Доступ к источникам пищи был важнейшим фактором развития на протяжении почти всей истории человечества, ведь относительное изобилие еды – это достижение совсем недавнего времени. За последние столетия отдельные виды морских животных нередко становились как источником благополучия, так и причиной экспансии разных стран и народов в отдаленные регионы мира. Поговорим о нескольких характерных примерах из прошлых лет.
Сельдь в большом количестве водится в Северном море и является стайной рыбой, поэтому ее промысел вести довольно легко. Однако до конца XIV века ее практически не ловили: это была рыба для бедных, потому что после заготовки селедка горчила. В конце XIV века в Голландии была разработана технология, позволяющая справиться с этой проблемой. Во-первых, выяснили, что горчат жабры, и их стали удалять при заготовке. Во-вторых, придумали, как солить селедку непосредственно на судне. Благодаря этим нововведениям голландцы получили доступ к дешевой рыбе, что привело к расцвету голландской экономики, связанной именно с промыслом сельди. Выгодный промысел подстегнул судостроение, что привело к развитию экспортно-импортных отношений Голландии с другими странами. Судостроение требовало завозить необходимые материалы и вывозить сельдь на экспорт.
Экономическое оживление довольно быстро привело к развитию банковского дела, страхования. Появилась необходимость правового регулирования процесса ловли сельди, чтобы конкуренты из других стран не воспользовались новой технологией, а потом и рыболовецким флотом Голландии. Так Амстердам стал одним из финансовых центров Европы, а маленькая Голландия вошла в сравнительно небольшое число колониальных государств, которые совершали географические открытия и основывали свои колонии в Азии, Африке и Южной Америке.
В отдаленной Исландии сельдь считалась несъедобной рыбой вплоть до начала XX века, хотя вокруг острова были колоссальные запасы этой рыбы. Норвежские рыболовецкие суда, начавшие промысел сельди в исландских водах в 1903 году, показали хороший пример местным жителям, и в Исландии начался селедочный бум. Прибыльное дело стало одной из причин эмансипации женщин (зарабатывавших на очистке рыбы), роста национального самосознания и борьбы за независимость Исландии от Дании. Через 50 лет на долю сельди приходилось 40% всего экспорта Исландии, она стала национальным блюдом.
Еще одним важнейшим рыбным ресурсом в Средние века и Новое время была треска. Она очень хороша тем, что долго не портится и имеет прекрасные пищевые свойства. Треска была отличным источником белка, который можно засушить и беспроблемно хранить. Эта рыба играла важную роль дешевой еды для снабжения европейских армий, а также рабов в колониях Вест-Индии. До открытия Америки Колумбом в конце XV века треску ловили только в европейских морях. Есть противоречивые свидетельства, что баски, которые ловили треску у берегов Европы, задолго до Колумба пересекали Атлантику, в частности, плавали за треской к берегам Северной Америки. Баски якобы не оставили об этом никаких прямых свидетельств, потому что не хотели выдавать рыбные места. Так или иначе, огромные скопления трески действительно находились в районе Ньюфаундлендской банки у берегов Северной Америки.
Очень скоро после экспедиций Колумба в этом районе была развернута активная ловля и заготовка трески, которая стала одной из причин борьбы между Великобританией и Францией за территорию Восточной Канады. Ко второй половине XX века треска на Ньюфаундлендской банке, казавшаяся бесконечной, неожиданно начала иссякать. К этому моменту в Великобритании сформировалось пристрастие к фиш-энд-чипс, который, собственно, готовился из ньюфаундлендской трески. После того как британцы выловили почти всю треску на Ньюфаундлендской банке, в 1970-х годах они стали делать то же самое вокруг Исландии. Исландия стала защищать свои ресурсы, в одностороннем порядке расширила исключительную экономическую зону вокруг острова и запретила британцам ловить там треску. Это привело к дипломатическому конфликту и даже разрыву дипломатических отношений между двумя странами в 1972–1976 годах. Сейчас основным местом, где ловится треска, стало Баренцево море и Тихий океан, из баренцевоморской или тихоокеанской трески и готовится почти весь современный английский фиш-энд-чипс.
Киты – еще один очень важный морской ресурс в историческом контексте. Примитивным образом китов добывали с VII–IX века нашей эры разные народы: европейцыt, эскимосы, народы Центральной Америки. Ловля китов происходила следующим образом: к киту подплывали на шлюпках, в него кидали гарпун и при удачном раскладе загарпунивали. Это не убивало кита, а лишь удерживало его «на удочке». Кит пытался избавиться от гарпуна, нырял, но в конце концов обессиливал и всплывал, после чего его уже добивали. Мертвые киты некоторых видов оставались плавать на поверхности моря, потому что были достаточно жирными, но при этом не очень большими. Такие виды, наиболее удобные для промысла, практически полностью истребили к середине XIX века. Остались широко распространенные и крупные виды усатых китов из семейства полосатиковых (синий кит тоже относится к ним), которых было невозможно эффективно добывать. Убитый кит тонет и утаскивает за собой гарпун, а вместе с ним и шлюпку на дно океана.
Рис. 75.Гарпунная пушка
Гарпунная пушка, изобретенная в конце XIX века, решила эту проблему, что стало настоящим переворотом в китобойной индустрии. На конце гарпуна устанавливалась граната, которая при удачном попадании взрывалась и мгновенно убивала кита. Дальше к убитому киту привязывали плавучие буи или закачивали внутрь воздух по специальному шлангу, чтобы туша не тонула. Это позволило добывать все виды китов, а не только тех, чьи трупы плавают на поверхности. Следующим шагом стало создание плавучих китобойных баз, то есть специальных больших кораблей, которые работают как консервный завод посреди моря. Китобойные суда непрерывно привозят убитых китов на плавучую базу, где их разделывают и заготавливают. Таким образом, лов китов мог продолжаться длительное время без захода в порт.
