Из своего «Ровера», глядя в бинокль, Иван Петро наблюдает, как Джейн Хоук выходит из придорожной закусочной при трак-стопе с пакетом еды навынос и высоким стаканом напитка. Спина прямая, плечи расправлены; в ней — грация и уверенность прирождённой спортсменки, и ни тени крадущейся настороженности, которая выдала бы беглянку. Парик со стрижкой «пикси» не тот, что был на ней прошлой ночью — тогда волосы были растрёпанные, чёрные, — но ни причёска, ни очки в роговой оправе не способны скрыть её неизменной «джейновости».

Она возвращается к «Эксплореру» и отъезжает так далеко от суетливой деловой части, насколько позволяет асфальт, — паркуется у открытого поля.

Переставив свой внедорожник, Иван снова подносит бинокль к глазам, приближает её — и видит, что она обедает. Она опустила стекло. Лёгкий ветерок шевелит волосы — значит, вероятно, опущено и переднее стекло со стороны пассажирского сиденья.

Он наблюдает, думает. Когда ему кажется, что она говорит по телефону, он решает: лучше воспользоваться случаем.

Его полноприводная машина оснащена специальным GPS, разработанным АНБ, — он показывает не только шоссе, дороги и улицы, но и внедорожный рельеф, причём довольно подробно. Поскольку Джейн выбрала для обеда самый дальний угол территории, Иван понимает: есть путь подобраться к ней так, чтобы не привлечь внимания ни к своему «Рейндж Роверу», ни к себе.

С трак-стопа он выезжает не по выездной полосе, а напрямую — по земле. «Эксплорер» стоит носом точно на восток. Иван проходит у неё за спиной — ярдах в ста к западу. Если она и увидит его, то разве что в зеркале заднего вида.

Он пересекает пятьдесят ярдов открытого пространства и въезжает между двумя вечнозелёными дубами — под громадными, похожими на анаконд, ветвями, закрученными в застывшей извилистости. Он проходит длинный спуск — ковёр жёстких, жуковидных листьев хрустит под колёсами, гонит белок вверх по стволам — и уходит вниз, в царство готических теней: тёмная земля в пятнах света, рассыпанного сквозь ветви и листву над головой.

У подножия ложбины он едет на восток, пока мигающие метки на GPS-дисплее — красная у «Эксплорера», зелёная у его «Ровера» — не оказываются на одной линии; после чего он останавливается и глушит двигатель.

Склон к северу — футов двести длиной, но не настолько крутой, чтобы по нему нельзя было подняться. Когда он выйдет наверх, между ним и «Эксплорером» будет около пятидесяти ярдов открытой земли.

Пистолет при нём — Colt .45, но валить её из него он не хочет. Ему нужно захватить её, а не убить, если он собирается узнать, где искать её ребёнка и где она спрятала доказательства, способные отправить за решётку некоторых аркадийцев.

Он выходит из «Ровера» и поднимает заднюю дверь. Расстёгивает чехол для дробовика и достаёт беспроводной «Тейзер» XREP 12-го калибра. Это помповое оружие с магазином на пять выстрелов; оно выпускает электронный снаряд увеличенной дальности — весом меньше унции, — но этот снаряд даёт пятисотвольтовый удар током продолжительностью двадцать секунд.

Классический «Тейзер» даёт дугу до пятидесяти тысяч вольт, но этот «снаряд» делает больше маленьким: форма импульса точно подогнана под электрические сигналы человеческой нервной системы. Четыре зазубренных электрода на носу снаряда цепляются за кожу или одежду, вызывая сильнейшую боль и паралич мышц, выводя цель из строя при малом риске необратимых повреждений и почти без риска смерти.

Поскольку её машина прикрывает атаку от глаз тех, кто остался на трак-стопе, ему нужно обездвижить её лишь на время, достаточное, чтобы защёлкнуть наручники на запястьях и щиколотках, — а потом дать хлороформ через ингалятор.

Иван по меньшей мере на сто фунтов тяжелее неё — сплошные пласты мышц. Он без труда утащит её в деревья, а потом либо понесёт дальше, либо волоком спустит по склону к «Рейндж Роверу».

Он поднимается вверх, сквозь потрескивающие заносы сухих листьев. Земля укрыта камуфляжем дубовых теней и мерцающих пятен солнца. Легко неверно поставить ногу и подвернуть щиколотку. До гребня он добирается дольше, чем ожидал.

Задержка играет ему на руку. Когда он выходит на кромку ложбины и прячется среди последних деревьев, он видит: ему не нужно беспокоиться о том, что пассажирское окно опущено и даёт ему чистый выстрел по Джейн на водительском месте. Она уже не в внедорожнике — она на коленях на чёрном асфальте, молотком добивает то, что может быть одноразовым телефоном.

Хотя обычный «Тейзер» на проводах способен вывести цель из строя на дистанции до тридцати пяти футов, у XREP 12-го калибра эффективная дальность — сто футов. Он примерно в полтора раза дальше этого расстояния от женщины, и ему нужно сократить дистанцию, прежде чем стрелять.

Когда он выходит из-под прикрытия деревьев, есть риск, что она заметит его, даже будучи отвлечённой телефоном. Поле перед ним щетинится бурьяном и выжженной лентовидной травой; но, продираясь сквозь неё, он почти не будет шуметь.

Он движется быстро, держа оружие двумя руками, в нескольких дюймах над поясом, готовый вскинуть его, остановиться и взять её на лазерный прицел перед выстрелом. Пороха в патроне XREP меньше, чем в обычном; снаряд, сравнительно лёгкий, никогда не набирает скорость, способную убить или серьёзно ранить.

Снаряд — чудо миниатюризации: три стабилизатора, которые раскрываются, когда он покидает ствол дробовика, заставляя его вращаться и удерживаться на траектории; электроника, спрятанная внутри ударопоглощающего пластика; микропроцессор, который отдаёт команду вольтному конденсатору «выстрелить» и при этом модулирует форму, силу и длительность импульса; две крошечные литиевые батарейки, питающие микропроцессор и обеспечивающие обездвиживающий заряд; трансформатор, превращающий энергию батарей в оглушающий эффект.

До неё, может быть, футов сто двадцать; он ещё не привлёк её внимания — и решает сократить до восьмидесяти, чтобы наверняка «уронить» её первым выстрелом.

И тут она видит его.