Никогда еще Клара не чувствовала себя такой беспомощной и несчастной. Ну может быть разве что однажды. Но ту историю с Игуаной Джонсом она старалась никогда не вспоминать.

Уже второй час она отмокала в своей большой ванне с нежно-розовой пенкой и желтыми резиновыми уточками. Обещания, особенно данные самой себе, надо обязательно выполнять. Но даже любимые водные процедуры и эклеры с фисташковым кремом и ореховой посыпкой не помогали ни поднять настроение, ни сосредоточиться на деле.

Расследование зашло в тупик, и надо было все начинать сначала. Арест банды койотов, мелкая месть Игуане Джонсу и восстановление мира в деревне леопардов – это прекрасно, но никак не приближало ее к обнаружению пропавшей маски Короля Ягуара. Для этого нужна была ясная голова и спокойствие духа. Но последнее никак не восстанавливалось.

Стоило Кларе задуматься о деле, как перед глазами вставала крикливая толпа журналистов и вспышки камер, которые буквально облепили их грязный джип, стоило им подъехать к главному полицейскому управлению города. Откуда эти пройдохи вообще узнали, что они везут арестованного Лео? Они кричали, фотографировали, наперебой задавали вопросы детективам и выкрикивали угрозы в адрес танцора. Некоторые даже кидались гнилыми помидорами, один из которых испачкал капибаре мех, и без того покрытый всеми сортами пятен.

Всю обратную дорогу до Рио-дос-Анималес Клара отчаянно спорила с упертым коати. Капибаре было очевидно, что Лео невиновен. Но Матеушу надо было во что бы то ни стало предъявить подозреваемого начальству и кинуть его за решетку до выяснения всех обстоятельств. Клару мучала совесть. Она лично обещала Линаресу, что Лео будет в безопасности. Но она была всего лишь сотрудницей музея, и, пока маска не найдена, ей нечего было противопоставить полиции, на которую давили жители города, мэр и журналисты. Рио-дос-Анималес не мог остаться без своего Карнавала.

Клара со вздохом выбралась из остывшей ванны. Она не в первый раз расследовала запутанные истории и искала пропавшие сокровища. Но именно сейчас она была в полной растерянности. Маска как будто сама собой растворилась в воздухе.

Пока капибара сушила феном и тщательно расчесывала шерстку, ей в голову пришло единственное подходящее решение – посоветоваться. Но не с этим безмозглым коати, из-за которого их с Лео возвращение в город превратилось в шоу, а с кем-то, кто хоть что-то понимает в древностях и их поисках!

Клара быстро собралась и вышла из квартиры. Она знала только одного зверя в городе, с которым имело смысл обсуждать такое сложное дело. И это был ее начальник – ленивец Рикардо, директор музея, из которого и была похищена маска. Не может быть, чтобы у него не было собственных догадок о том, кто мог быть вором.

При всех медлительности и добродушии, которые были свойственны всем зверям его вида, Рикардо обладал острым умом и невероятным чутьем. Если он обращал внимание на пыльную старую статуэтку на базаре или треснувший кувшин на раскопках, можно было не сомневаться, что они окажутся ценнейшими экспонатами, за которые коллекционеры будут готовы платить безумные суммы. К мнению Рикардо прислушивались, его советам следовали, а суждениям доверяли. Даже когда ответа на вопрос приходилось ждать лишние десять минут.

Клара жила недалеко от музея, массивное здание которого занимало почти целый квартал в центре. Это было вытянутое в длину старинное двухэтажное строение из красного кирпича с красиво украшенными оконными проемами. Оно всегда нравилось Кларе, но, если бы ей пришлось добираться до него дольше пятнадцати минут, она вряд ли согласилась бы на эту работу. Дедушка Капи точно бы одобрил подобный подход к жизни.

В свободное от расследований время капибара, специалист по археологии и древностям, занималась изучением и оценкой редких экспонатов, которые регулярно привозили в музей, виртуозно определяя подделки. Пушистой кисточкой она любовно смахивала песок и пыль веков с черепков, фигурок, украшений и старинных рукописей. Кларе нравились такая спокойная и тихая работа и ее уютный кабинет с высокими окнами и большим столом. На столе рядом с новейшим микроскопом и прочими приборами вечно красовались статуэтки древних богов вперемешку с обертками от шоколадок, чашками из-под какао и древними кубками. Кабинет находился на втором этаже музея, куда не допускали посетителей. Там же был и кабинет Рикардо.

В приемной директора Клару встретил Бенисио, обезьяна из рода капуцинов. Он был секретарем и личным доверенным лицом Рикардо, не отходящим от него буквально ни на шаг. Вопреки распространенному мнению, что все капуцины – воришки и не внушают доверия, Бенисио ни разу не был замечен ни в чем подозрительном. Хотя, как и все сотрудники музея, имел доступ к экспонатам и ценностям.

Ловкий, быстрый и проворный, как все обезьяны, он отличался на удивление мрачным и замкнутым характером, и капибара старалась без необходимости не общаться с ним. Она никогда не могла понять, что в этом неприятном, покрытом черной шерсткой с белыми подпалинами звере нашел добродушный Рикардо.

– Добрый день. Директор у себя?

– Он не принимает.

– Значит, он у себя. Я по делу о маске Короля Ягуара. И оно не может ждать приемных часов!

