Смотрите, как она говорит: «Он был склонен к перепадам настроения». Смешно, да? Во-первых, у мужчин нет настроения, а во-вторых, это он ее уже осаждал за поток оскорблений. Но она ничего не принимает на свой счет. Жертвы абьюза считают, что они – пуп Земли, такие все из себя ценные, что не допускают мысли, что могут не нравится, поэтому сами никогда не уходят. А если «абьюзер» уходит от них, они очень удивляются: «Как же так? Ведь он же меня любил и продолжает любить. Не может не любить. Меня нельзя не любить. Я червонец».

Абьюз – не гендерная проблема. Это проблема самоуважения. Жертвами могут быть как мужчины, так и женщины, просто женщины более склонны в силу того, что лишь недавно стали выходить из рабства.

Ги де Мопассан, новеллы

Очень жизненные истории про женскую неприязнь, месть, проституцию, любовную зависимость, про мужской трутенизм, мужскую меркантильность, рабовладельческие ценности и т.д.

Ситуации разворачиваются и заканчиваются закономерно, согласно причинно-следственной связи. В отличие от многих других авторов или сценаристов, которые считают любовно-романтические события чем-то сродни лотереи. К примеру, современный писатель Ю Несбё (о нем ниже) вообще не заморачивается по поводу гендерных отличий и с легкой руки вкладывает в уста и головы женщин мужские мысли, а зачастую и заставляет совершать женщин типично мужские поступки.

«Бесполезная красота» – о том, как женщина ненавидит мужа, как пытается отвадить от супружеского ложа, как не хочет детей, как, наконец, находит способ отомстить мужу и наслаждается его страданиями. Она хочет, чтобы он страдал так же, как она. Смотрите, как женщины сочувствуют тому, что у нее много детей. Уже в XIX в. во Франции считалось моветоном иметь много детей. Ответственность за число детей лежала на муже и считалось, что муж должен заботиться о здоровье жены. Семь детей у мужчины и семь детей у женщины – две разных оперы.

«Пышка» – о том, что не завести друзей, жертвуя самоуважением. Самоуважение – это наша основа и она одинакова с самоуважением других. Поэтому когда вы жертвуете самоуважением, люди начинают вас презирать. Когда сохраняете его, люди начинают к вам тянуться, поскольку чувствуют, что вы их цените/любите так же, как себя.

«Господин Паран» – о куколде, который наконец осмеливается выгнать неверную жену и прозябает остаток жизни. Какой же все-таки Мопассан непреклонный правдоруб. Какой-нибудь сердобольный писатель мог бы сочинить, что герой встретил добрую женщину, пусть не такую красотку и своего возраста, и что жили они в добре и здравии, но такого в жизни не бывает! И Мопассан описывает реальную ситуацию. Снова.

«Плетельщица стульев», «Правдивая история» – об аддикции, женской любовной привязанности. Описана женщина, которая содержит мужчин. Дается причина аддикции и правдивая реакция мужчины на нее, когда он узнает об этом.

Из-за плохого отношения мужчин к себе женщина может либо начать давать им деньги, либо вообще заречься иметь с ними дело. Наши российские дамы, содержащие мужей, такие же – никогда не видели к себе хорошего отношения, поэтому считают рабство нормой. Всё упирается в понятие нормы. Вы получите то, что считаете нормой.

«Лунный свет» – об обиде на женщин, как это ощущается мужчиной. Он пишет, что даже монахи и монахини отличаются в своем служении. Обида гложет героя постоянно, он не может абстрагироваться от этого.

«Нищий» и «Гарсон, кружку пива!..» – о мужчинах с отрицательной КПД.

«Парижское приключение» – о женщине, которая хочет испытать состояние возбуждения хоть раз в жизни, но поскольку изнутри у женщин ничего не идет, она думает, что надо подгадать какие-то внешние условия, время, окружение. Спойлер – это не сработало, поскольку она приняла мужское поведение.

Женщина – это движение снаружи внутрь. В идеале этой наружей должен быть мужчина. Но если его нет, она ищет другую наружу, некие внешние обстоятельства, замену, суррогат (то есть женщины, сильно охочие до внешних цацек – шопоголизм и пр. – это невлюбленные женщины). Но это не сработает, потому что нужна наружа, обладающая творящим импульсом.

«Сожаление» – о том, как мужчина всё профукал из-за трусости. Чем плоха трусость да и вообще все психоэмоциональные травмы? Тем, что они заставляют нас концентрироваться на себе, не замечая того, что происходит. Девушка сразу поняла, что нравится мужчине, пыталась как-то флиртовать, напрашиваться на комплимент, находить моменты для сближения, но парень думал лишь о том, как бы себя не выдать (почему?): боялся, «как бы взгляд его не был слишком дерзким» (ну и пусть!), как бы она не догадалась (ну и пусть!), как бы не сочла «прикосновение намеренным» (надо чтобы сочла!), почему сказала то или другое. Вместо того чтобы действовать, он только дрожал.

