Когда перед нами появилась кромка хвойного леса и низкий дом с заснеженной крышей, я так и не поняла. Вик ногой постучался в дверь, и нам открыли, молча запуская внутрь. Нас окутало долгожданное тепло, о котором я уже и не мечтала. А холод отступил, спрятался, как дикий зверь, за стенами дома, поджидая другого удобного случая укусить нас.

Хозяином дома оказался невысокий парень в меховой одежде. Его взгляд был жестким, а движения — резкими, но он не прогнал нас, молча кивнул на лавку рядом с печкой, в которой весело трещали дрова, и ушел во вторую комнату.

Мы сняли верхнюю одежду. Руки и лицо горели, ноги казались онемевшими, дрожь в теле все не проходила, но мне хотелось улыбаться. Какое счастье — мы спасены!

— Думаешь, он и есть моя судьба? — прошептала я. Жить в вечном холоде не хотелось от слова «совсем».

— Сложно сказать, — почему-то хмыкнул Вик.

— Почему? — удивилась я.

— Это не он. Это она. — Ангел сделал паузу. — Девушка.

— Не поняла…

— Это девушка, — повторил ангел с нервной улыбкой. — Маленькая разбойница из «Снежной королевы». Уже, конечно, не такая и маленькая, но в общем, ты поняла, кто это. Кажется, мы снова пришли не по адресу. Нить точно бракованная. Хотя, если тебе нравятся девушки… — Вик поиграл бровями.

— Не нравятся.

— Ну вот и отлично. Снимай штаны, — невпопад велел Вик.

— А ты точно ангел? — возмутилась я.

— Точно. Нужно растереть тебе ноги. А может, не только ноги, — зловеще добавил он и помахал шерстяной рукавицей.

Наш разговор прервало появление хозяйки, которую легко было принять за парня — слишком мужественно она выглядела в своей грубой меховой одежде. Короткие волосы и шрам на лице тоже не прибавляли ей женственности. Впрочем, Разбойнице было плевать на это. Она принесла нам какой-то травяной горячий отвар в чашках и со стуком поставила их на грубо сколоченный стол.

— Даю вам пару часов и выметайтесь, — только и сказала она.

— Без проблем, — согласился Вик. — Она придет в себя, и мы покинем твой дом.

— Спасибо, что пустила, — сказала я поспешно, стягивая штаны — слава Богу, теплая кофта доходила едва ли не до колен. Кожа была ледяной.

В темных глазах Разбойницы появилась усмешка.

— Пустила только из-за тебя, девчонка. Напомнила мне кое-кого.

— Герду? — спросила я тотчас. Вик вздохнул.

— Откуда ты знаешь ее имя, девчонка? — нехорошо сощурилась Разбойница.

— Молчи, — зашептал Вик, — она же не знает, что стала героем сказки.

— Да так, слышала краем уха, — стушевалась я.

— Смотри, как бы я тебе его не отрезала — твое ухо, — пригрозила Разбойница. — Говори мне, откуда знаешь Герду?

— Встречалась с ней в городе, — тут же придумала я. — Она рассказывала о своем путешествии на север, и о том, как сильно ты ей помогла.

Взгляд Разбойницы потеплел.

— Вот оно что. Увидишь ее, скажи, что я жду ее в гости. Одну, без этого слизняка Кая.

И фыркнув, она снова оставила нас наедине.

— Врать — нехорошо, — покачал головой Вик. — Что ж, приступим?

Он бережно и осторожно начал растирал мои замерзшие ноги рукавицей, и они стали гореть. Впрочем, на это я почти не обращала внимания — мне было неловко, что это делает по сути незнакомый парень. Красивый парень.

— Хватит так обречённо вздыхать, — попросил Вик, откидывая со лба прядь темных волос. — Вообще-то я тебе массаж делаю, а не уколы ставлю с метровой иглой.

— Мне неловко, — призналась я.

— Неловко гадить на потолок, — отмахнулся он, аккуратно проводя варежкой по моей ноге — от щиколоток до колена, от колена до бедер, и обратно. В каждом его движении было столько заботы, что у меня защемило сердце от непонятной нежности, которая, впрочем, почти тут же схлынула. — Ты не должна воспринимать меня как мужчину. Вот я тебя как девушку вообще не воспринимаю — даже не смотря, что ножки у тебя отпад. Думай обо мне как о старшем брате.

— Я всегда хотела иметь старшего брата. Когда папы не стало, даже представляла себе, что у меня есть большой и сильный брат, который поможет нам, — зачем-то сказала я. — И когда появился отчим, тоже мечтала о брате. Что вот-вот он вернется домой из долго путешествия, откроет дверь и выгонит отчима.

— Отчим, я смотрю, не особо хороший человек, — заметил ангел, продолжая растирать мои ноги, которые начали гореть еще сильнее.

— Не особо. Любит выпить, поднимает на маму руку — не знаю, зачем она вообще его выбрала и зачем вышла замуж. Сама теперь мучается, а ничего поделать не может — нашу старую квартиру он продал, а мы живем вместе с ним, — ответила я. Я злилась и на отчима, и на мать, и на себя — за то, что ничего не могла изменить.

Не знаю, как так вышло, что я рассказала ангелу обо всем. О том, как ушел папа, о том, как плакали мама и бабушка, о том, как в доме появился незнакомый мужчина с суровым взглядом, о том, как мы с сестрой прятались от него в ванной комнате или под кроватью, когда он напивался. Обо всем. Читай книги на Книгочей. нет. Поддержи сайт — подпишись на страничку в VK. Слова лились сами собой, и на глазах выступали слезы, которые я украдкой смахивала. Однако когда я закончила свой рассказ, то почувствовало, что на душе стало немного легче.

- Возможно, после того, как не стало твоего отца, твоя мама просто испугалась, — задумчиво сказал Вик, поднимая на меня лучистый взгляд. — Она осталась одна, с двумя маленьким детьми, и ей нужна была поддержка. Она выбрала не того человека, но не суди ее за это. Твоя мама и так расплачивается за свою ошибку.

В его голосе появилось неожиданное участие — не жалость, не сочувствие, а участие. Искреннее и теплое. Согревающее не хуже, чем печка в доме Разбойницы.

- Я знаю, — прошептала я. кусая губы. — Спасибо, что выслушал.

Не понимая, что делаю, я потянулась к Вику. Обняла его, прижалась щекой к широкой груди и замерла. Ангел не оттолкнул меня — его руки оказались на моей спине. Он гладил меня по волосам, и я, чувствуя, как быстро колотится сердце, снова захотела, чтобы время остановилось.