Цензор проснулся ближе к вечеру, но с постели встал лишь после того, как услышал стук в дверь. «Мама», – подумал Цензор. Открыв дверь, он с удивлением обнаружил сестру.

– Впустишь? – спросила она, прежде чем войти.

Цензор почувствовал резкую, точно приступ мигрени, боль над левым ухом. Сестра открыла рот, но тут же замялась и замолчала. Цензор понял: она собиралась сказать, что мать послала ее узнать, все ли в порядке.

– Я могу чем-то помочь? – робко спросила сестра. – Если ты захочешь поделиться со мной чем-нибудь, рассказать, что тебя тревожит, – знай, что я рядом. Мы с тобой не чужие люди. С кем тебе делиться, если не со мной.

Цензор подумал, что не стоит ничего объяснять ей. Как можно было в двух словах объяснить, что он решился на такой отчаянный шаг: отказаться от всего – от близких, от связанных с ними теплых воспоминаний и даже от самого себя?

– Зейна просила передать, что не хочет с тобой разговаривать.

Цензор уже забыл, что отправил ей сообщение перед сном, и потому очень удивился словам сестры. К тому же такой быстрый ответ был совсем не тем, чего можно было ожидать от Зейны.

Боль переместилась ближе к вискам. В голове у Цензора замелькали беспорядочные картинки из прошлого. Где-то внутри еще теплилась надежда, что разговор с сестрой – часть очередного кошмарного сна, который нужно просто перетерпеть.

– Прошу тебя, отпусти уже ее, – отчаянно взмолилась сестра.

Ее голос был пронизан болью и в то же время полон нежности.

– Не держись за нее. Переверни эту страницу.

Какое-то время они оба молчали. Наконец Цензор решился задать вопрос, который давно уже поселился у него в голове:

– Мальчик или девочка?

Сестра слегка опешила.

– У нее сын или дочка? – повторил свой вопрос Цензор.

– Дочка, – ответила сестра и, немного помедлив, зачем-то добавила: – Очень милая.

– Зейна мне снилась недавно, – признался Цензор. – Во сне у нее на лице живого места не было – все в какой-то гадкой сыпи. Видать, она и вправду довольна замужеством.

Сестра изменилась в лице, судорожно пытаясь сообразить, стоит ли говорить брату правду. После недолгих колебаний она выпалила:

– Нет. Все не так.

Цензор посмотрел на сестру непонимающим взглядом.

– Ее муж больной.

– В смысле?

– Он очень плохо с ней обращается.

Сестра покачала головой, давая понять, что больше ничего не скажет. В комнате повисла тишина.

– Я уверена, что когда-нибудь ты найдешь ту, которая полюбит тебя по-настоящему, – проговорила сестра.

– Вот бы встретиться с ее дочкой и обнять ее.