения.

– Ты тоже? – удивился герой и обнял врага. – Как я тебя понимаю. Давай подождём вместе. Мне тоже ещё знамения не было.

Сели они, помолчали многозначительно, а потом им надоело молчать и они начали анекдоты рассказывать. И так хорошо им стало, душевно. Но ненадолго. Потому что ближе к вечеру увидели они, что небо покраснело. Переглянулись, вздохнули и взялись за мечи, потому что поняли, что это точно знак.

– Пора! – вздохнул герой. – Хорошо посидели.

– Подожди, – остановил его враг. – А кому это знамение? Тебе или мне? Если мне, то тебе плохо будет. А если тебе – то мне. Мы же с тобой враги. – Вражеский герой был на редкость рассудительным.

– Вот незадача! – задумался герой.

– Что будем делать? Мне погибать совсем неохота, – признался враг.

– И мне. Давай в шахматы поиграем, – неожиданно предложил герой. – Может, ещё какой знак будет поопределённее, а то как-то непонятно, кому что делать.

Сели они в шахматы играть.

А тем временем у пяти мальчиков семилетнего возраста выпало по три зуба. И тридцать восемь котов прошли с севера на юг, все полосатые.

И семнадцать крокодилов убежали из городского зоопарка в сторону реки Амазонки.

И поняли горожане – пора.

И враги горожан поняли – пора.

И пошли они вместе выяснять, чем кончилась великая битва.

Пришли и нашли двух героев.

И спросили:

– Кто выиграл, ребята?

– Ничья, – одновременно сказали герои и смущённо улыбнулись.

И бросились тогда все обниматься и целоваться.

И только самые злые спросили героя:

– Почему ж ты жив-то и чувствуешь себя хорошо?

Рассердился герой:

– Спас я вас? Спас. А то, что выжил, так кто сказал, что спасать надо обязательно ценой своей жизни? И знаки мне ваши надоели уже.

– Ну слава богу. – Из толпы вышла мама героя, вся в слезах от радости. – Мне тоже надоели твои знаки. Иди, дорогой, посуду помой!