Сцена приучает к ритуалам. Раньше я был очень суеверным человеком, но и сейчас, выходя на сцену, обязательно должен соблюсти какую-то мелкую и необъяснимую деталь либо до начала, либо внутри спектакля.

Это «нечто» никакого точного смысла не имеет. Например, в спектакле «Человек из ресторана» я обязательно должен пройтись рукой по груде валенок, которые Саша Гунькин держит на коленях. Бессмысленно, да, но как-то так повелось, и я уже боюсь эту традицию нарушить.

В спектакле «Р», когда Тимофей Трибунцев сидит рядом со мной за столом во время спектакля, я обязательно должен потрогать срез черенка лопаты, которую он держит в руках. Я понял, что всегда это делаю. Этот привычный набор действий держит меня в ощущении, что все в порядке. Я не рискну этого не сделать, не хочу проводить эксперимент «Что будет, если сегодня я этого не сделаю». Боюсь, что на сцене такие эксперименты дорого могут обойтись.