«В самом деле, почему он не женился? Он вполне мог себе это позволить: состояньице у него было. Не представилось случая? Возможно. Но случая не ждут – его ищут. Нет, просто он был пассивен. Пассивность – вот главный его недостаток, порок, несчастье. Скольким она портит жизнь! Бывают такие натуры, которым трудно все, – подняться с постели, двинуться с места, заговорить, за что-нибудь взяться, во что-либо вникнуть». И ни одна женщина его не любила. И вот он на старости лет анализирует почему и понимает, что лишь из-за собственной трусости.

Вот настоящий психолог – Мопассан. Всё раскидает вам по полочкам.

Мопассан постоянно держит в уме, о ком пишет, – мужчина это или женщина. Первое, что он определяет, сочиняя своего героя, – это какого он пола, и уже исходя из этого наделяет дальнейшими характеристиками.

И теперь сравните с нашими сексологами, которые считают, что весь механизм работы сексуальности (возникновение возбуждения, нарастание возбуждения, влюбленность и пр.) у мужчин и женщин совершенно идентичен.

(Из «Плетельщица стульев»):

Заговорили о любви, поднялся оживленный спор, вечный спор о том, любят ли истинной любовью только раз в жизни или можно любить много раз… Мужчины в большинстве своем считали, что страсть, так же как и болезнь, может поражать одного и того же человека неоднократно… – Смотрите, сразу поделил, понял, что ответы будут отличаться первым делом в зависимости от пола. Не от возраста, не от работы, не от семейного положения, как сказали бы психологи-сексологи и каковую информацию начали бы выпытывать у вас на консультации. Потому что гендеры – это первичная двоица! Это первое, что нужно отмечать про себя, общаясь с человеком либо размышляя о себе. Если мы возьмем философскую или даосскую модель бытия, то некая монада (тайцзи), являющаяся всеобщей основой, далее расщепляется на двоицу – инь и ян, тьму и свет. Это и есть гендеры!

… женщины, мнение которых скорее основывалось на поэзии, чем на жизненном опыте, уверяли, что любовь, истинная, настоящая, великая любовь, может посетить смертного только раз… – Насмехается маленько. Заметил, что большинство женщин никогда в жизни не любили. Какой же все-таки эмпат.

Влюбчивые люди подобны пьянице: кто пил – будет пить, кто любил – будет любить. – А кто фрустрирован, тому сложно вылезти из этого состояния.

(Из «Наследство»)

А вот как выглядит хорошее свидание и не-фетиш:

Они вышли на балкон полюбоваться видом на Париж.

Лезабль спросил вполголоса: – делает обстановку более интимной.

– А вы, мадемуазель Кора, любите смотреть отсюда на Париж? – действует по ситуации, говорит как акын, о том, что происходит, с одной стороны, с другой – интересуется ей или хотя бы делает вид.

Она вздрогнула, словно очнувшись, и ответила:

– Я?.. Особенно по вечерам. Я думаю обо всем, что происходит там, внизу. Сколько счастливых людей и сколько несчастных в этих домах! Как много бы мы узнали, если б всё могли видеть!

Он придвинулся к ней, так что их плечи и локти соприкасались. – Идет на сближение, на тактильность. Момент нормальный для этого. И ненавязчиво. У нее есть пути отступления, если что.

– О да! Словно гравюра Гюстава Доре. Какое было бы наслаждение подолгу бродить по этим крышам! – Девушка тоже нормально здесь ведет себя. Не уводит разговор в неромантическое русло, наоборот, говорит о желании наслаждения.

Лезабль стал расспрашивать Кору и ее вкусах, заветных желаниях, радостях. – Тут все правильно.

Она отвечала без всякого стеснения, как разумная, рассудительная и не слишком мечтательная девушка. Лезабль обнаружил в ней много здравого смысла, и ему вдруг захотелось обвить рукой этот полный упругий стан и медленно, короткими поцелуями, словно маленькими глотками, как смакуют хорошее вино, впивать свежесть этой щечки, вот здесь, у самого ушка, на которое падал отсчет лампы. – Вот тут интересно. Он в моменте. Следует за моментом. Смотрит на девушку. Свет падает на щечку, выделяет ее и Лезабль участвует. Он не осмысляет, не вспоминает о каких-то фетишах.

Мопассан призывает смотреть в корень, а не на обложку. Описывает такие ситуации, когда у проституток оказывается принципов больше, чем у выходцев из высшего общества, говорит, что подлость присуща всем, независимо от положения в обществе. Насмехается над некоторыми общественными устоями. Ситуация – мальчишки из полных семей задирают пацаненка, у которого нет отца. При этом у пацаненка нормальная мать, а у мальчишек отцы – тираны, пьяницы и воры, третирующие свои семьи.

