Допустим – разве это столь уж невозможно – он появляется в той самой жиром замазанной робе мясника на панихиде вроде как по Чжан Чицю, а на самом деле по Фан Фугую.

Панихида проходит на школьной спортивной площадке, несколько тысяч учеников сложились в людскую тьму-тьмущую. Седанов нет – по какой это причине? За временно устроенной трибуной стоит директор школы, щурит он глаза от солнечного света. Сбоку от кафедры стоит черным деревцем Ли Юйчань. Там же стоят, вертя головками вперед-взад-влево-вправо, Дацю и Сяоцю.

Директор школы скорбно объявляет:

– Товарищи, сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить память многоуважаемого учителя Чжан Чицю…

Чжан Чицю протискивается через учащихся вперед. Нагромождения ученической плоти напоминают ряды блестящих белых тополей, испускают они едкий запах, испускают они аромат цветов граната.

Директор школы объявляет:

– Учитель Чжан Чицю был китайцем, окончил он физический факультет педвуза, был лучшим студентом, после выпуска его распределили учителем в нашу школу, с того времени минуло уже двадцать лет.

Блуждают по голубому небу белые облачка, отбрасывают они неспешно надвигающиеся на спортивную площадку средней школы № 8 тени, давят они на место проведения панихиды, на головы учителей и учеников. Точно белые тополя тела у учащихся, кожица у них блестящая, источает она едкий запах. Точно огненно-красные цветы граната, головки учащихся, источают они аромат цветов граната.

Директор школы объявляет:

– Более двадцати лет учитель Чжан Чицю усердно трудился, упорно боролся, сплачивал коллектив, искал точки соприкосновения, отдавал себя работе целиком и полностью, не было у него ни одного нарекания, тщательно изучал марксизм, настойчиво преобразовывал мировоззрения, писал свои идеи красным по красному, ни в каком деле не останавливался на достигнутом, оставался в строю до самого последнего вздоха…

Чжан Чицю протискивается через нагромождения тел учащихся, продирается к трибуне, учащиеся все одеты в костюмы из тигриных шкур, буйно пестрят краски, внушительно и солидно выглядит эта картина. Ты будто минуешь рощицу, где водятся свирепые тигры…

Директор школы объявляет:

– Преждевременная кончина товарища Чжан Чицю похожа на кончину незадолго до этого товарища Фан Фугуя, и для средней школы №8 это огромная утрата. По словам товарища Мао Цзэдуна, в Китае когда-то в древности жил человек по имени Сыма Цянь и говорил он, что «человеку дана одна смерть, иногда она тяжелее, чем гора Тайшань, иногда легче гусиного пуха». Смерть за интересы народа будет тяжелее горы Тайшань; а вот гибель за реакционеров и фашистов будет легче гусиного пуха. Чжан Чицю умер за интересы народа, и потому его смерть потяжелее горы Тайшань будет![124]

Чжан Чицю протискивается вперед через блестящие тела учащихся, продирается к трибуне, громоздятся друг на друге учащиеся, и этим наслоениям тел не видно конца, напоминают они столпотворение баранов и овец. Скользят вплотную к верхушкам деревьев космические челноки, за городом идет сражение, захмелевший офицер надавливает на кнопку запуска атомных боеголовок…

Директор школы объявляет:

– Учитель Чжан Чицю может и умер, но жить он будет вечно!

Чжан Чицю протискивается между тел учащихся, идет к трибуне траурного митинга. Да, я не умер, я жив! Громоздятся друг на друге тела учащихся, извиваются и изгибаются они, подобно музыке устремляющей вниз реки. Величественная музыка, уступчивая музыка, революционная музыка, шумная музыка вертится у него в ушах…

Директор школы объявляет:

– Товарищи, пускай горе питает нашу силу, не будем терять ни секунды, следует нам на зубок учить уроки, осваивать технику сдачи экзамена и самыми выдающимися результатами на едином государственном экзамене почтить живой дух учителя Чжан Чицю…

Чжан Чицю уже ясно видит льющиеся из директора школы сопли и пот, ясно слышит его сиплый рев.

Директор школы решительно поднимает кулак и обращается к ученикам с клятвенными словами:

– Обещаем бороться до смерти…

В один голос ревут учащиеся вокруг тебя:

– Обещаем – бороться – до смерти…

Директор школы кричит:

– Поступим мы в университеты…

– Поступим – мы – в университеты…

Директор школы кричит:

– Провал на едином государственном экзамене – смерть при жизни…

– Провал на едином государственном экзамене – смерть при жизни…

Густым лесом поднимаются клятву дающие кулаки, в призыве слышится шум гремящих гор и ревущих волн.

Когда Чжан Чицю протискивается к краю трибуны, его уже оглушила громадная волна звука. Он говорит:

– Директор школы… Я хочу преподавать…

Сказал две фразы и сразу лишился чувств.

А председатель профсоюза говорит:

– Товарищи, это, видимо, отец учителя Чжана пришел, хочет он исполнить последнюю волю сына, хочет он вместе с нами бороться до конца…