Бенисио зло посмотрел на Клару из-под пушистой белой челки, хотя весь остальной мех у него был черный.

– Твое дело – искать маску. Вот ты и ищи.

– Но если я не поговорю с Рикардо, это затянет поиски, и под удар попадет весь музей. И его директор в первую очередь. – Клара мысленно взвыла. Ну почему Рикардо было не взять себе в секретари какую-нибудь милую рыженькую обезьянку, а не этого хама?

Небольшое удовлетворение капибаре доставила мысль о том, что в дикие времена капуцины натирали себя луком, лимонами и даже раздавленными муравьями, чтобы избавиться от паразитов. Она мстительно представила себе Бенисио, натертого муравьями и воняющего луком, и ей стало немного легче на душе. Вдруг массивная дверь директорского кабинета распахнулась.

– Что за здесь за шум? А, Кларочка. Проходи-проходи. – Ленивец перекинулся с Бенисио нечитаемыми взглядами и мягко улыбнулся капибаре. Клара с облегчением выдохнула и прошла в знакомый кабинет.

Золотистый свет из высоких окон падал на деревянный стол с резными ножками, потертые кожаные кресла и книжные шкафы, которыми от пола до потолка был заставлен кабинет директора. Рикардо занял место за рабочим столом, Клара же расположилась в привычном кресле напротив, машинально взяв засахаренный орешек из мисочки на тумбе.

– Клара, поздравля-я-яю. Ты достала этого леопарда из самого сердца джунглей. Даже от тебя я не ожидал такой скорости в этом деле, – ленивец говорил как всегда благодушно и сильно растягивая слова. – Кажется, по дороге вы еще обезвредили какую-то банду в фавеееелах? Я так и не понял, зачем это было на-а-адо, но, кажется, вас с офицером потом представят за это к награде.

– Но мы же не нашли маску!

– Ты сдала полиции похитителя. А дальше это уже их дело – добиться от него признания, где он спрятал сокро-о-овище. Свою часть задания ты выполнила. Никто и не ждал, что капибара будет лазать по джунглям и носиться за леопардом. Но ты отлично спра-а-авилась.

Рикардо смотрел на нее по-отечески ласково и снисходительно, но Клара упрямо сжала лапки в кулачки, и, минуту помолчав, продолжила:

– Лео. Ортиз. Не. Похищал. Маску Короля Ягуара.

– Как это не похища-а-ал? Кроме него сделать этого никто не мог. Ты же сама была в музее в тот момент.

– Мог. И сделал.

– И кто же?

– Не знаю, но я обязательно должна найти этого зверя и вернуть маску до полнолуния в канун Большого Карнавала.

– Конечно, Кла-а-арочка. Мы все хотим, чтобы традиционный танец в маске украсил наш пра-а-аздник. От музея требовалась помощь, и мы ее оказа-а-али. Дальше доверься поли-и-иции, это уже их работа.

– Но они не видят дальше своего носа! И уверены, что леопард похитил маску.

Ленивец хитро прищурился:

– Может потому, что так оно и е-е-есть? А ты слишком наивная и до-о-обрая и просто поверила этому танцору? А еще я в курсе про твою дружбу с Педро Линаресом и уве-е-ерен, что он просил тебя заступиться за этого хвоста-а-атого.

Клара многозначительно вздернула бровь. Особо доверчивой и доброй она себя не считала. Но она точно хорошо разбиралась в психологии зверей и в причинах, толкающих их на те или иные действия. Ни ума, чтобы так виртуозно все спланировать и надежно спрятать маску, ни повода ее похищать у Лео не было. Он хотел танцевать в маске, а не обладать ею.

– А ты знаешь легенду о Тепейоллотле, создателе маски?

Рикардо удивленно посмотрел на Клару, и ей даже на секунду показалось, что в его взгляде проскользнула непривычное раздражение:

– Я слы-ы-ышал ее. Но это не более, чем старая сказка для детишек, которые мечтают получить мо-о-ощь и ловкость Короля Ягуара.

– И ты не думаешь, что кто-то может настолько поверить в эту сказку, чтобы попытаться выкрасть маску и заполучить силу Сердца Гор?

– Нет, конечно. Это по-о-олный вздор, – протянул ленивец. – Кла-а-ара, успокойся, пожалуйста! Ты хорошо сделала свою рабо-о-оту и все равно никогда особо не любила танцы и Карнава-а-ал. Иди домой, отдохни, еще раз прими-и-и ванну, а после праздников вернешься к своим люби-и-имым древним черепкам и висюлькам. Даже если сегодняшний Карнава-а-ал пройдет без танца в этой старой маске, не-е-ебо не рухнет на землю.

Директор говорил как всегда очень мягко, но Клара поняла, что разговор окончен. В невиновность Лео никто, кроме нее, не хотел верить. Впрочем, даже если ошибается именно она, как это может помочь расследованию? Искренне или нет, но Лео будет стоять на своем, а значит, от него они в любом случае не узнают, где сейчас находится маска. И почему Рикардо так спокоен насчет реликвии и Карнавала, когда весь город буквально стоит на ушах?

Провожаемая злобным взглядом Бенисио, Клара вышла из кабинета директора. Ей во что бы то ни стало нужно было отыскать реального преступника и вовремя вернуть маску.

Надо было подумать.