Как интересно он видит замужних женщин. Обычно он описывает их как сухопарых жердей, а их мужей – как веселых пьянчужек. Говорит, что замужних женщин можно узнать по тому, что лицевые мышцы, отвечающие за улыбку или смех, у них никогда не задействуются.

Вот это и есть истинное сострадание. Сострадание невозможно без осознания реальности. А если вы причитаете «всё будет хорошо», обманывая человека и себя, это не сострадание, а трескотня.

Ю Несбё, «Снеговик»

Посмотрим на плохой пример, когда автор не заморачивается над тем, что пишет, а то читатель подумает, что можно брать любую книгу и разбирать как правдивую.

Роман «Снеговик» про маньяка. Главный герой – полицейский, собственно главная сюжетная линия – поиск преступника, а второстепенная сюжетная линия – отношения с бывшей женой Ракелью. Но уже с первых страниц возникает какое-то странное чувство, ощущается какое-то несоответствие, Ракель ведет себя совсем нетипично для женщин. То, как она думает, говорит и действует, не свойственно женщине.

Первый затык случается, когда Ракель, влюбленная (!) в другого и собирающая за него замуж, вдруг почему-то инициирует встречу с бывшим мужем, что посмотреть, не изменился ли он, почувствовать его запах (?), потом инициирует секс, чтобы убедиться, что секс с ним был действительно хорош (?!). Я бы сказала, что это какая-то женщина из фантазий, но это не женщина. Всё описанное возможно только для мужчины. Автор совершенно не понимает, как работает женская влюбленность. Если женщина влюблена в одного, то другие отходят на задний план. Она о них даже не будет думать и уже тем более она не поедет спать с тем, к кому испытывает неприязнь, тогда как под боком есть тот, к кому она не испытывает неприязни. Это невозможно. Ракель – это закамуфлированный мужчина.

Тут, у этой двери, у которой он стоял в таком же ночном отсвете тысячу раз. Хотя обещал прийти пораньше, но не смог вырваться с работы и являлся, когда она уже спала. Харри аккуратно нажимал на дверную ручку, отлично зная, что в конце ручка все равно громко звякнет, как ни старайся этого избежать. И Ракель просыпалась и смотрела на него сонным взглядом, чтобы он почувствовал себя виноватым. Он проскальзывал под одеяло, прижимался к ее телу и чувствовал, как оно становится мягче, перестает сопротивляться. Ракель начинала довольно постанывать, но никак не могла окончательно проснуться, так что ему приходилось целовать ее сильнее, слегка покусывая, быть ее покорным слугой, пока она наконец не усаживалась сверху, тогда уж переставала казаться спящей королевой, стонала и рычала жалобно и в то же время страстно. – Покорным слугой? Приходилось целовать? Ломать себя? Это так тяжело и напряжно? Целовать любимую женщину – это услужение? Целовать любимую женщину – это победа для мужчины, одна из форм завоевания.

Здесь же автор пишет, что герой находится в услужении, то есть ему надо и хочется меньше, но он делает над собой усилие, чтобы доставить удовольствие второму участнику. Что же является удовольствием для второго участника? Овладеть первым участником! Вот это поворот.

Главный герой в пассивной позиции. У второго участника либидо сильнее. Уже на первых страницах приводится удивление героя, насколько у Ракель сильнее, чем у него, либидо. И так происходит из раза в раз. Это их обычный сценарий. Женщина ради игры могла бы проделать такое пару раз, но не на постоянной основе. Вывод: Ракель – это мужчина.

Даже такая маленькая деталь как «никак не могла окончательно проснуться» с большей вероятностью говорит о мужчине, нежели о женщине. Есть некоторые отличия в плане сна и диеты у мужчины и женщин. Мужчины быстро просыпаются на сигналы тревоги, но плохо – на прочие (плач ребенка, толкание в бок и др.). Мужчины просыпаются от голода и идут опустошать холодильник. Женщины так никогда не делают, иначе они не смогли бы выкормить младенца. Когда женщина кормит малыша, она постоянно голодная. Что, ей не спать совсем, что ли?

Такое пассивное поведение, как описано у главного героя, убивает потенцию. Мужчина как бы решает: «Нельзя возбуждаться, не сейчас, еще не время, не та обстановка, пока меня не хотят», – и сдерживает сознательно либо подсознательно эрекцию. А поскольку эрекция и есть спонтанность, уменьшается удача в жизни и блекнут краски.

У Ю Несбё в романе все мужчины пассивные. Даже Стёп, которого он называет плейбоем, на деле оказывается тюфяком, считающим, что возбуждение женщины от него не зависит. В романе у Стёпа много женщин, но со знакомства до секса каждый раз идет перескок, и в общем непонятно, за счет чего он их соблазнил. Схема такая – он представляется, дает визитку и потом они сами звонят и напрашиваются. Шта? Так делают только женщины из сферы секс-услуг, и то, если им очень хорошо заплатят, потому что обычно у них и так клиенты есть.