К концу XIX века добыча китов стала важнейшим источником топлива для освещения помещений и городов, потому что китовый жир горит очень ярким пламенем. Китовый жир использовался для смазки механизмов, которых стало много после начала промышленной революции. Китовый ус использовался при производстве одежды, китовая амбра (вещество, образующееся в пищеварительном тракте кашалотов) – в парфюмерии.
Изобретение китовой пушки, естественно, нанесло очень серьезный удар по популяции китов. В конце XX века китов стало очень мало, и в 1986 году ввели мораторий на их промышленную добычу. В настоящее время она возможна либо с научными целями, либо для национальных сообществ Чукотки, Гренландии, Северной Америки и островов Сент-Винсент и Гренадины в Карибском море. Тем не менее в Японии до сих пор массово ловят китов – сотни в год, – декларируя, что это делается для научных целей.
Среди морских млекопитающих объектами промысла исторически служили не только киты, но также моржи и тюлени. На Русском Севере таким промыслом занимались поморы, которые отправлялись в длительные плавания за морским зверем на Шпицберген и Новую Землю. Моржи и тюлени не приносили настолько легкого дохода, как треска или середка, и не стали причиной экономического бума. Как и во всех других случаях, добыча моржей и тюленей практически закончилась к XVIII–XIX векам, когда популяции этих животных сильно сократились. Немного ранее, в XVII–XVIII веках расцвел русский промысел другого морского зверя – морского бобра, или калана.
Добыча пушнины была главной причиной продвижения русских землепроходцев в Сибири и на Дальнем Востоке в XVI–XVIII веках. К 1761 году была открыта Аляска, которая тогда оставалась последней незаселенной и неосвоенной областью Земли за пределами полярных пустынь. На Аляске русские землепроходцы обнаружили стаи каланов. У калана, в отличие от других морских млекопитающих, почти нет подкожного жира. Он сохраняет тепло и плавучесть в морской воде за счет уникального непромокаемого меха с очень высокой плотностью ворсинок. Шкурки каланов (из которых был сделан бобровый воротник у состоятельного Евгения Онегина) стоили очень дорого и особенно высоко ценились в Китае. Промысел калана стал причиной русской колонизации Аляски. Российско-американская компания, созданная по примеру Голландской Ост-Индской компании, Британской Ост-Индской компании и Компании Гудзонова залива, в начале XIX века была одной из самых дорогих коммерческих компаний в мире – это единственный подобный прецедент в истории России. Неслучайно для Русской Америки рассматривалось название Славороссия со столицей в городе Славороссийск, который в итоге назвали Новороссийском. Аляскинский Новороссийск просуществовал всего 10 лет и был разрушен индейцами. При этом русское население Русской Америки было невелико – около тысячи человек в период расцвета. Около 20 тысяч индейцев, местных аборигенов, работало на Российско-американскую компанию, в основном на добыче калана.
Развитие Русской Америки было сопряжено с большими трудностями, связанными в первую очередь со снабжением и вывозом заготовленных шкурок. Именно для этих целей Российско-американская компания в середине XVIII века начала организовывать кругосветные экспедиции. Половина первых русских кругосветных экспедиций, в том числе самая первая в 1803–1806 годах под командованием И. Ф. Крузенштерна и Ю. Ф. Лисянского, были организованы Российско-американской компанией с целью завоза снабжения на Аляску из европейской части Российской империи и с целью вывоза шкурок каланов для продажи в Китай. Прямыми следствиями этой деятельности стала не только торговля с Китаем, но и закрепление Российской империи на Курильских островах в первой половине XIX века, попытки установить торговые отношения с Японией в 1805 году, открытие Антарктиды Беллинсгаузеном и Лазаревым в 1820 году, открытие многочисленных островов в Тихом океане, попытка установить российский протекторат на Гавайских островах в 1816–1817 годах. Вся эта деятельность стала постепенно угасать с исчерпанием популяции калана, и к середине XIX века Российско-американская компания перестала быть рентабельной. Решающим фактором к продаже Аляски стало открытие месторождений золота и последующий наплыв старателей из США на ее территорию, который было невозможно контролировать. В конце концов Аляска была продана за 7 200 000 долларов в 1867 году.
США тоже вели активную добычу калана в районе Калифорнии, и именно эта прибыльная деятельность позволила накопить первоначальный капитал крупным компаниям на Восточном побережье США. Эти капиталы были инвестированы в текстильную промышленность на юго-востоке США, что позволило развить промышленную базу нового типа и стало причиной развития рабовладения в южных штатах.
Итак, из-за тюленей и моржей люди, хоть и временно, но заселяли Новую Землю и Шпицберген, из-за калана освоили Аляску и тихоокеанское побережье Северной Америки, треска стала причиной заселения атлантического побережья Северной Америки. Из-за китов люди осваивали воды вокруг Антарктиды и создавали китобойные базы на местных островах. Морской промысел постоянно становился источником очень серьезных миграций, что значительно отличалось от промысла на суше. На суше люди постепенно развивали свои охотничьи навыки, а полноценного доступа в море очень долго не существовало. Когда же с развитием технологий появилась возможность добывать и заготавливать большое количество рыбы или морского зверя, это не раз и не два приводило к взрывному потреблению ресурсов, к сверхприбылям, что было почти не характерно для охоты на зверей на суше.