Вера направилась к зданию на Вязовой улице, которое еще совсем недавно пустовало, чтобы осмотреться. На витрине появилась новая вывеска, написанная крупными изящными буквами.

– «Школа этикета Грей», – прочитала Вера вслух. – «Идет набор».

К стеклу был прикреплен листок меньшего размера, на котором объяснялось, что этикет является «важнейшим искусством», а желающие записаться на курс узнают правила поведения за столом, вежливые манеры общения, обучатся бальным танцам и многому другому.

Вера постучала в дверь, внезапно задумавшись, существуют ли правила вежливого стука в дверь.

Никто не ответил, поэтому Вера постучала снова, на этот раз громче.

– Конечно, это уже менее вежливо, – сказала она сама себе.

Но дверь оставалась закрытой. Кем бы ни был этот или эта Грей, посетительницу никто не собирался приветствовать.

День клонился к вечеру, поэтому вполне возможно, что новый арендатор закрылся пораньше. Или неизвестный Грей посмотрел в окно и решил, что Вера слишком похожа на журналистку, – она неоднократно сталкивалась с такой реакцией.

Но журналисты очень упрямые, и Вера решила прийти сюда завтра прямо с утра. Она заглянула в отделение полиции по пути домой и услышала только то, что ничего нового не нашли. Орвилл показал на пачку бумаг на своем столе и сказал, что ему придется надолго задержаться. Вера поняла намек и оставила его работать.

Она провела тихий вечер дома, с удовольствием почитала старый детектив Брэдли Марвела, попивая чай с мятой. То есть она получала удовольствие до того момента, пока герой Марвела обнаружил тайник с костями, а это был намек на ужасающие откровения в скором будущем. Вера отложила книгу в сторону и уставилась на языки пламени в камине. Жизнь не роман, но Вера подозревала, что кости во фруктовом саду также намекают на ужасающие откровения в скором будущем.

* * *

После беспокойной ночи Вера проснулась рано, чтобы встретить новый день, независимо от того, что он принесет. Она съела миску овсянки с клюквой и выпила большую чашку крепкого чая. Ей требовались силы этим солнечным, но прохладным утром.

Приближаясь к «Школе этикета Грей», Вера заметила, что входная дверь открыта и ее подперли тяжелым камнем, чтобы впустить свежий воздух. «Отлично!» – подумала лиса, заходя внутрь. Вера оказалась в пустой приемной. На одной стене висела большая доска объявлений с календарем занятий. Вера подошла поближе и подняла очки на лоб одной лапой.

Занятия проходили каждый день, за исключением воскресенья. Главными предметами, похоже, были написание писем, ораторское искусство и бальные танцы. Вера переписала время и даты в свой маленький блокнот и тут услышала шаги позади себя.

– Я могу вам помочь? – холодно спросили у нее.

Вера резко развернулась и увидела изящную норку, которая рассматривала ее и ждала ответа. Всех норок отличает естественная элегантность благодаря форме тела и красивому меху. Однако эта норка была совершенно особенной сама по себе.

В глаза сразу бросался блестящий мягкий мех серебристого цвета, хотя норка не могла быть старше Веры. Но это не седина! Норка была стройной и необычно высокой, стоя с непринужденной грациозностью, отчего от нее было трудно отвести взгляд. Темные глаза норки напряженно оглядывали Веру, словно выискивая пылинки. Вера вспомнила, что ее одежду действительно следует отдать в чистку. Просто она думала, что может еще немного ее поносить. Упс. Она никогда не чувствовала себя настолько не готовой к интервью.

– Вы язык проглотили? – спросила норка.

Она держала что-то в правой лапе, и Вере потребовалось мгновение, чтобы узнать экземпляр дневного «Вестника». Газета казалась слишком заурядной для такого очаровательного создания.

Вера протянула лапу и представилась:

– Здравствуйте! Меня зовут Вера Виксен, я – журналистка «Вестника». Мне хотелось бы поговорить о вашей школе, если у вас найдется несколько минут.

– Журналистка, – повторила норка хорошо поставленным голосом с легким оттенком отвращения. – Из газеты.

