Мы остановились на том, что 24 сентября 1955 года была заложена первая отечественная АПЛ, получившая тактический номер К-3. Но реальная ее постройка началась еще в июне 1954 года (изготовление частей и деталей лодки по предварительному техническому проекту), фактически за год до окончательного утверждения корректированного технического проекта. Кормовые отсеки не пострадали от столь нетрадиционного подхода, а вот носовые, где должна была быть размещена 1550-мм торпеда и ее торпедный аппарат, пришлось перепроектировать и переделывать на ходу. По мере постройки вносились изменения в документацию, чертежи и расстановку оборудования. К марту 1957 года документация была закончена, а к августу 1957 года были закончены и основные монтажные работы в отсеках лодки, которая собиралась по частям. К этому моменту полностью был сформирован и облицован резиновым покрытием (снижение гидроакустической заметности лодки) легкий (внешний) корпус. Для промышленности СССР строительство первой АПЛ было вызовом, ну а для флота не менее важной и ответственной задачей была подготовка экипажа к работе с новыми техническими средствами.

Поскольку строительство первой атомной подводной лодки было возведено до уровня национальных приоритетов, оно, как часто практиковалось в СССР, тщательно контролировалось политическим руководством страны, которое оказывало необходимую помощь. Были и минусы – сжатые сроки строительства приводили к тому, что с предприятий приходило недоработанное или непроверенное оборудование, и эти недостатки приходилось исправлять прямо на верфи, а потом, зачастую, и в ходе эксплуатации.

Одновременно с постройкой лодки в городе Обнинске создавался наземный прототип корабельной атомной энергетической установки, который представлял собой в некотором роде натурный стенд. Это были реакторные и турбинные отсеки, с вмонтированными трубопроводами, генераторами и штатными системами дистанционного управления. Кормовой частью эти отсеки выходили в специальный бассейн, в котором специальным устройством снималась мощность с гребного вала. Этот натурный стенд, помимо отработки конструкции, использовался для подготовки и обучения личного состава корабля. В конце 1956 года серьезная авария опытной наземной установки (как и всегда при опытной эксплуатации, случались инциденты и происшествия) приостановила ее эксплуатацию до мая 1957 года, но позволила внести изменения в биологическую защиту реактора, его активную зону, активные механизмы и т. д. Научный руководитель и главный конструктор пришли к мысли о том, что принципиальная схема реакторной установки верна и правильна.

Обратите внимание на то, что в США построили наземный прототип, на нем отработали условия эксплуатации, обучили личный состав, а в СССР строили опытовый стенд одновременно со строительством лодки. Необходимо также отметить, что при эксплуатации судовой энергоустановки выявлялись нарушения, которые не возникали при работе наземного стенда. Так, например, через несколько сот часов работы в трубопроводах парогенераторов образовывались трещины, через которые происходило смешение воды первого и второго контура, что вызывало повышение радиоактивности установки и было бы недопустимо при длительной эксплуатации ее личным составом.

С сентября 1957 по июль 1958 года АПЛ проходила швартовые испытания, а 14 сентября 1957 года на ней осуществили физический пуск обоих реакторов с выходом на минимально контролируемый уровень мощности. 3 июля 1958 года она была предъявлена к ходовым испытаниям, которые проводились с 3 июля по 1 декабря 1958 года.

К февралю 1957 года первая атомная лодка США, «Наутилус», уже прошла 110 000 километров, что являлось знаковой вехой, ведь «Наутилус» Жюля Верна пропутешествовал именно столько – двадцать тысяч лье. К июлю 1958 года она готовилась к походу под арктическими льдами – политическое решение, поскольку правительство США хотело как-то отреагировать на запуск искусственного спутника земли в СССР и отправить лодку к Северному полюсу.

Тут, кстати, необходимо напомнить, что в октябре 1957 года по престижу США – научному и военно-политическому, был нанесен сильнейший удар. Ниже – реакция самого Белого дома, а не заявления какой-либо пропаганды[90].

Как пишет Библиотека Эйзенхауэра, «вместо того чтобы отпраздновать выдающееся научное достижение, американцы были изрядно напуганы… Было широко распространено мнение, что, если Советы смогли запустить спутник в космос, они могут запустить и ядерную ракету, которая достигнет берегов США».

Скорое появление атомной подводной лодки в СССР вряд ли добавляло бы американцам поводов для оптимизма.

26 ноября 1958 года лодка К-3 впервые в мировой практике погрузилась на глубину триста метров. Однако ходовые испытания пришлось прервать из-за отказов механизмов и оборудования. К недостаткам реакторов первого поколения атомных подводных лодок СССР можно отнести большую пространственную распределенность и значительный объем первого контура, большой диаметр трубопроводов, соединяющих основное оборудование, то есть реактор, парогенераторы, насосы, теплообменники, компенсаторы объема и др. Это создавало серьезные проблемы в организации защиты при аварийной разгерметизации первого контура, а также при разрыве многочисленных импульсных трубок, соединяющих первый контур с контрольно-измерительными приборами. К авариям вела и невысокая надежность оборудования, отсутствие автоматизации процесса управления атомной установкой, недостоверность показаний контрольно-измерительных приборов, недостаточная надежность систем управления и защиты ядерного реактора, систем контроля над ядерными процессами в реакторе¹. Большую часть проблем с арматурой трубной системы удалось решить в середине 60-х годов после внедрения в технологию изготовления трубной системы парогенераторов перлитовой стали или титановых сплавов[91].

В январе 1959 года К-3 передали ВМФ для опытной эксплуатации. Необходимо отметить, что флот выступал за устранение всех обнаруженных недостатков и обеспечение надежной работы механизмов и оборудования, а представители науки и промышленности, наоборот, считали, что АПЛ следует передать в опытную эксплуатацию и затем уже устранять все выявляемые недостатки. 17 января 1959 года постановление Правительства СССР обязало флот принять К-3 в опытную эксплуатацию, а промышленность – выполнять по его заявкам все необходимые работы. Исходя из опыта постройки, испытаний и опытной эксплуатации в проектную и материальную часть корабля было внесено значительное число изменений, в соответствии с более чем 150 совместными решениями представителей промышленности и флота. В частности, благодаря этому удалось упростить серийную постройку атомных подводных лодок следующего, 627А проекта, повысив надежность их энергетических установок.

Во время Карибского кризиса 1962 года в составе отечественного флота числилось уже шесть атомных подводных лодок этого проекта, но ни одна из них не вышла в море для преодоления блокады Кубы. Демонстрацией возможностей ВМФ были вынуждены заниматься дизельные подводные лодки Северного флота, чьи экипажи, как смогли, проявили недюжинную смелость, находчивость и изобретательность.