Верна Эмбой заинтересована понаблюдать, как Чарли Уэзервакс будет вытаскивать столь срочно нужные сведения из Ганеша Рангнекара. Вместе они ведут беспомощного молодого человека в один из четырёх кабинетов в глубине огромного главного помещения склада — там звуки, которые будут производиться, с меньшей вероятностью услышат за стенами здания. Чарли несёт свой большой чёрный саквояж с инструментами.

Участвовав в других подобных сеансах с единственным и неповторимым Чарли, Мустафа аль-Ямани уже ничему не может научиться в теме экстремального допроса. Он с удовольствием предоставляет суетливой мисс Эмбой возможность ассистировать мастеру-дознавателю. Сам же он сидит за складным столом — рядом с компьютером, на котором снова высвечиваются слова: ВЫ ВИКРАМИЗИРОВАНЫ.

Он, конечно, жалеет, что упускает шанс наблюдать прелестное лицо Верны, пока Чарли переходит от игл и плоскогубцев к применению электрического тока к яйцам объекта. Мустафа гадает, будут ли у неё порой раздуваться ноздри, как у кошки, будет ли она хоть когда-нибудь облизывать губы, зальётся ли румянцем — и что можно увидеть в её тёмных, непостижимых глазах.

Но жизнь куда шире, чем работа и тайны коллег. Мустафа пользуется случаем полистать выпуск GQ, в искренней попытке разрешить свою глубокую растерянность: какой мужской аромат больше всего подходит для высших кругов лучших сообществ Лонг-Айленда — в частности, для деревни Ист-Эгг.

Перенюхав все ароматы, которые могли бы подойти, он остаётся в недоумении. Поэтому теперь он решает, что наиболее уместный ответ может скрываться в названии аромата или в дизайне флакона. Полностраничная реклама Premium Blend от Original Penguin показывает не настоящий флакон, а набросок художника, который выглядит как натужная попытка связать продукт с изящным искусством. К тому же милая картинка пингвина в смокинге кажется Мустафе чересчур уж приторной. Polo Blue от Ralph Lauren — сапфирово-синий, с серебряной крышкой. Но Bleu de Chanel идёт в стильной чёрной упаковке и выигрывает за счёт того, что написание b-l-e-u выглядит более классно, чем b-l-u-e. Luna Rossa Sport от Prada — красно-серебристый и привлекательный, — но мужская модель в рекламе выглядит слишком психопатично для Ист-Эгга. Artisan от John Varvatos идёт во флаконах, оплетённых макраме, и кажется Мустафе ароматом, который больше подошёл бы Вудстоку или Портленду, чем где бы то ни было на Лонг-Айленде.

Пока он ломает над этим голову, час проходит словно минута-другая. Теперь ему кажется, что звуки бедствия, доносящиеся от объекта допроса, нарастали быстрее обычного, но, возможно, прошло больше времени, чем всего час. Он удивлён: такой мягкий экземпляр, как Ганеш Рангнекар, оказывается крепким орешком.

Так и не сумев разобраться, какой мужской аромат выбрать, Мустафа переключается на другую трудную тему, наткнувшись на три полностраничные рекламы средств для волос от Axe. Он не пользуется ничем, кроме шампуня, кондиционера и фиксирующего спрея, но, может быть, ему нужен более изощрённый подход к уходу за волосами. Axe делает нечто под названием Clean Cut Look — помаду для волос, — но результат кажется похожим на масло Vitalis. Ещё они предлагают свой Spiked-Up Look — стайлинговую «пасту-пластилин», которая создаёт современный панковский вид. Наконец, есть Messy Look — гибкая паста. У Axe убедительный слоган: НАЙДИ СВОЮ МАГИЮ. Мустафа остро сознаёт, что хорошие волосы обладают почти магической силой — открывают двери в социальные слои, — и к нокаутирующим женщинам внутри этих слоёв, — которые закрыты для мужчин с волосами похуже. Ему следует обдумать этот вопрос внимательнее.

Крики объекта допроса стали достаточно громкими, чтобы встревожить Мустафу. Возможно, Чарли ошибочно считает, что закрытый кабинет глушит крики Ганеша сильнее, чем это есть на самом деле. Мустафа уже собирается встать и предупредить партнёра, что слишком громкие звуки могут выйти за пределы склада, но, прежде чем он успевает подняться, крики переходят в жалобные рыдания и затем становятся куда тише. Когда спустя несколько минут они возобновляются, они звучат приглушённо; очевидно, Чарли сунул объекту в рот резиновый мяч и закрепил его там клейкой лентой — что означает: он собирается перейти к яйцам.

Есть ещё вопрос сумки-тоут против рюкзака. Рюкзаки, о которых идёт речь, — предлагаемые, например, Louis Vuitton и Goyard, — на самом деле не рюкзаки. Это мужские сумки, просто переименованные, и для Мустафы это узловатая проблема; он всё ещё размышляет над ней, когда в 10:17 Верна Эмбой распахивает дверь на дальнем конце склада и спешит к нему.

Отсутствие звуков от объекта допроса намекает: произошёл прорыв. Мустафа роняет журнал, встаёт из-за стола и встречает женщину на полпути.

Восхитительная мисс Эмбой ещё никогда не выглядела более желанной. Щёки у неё пылают. Ноздри раздуваются, губы влажны.

Она говорит:

— Джейн Хоук и Викрам Рангнекар в Каса-Гранде, штат Аризона. Прямо в эту минуту они встречаются с человеком по имени Энрике де Сото в «Холидей Инн» на Норт-Френч-стрит.