– Да. И мне бы очень хотелось послушать про ваше дело, – сказала Вера с гораздо бóльшим энтузиазмом, чем чувствовала.

Норка посмотрела на все еще протянутую лапу Веры, но не удосужилась ее пожать.

– Меня зовут Октавия Грей, – представилась она. – Я ценю ваш интерес, но, боюсь, сейчас я слишком занята для интервью. Нужно очень много сделать, чтобы приготовиться к приему первых учеников.

Вера медленно опустила лапу. Она не заметила, чтобы мисс Грей была так уж занята, поскольку в помещении никого, кроме них двоих, не было, но все равно смиренно кивнула. Почему-то ей не хотелось спорить с серебристой норкой.

– Может, в другой раз? – спросила Вера. – «Вестник» читают многие жители Тенистой Лощины и леса! Я оставлю вам свою визитку. Пожалуйста, свяжитесь со мной, когда вам будет удобно.

Вера положила визитку на стол в приемной после того, как мисс Грей опять не пошевелилась. Лиса молча выскользнула из школы, чувствуя на себе взгляд норки.

«Какое странное животное», – подумала Вера. Мисс Грей точно не привлечет слушателей на свои курсы с таким-то шармом. Как, черт возьми, она может учить этикету и манерам, если сама такая недоброжелательная и неприветливая? Вера шла вниз по улице и решила, что скорее ад замерзнет, чем она снова переступит порог этой школы. Лапы ее там не будет, если норка не будет вежливой с ней. У журналистки есть более важные поводы для беспокойства, чем какая-то заявившаяся в их город незнакомка, которая собралась учить их хороших манерам, будто была самая умная!

Полицейский участок находился всего в паре кварталов от редакции, и Вера решила сделать крюк.

– Вера! – удивленно поднял на нее голову Орвилл. – Ты что-то рано.

– Решила узнать, не выяснил ли ты что-то новое.

– Нет. Доктор Бродхед сказал, что в лучшем случае у него будет что-то только к полудню. А пока мне нужно разобраться с кое-какими другими делами. Кстати, статья получилась хорошая.

– Спасибо. – Вера чувствовала себя польщенной. Орвилл всегда читал газету от корки до корки, но редко комментировал что-то из напечатанного. – Что ж, я иду в редакцию. Дай мне знать, если в отчете доктора Бродхеда окажется что-то интересное.

В редакции «Вестника» Вера потратила все утро на просмотр папок, в которых хранились сведения почти о каждом жителе городка и происшествиях, даже самых незначительных. В некоторых папках, как, например, в «Исчезновении беседки у пруда Весенний», лежало всего несколько вырезок. Тогда из-за наводнения беседку сначала окружило водой, а затем полностью уничтожило бурным потоком. Встречались и очень толстые, набитые кучей статей папки.

Вера просматривала названия: «Подарки из ясеня и желудей», «Гостиница “Шиповник”» – и, наконец, «Холодные Сады». Она узнала, что Сады заложили свыше пятидесяти лет назад, и с самого начала они неуклонно расширялись. Она сравнила карту Садов со старыми картами города. Земля, где они сейчас находились, раньше представляла собой дикую местность – пока ее не начали обрабатывать кролики. Вера надеялась найти доказательства существования в том месте кладбища. Это объяснило бы наличие костей менее зловещим образом, чем она опасалась.

Через некоторое время Вера обратила внимание на другие заголовки. Не было ничего удивительного в том, что здоровенная папка посвящалась кафе «За кружечкой у Джо». Нашлась и папка про его владельца Джо Элкина. Вера ухмыльнулась, поняв, что никогда раньше не слышала фамилию Джо. Для нее он всегда был просто Джо, вероятно, как и для большинства жителей городка. Она просмотрела бумаги и статьи и наткнулась на вырезку, посвященную его разводу примерно четыре года назад. Вера прочитала, что Джозеф Оливер Элкин развелся с Джулией Айрис Элкин на основании того, что жена его бросила. Мистер Элкин получил право полной опеки над единственным сыном, Джо-младшим. Сотрудник суда отметил, что Джулия не явилась в суд, а ее местонахождение неизвестно. Это означало, что Джо выиграл дело по умолчанию. Никаких других подробностей в кратком обзоре не было.

