Сейчас Джейн была в безопасности — за запертой дверью квартиры на втором этаже, хотя надолго этой безопасности не хватит.

Дом был двухэтажный, и, как все здания в этом квартале — двух-, трёх- или четырёхэтажные, — имел плоскую крышу с низким парапетом. Где-то в этих помещениях должен был быть выход на крышу — скорее всего через металлическую винтовую лестницу, спрятанную в служебной кладовке.

Но ей не хотелось уходить вверх и наружу этим путём. Если она выберется на крышу через люк или через надстройку над лестничным пролётом, то может обнаружить, что её просчитали и выставили там своего человека, чтобы встретить. Тогда ей будет некуда деваться.

Даже если наверху не ждёт никакой сукин сын с Taser XREP, Джейн не улыбалась перспектива дикого бегства по крышам, как в очередном фильме про Джеймса Бонда. Хотя здания были разной высоты, они стояли вплотную друг к другу, и наверняка где-то имелись служебные лестницы, прикрученные к стенам, чтобы рабочие могли без труда переходить с одного уровня на другой для обслуживания крыш. Однако она уже насчитала пятерых участников этой операции — значит, их могло быть и больше. А если они собрали силу такого размера, то могли иметь в распоряжении и дрон.

Она уже пережила столкновение с двумя вооружёнными дронами в парке Сан-Диего — чем-то похожими на DJI Inspire 1 Pro с трёхосевым стабилизированным подвесом камеры. Дрон весом восемь или десять фунтов нельзя оснастить даже миниатюрным ленточным оружием под патрон калибра .22, потому что отдача раскачала бы аппарат. Но у тех, сан-диегских, было пневматическое оружие с малой отдачей, стрелявшее игольчатыми дротиками — возможно, с транквилизатором внутри.

Люди, которые сейчас сжимали вокруг неё кольцо, не рискнули бы применить такой дрон на оживлённой пригородной улице в торговом районе, но могли держать его в воздухе над крышами — так, чтобы, стоит ей появиться, её сразу же бы вырубили, почти без шанса, что кто-нибудь на уровне улицы заметит нападение.

Перспектива нападающей машины пробирала её более глубоким холодом, чем громила с Taser XREP двенадцатого калибра, и не обязательно по разумной причине, а потому что казалась предвестием нового мира, в котором тех, кто не порабощён нейронным кружевом наносети, будут стеречь и карать роботы, не способные ни на сочувствие, ни на милосердие.

Она подошла к передним окнам гостиной — они выходили на улицу и давали ей лучший, единственный шанс уйти от захвата.