Вера откинулась на спинку своего деревянного стула, чтобы обдумать прочитанную информацию. Вероятно, Джо считал, что Джулия ушла из семьи, и хотел официально поставить точку. Вера гадала, пытался ли он связаться с женой перед тем, как подать на развод. Он вообще от нее хоть что-то слышал? Если да, то получилось бы вычеркнуть одну из версий возможного появления костей и их идентификации.

У Веры заурчало в животе, и она вернула папки на место. Пришло время обеда, а она сегодня с собой ничего не взяла.

Когда Вера появилась в кафе «За кружечкой у Джо», там уже набилось много посетителей. Вера обвела взглядом зал, наблюдая за самыми различными существами, устроившимися небольшими группами за столиками. Все склонились головами друг к другу и напряженно перешептывались. На некоторых столиках Вера заметила экземпляры газеты. Однако Джо казался абсолютно таким же спокойным, как и всегда. Милый и любезный, он разговаривал с посетителями, принимал у них заказы, разносил еду и напитки. Если Джо и знал, что есть подозрение о принадлежности найденных костей лосю, то он этого не показывал.

Пока Вера ждала в очереди у стойки, она отчаянно пыталась придумать какую-то тему для светской беседы. Она давно знала этого доброжелательного лося и теперь боялась что-либо сказать, чтобы не расстраивать его. Она ломала голову в поисках какого-то пустякового замечания о погоде или безобидной сплетни из последней колонки Глэдис. Но Джо обычно знал все городские сплетни до того, как они попадали на страницы газеты.

Прежде чем Вера успела сделать заказ, громко звякнул звонок и дверь с силой распахнулась. Вера повернулась и увидела, что в кафе заходит Орвилл. Ее сердце забилось быстрее, когда она поняла, что он, вероятно, узнал что-то важное про кости, но ничего ей не сказал и принялся действовать! Медведь-полицейский все делал методично, и скоропалительные выводы были не в его стиле, поэтому серьезное выражение его морды означало что-то… серьезное.

Вера нахмурилась. Толпа у входа расступилась, чтобы пропустить Орвилла, который целенаправленно шел вперед. Но все присутствующие напрягли слух, потому что никто из жителей Тенистой Лощины не хотел пропустить разворачивающуюся драму. Орвилл ни на кого не смотрел, даже на Веру. Он направился к стойке, за которой стоял Джо с явным замешательством на морде.

Орвилл постарался говорить тихо, но все равно его услышали большинство любопытных существ, которые находились в кафе.

– Так, Джо… э-э… мистер Элкин, боюсь, что мне нужно попросить вас пройти в участок и ответить на несколько вопросов, – четко объявил Орвилл.

После этих слов непонимание на морде Джо усилилось. «О нет. Он и правда понятия не имеет, о чем речь», – подумала Вера. Джо на мгновение отвернулся от медведя, чтобы прошептать что-то Джо-младшему, который нервно маячил рядом. Джо-старший обогнул стойку и встал перед Орвиллом.

– Как вы считаете, сколько это займет времени? – вежливо спросил Джо, в голосе которого почти не слышалось беспокойства.

– Просто пройдите со мной, мистер Элкин, – официально ответил Орвилл. – Вопросы буду задавать я.

«Это не поможет!» – Вере отчаянно хотелось вмешаться и что-то сделать, хоть что-то, чтобы этого не произошло. Она знала, что Орвилл разозлится, если она влезет в официальную работу полиции. Поэтому Вера буквально прикусила язык, пока Джо медленно выходил из кофейни. За ним следовал Орвилл. В кафе воцарилась странная тишина, когда посетители смотрели им вслед.

Дверь за ними с грохотом захлопнулась, звонок дзинькнул с возмущением. Если не считать эти звуки, тишина ничем не нарушалась еще несколько секунд, а затем уровень шума резко поднялся, когда существа начали обсуждать увиденное. Вера не могла слушать эту болтовню, поэтому как можно быстрее пошла к выходу, совершенно забыв про обед. Судя по манере поведения Орвилла и его настойчивости, имеется связь между костями и исчезнувшей Джулией Элкин. Все складывалось не очень хорошо для ее большого друга.