— Хейли, — протяжный стон, и настойчивые губы ищут мой рот.

— Мэтт?!

— Хейли? — Пенелопу я не видела, потому что отбивалась от бывшего соседа, но прекрасно расслышала ее потрясенный вопль.

Мэтту просто очень повезло, что я не настолько испугалась, чтобы ударить магией. А в следующий миг его от меня отодрали. Кто бы мог подумать, что в Ривэне столько силы!

Завязалась потасовка, из которой победителем вышел мой брат. Такая гордость за него обуяла, словами не передать. Ривэн сидел верхом на третьем принце, как на породистом скакуне, и тревожно смотрел на меня.

— Накинь… — прохрипел Мэтт, — накинь на себя простыню!

К кому он обращался, догадаться несложно. Ойкнув, побежала в спальню, Пени увязалась за мной. Помогая быстро облачиться в рубашку и штаны, она еще и косу мне заплела, шепотом уточнив, все ли со мной хорошо и не успел ли Мэтт причинить мне боль. Проявившиеся синяки она тут же свела, ее интересовал мой душевный комфорт.

Заверила подругу, что все будет в полном порядке, когда я поговорю с Мэттом, и мы вышли в прихожую, где брат все так же восседал на принце, впечатав того в пол.

— Прости, — прохрипел Мэтт. — Ривэн, пусти, я все объясню. Она уже одета, ей ничего не грозит, клянусь!

Брат посмотрел на меня, и я кивнула, позволяя бывшему соседу подняться. Его поведение было странным, нетипичным, тем более он никогда не питал ко мне романтических чувств. А тут… накинулся, словно я единственная, кто в силах утолить его жажду!

— Идемте в кабинет, там места больше.

Ривэн вернулся к двери и дважды провернул ключ.

Черт, а ведь я не помню, запирала ли ее на замок перед тем, как уйти в ванну. Выходит, что нет! Совсем позабыла об этом. Слишком привыкла к тому, что посетители согласуются с хранителем общежития, а Асгара здесь больше нет…

Вот дура!

Мы расположились на ковре, проигнорировав кресла и стул. Сейчас остро не хватало демона с его извечным: «Сок или чай?» Но я задавила в себе снобистские замашки, не у себя дома принимаю гостей, к тому же предстоит серьезная беседа.

Мы молчали, давая Мэтту выговориться. Сначала он извинялся, и по его лихорадочному взгляду было видно, что ему все еще тяжело, но парень искренне раскаивался в нападении.

А потом стало не до обид. Сначала ощутила вмешательство извне, сперва схожее с осторожным касанием чужой магии, а потом с назойливыми ударами кувалдой. Давление возрастало, в висках стучал пульс, из носа вновь потекла кровь. Затем к сопротивлению подключился Коша, мысленно меня подбадривая.

— Хейли! — воскликнули ребята хором.

— Все в порядке, — просипела, — не отвлекайтесь. Потом.

— Не в порядке, — вскинулся Мэтт, — это же…

— Продолжай рассказывать! — не дала ему озвучить то, что со мной происходило.

Неудивительно, что он знал, — ему по статусу положена максимальная защита от ментальных воздействий. — Ты пробыл трое суток во дворце, когда начал чувствовать изменения, что было дальше?

Парень попытался возразить, но, поймав мой взгляд, поперхнулся.

Я видела тревогу в глазах друзей, однако поступок ректора мы обсудим позже, тем более у него ничего не получается. Меня страховал не только Коша, со мной были блуждающие стихии.

— Ты же видела, как они одеваются… — сдался Мэтт, — они так наряжены, что практически раздеты!

— Я правильно понимаю, что ты кидался на всех девушек и женщин дворца с целью… — потрясенно пробормотал Ривэн.

— Да! — нервно подтвердил Мэтт. — Просто поверь, на одном поцелуе я не останавливался.

Друг испытывал к себе отвращение. Эта эмоция буквально прошила меня насквозь, заставив отвлечься от настойчивого «взлома» моего сознания.

— Реакция идет на обнаженную кожу? — В принципе было и так понятно, но я все-таки уточнила.

— Да.

— А мужчины?..

Мэтт отвел взгляд и тяжело вздохнул.

— И на них… — и тут же поспешно заверил, — но с ними я не спал!

Богиня!

— Тварь! — вспылила я. — Твой отец тварь, Мэтт!

— Леди Меган пытается мне помочь, но пока она смогла только заглушить интенсивность реакции, однако…

Этого мало. Не представляла, чем опоили принца, даже предположений нет, и это неимоверно злило. Мы должны ему помочь!

— Поцелуй его, — вдруг произнес в моей голове Асгар.

— Что? И… ты подсматриваешь?

Так сильно удивилась тому, что демон пожелал со мной связаться, несмотря на то, что я находилась в академии, что вместо того чтобы, быстро расспросив о поцелуе, прогнать его из своей головы, глупо растягивала нашу беседу.

— Присматриваю. Хейли, на нем чары жрицы, он опоен их кровью. Поцелуй его по-настоящему и позволь своей магии пробудить его воду.

— В смысле — пробудить? Он что, тоже запечатан?

— Делай, как говорю, тебе все объяснят.

Асгар исчез, оставив меня в растерянности и с множеством вопросов.

Поцеловать Мэттью, чтобы потом Райан убил меня на почве ревности и обиды? А заодно и своего непутевого братца?

И ведь понятно, что ради шутки Асгар никогда бы такое не предложил, но… Да я Мэтта как брата воспринимаю, причем младшего, и… Целоваться с ним по-настоящему, как с Райаном?

Стихии во мне и так были потревожены вынужденной защитой от ректора, а теперь и вовсе взбунтовались. И нет, волновали их не мои переживания, они тянулись к Мэтту! Мало того, подгоняли меня! Это было схоже с «укусом» крапивы, когда место ожога печет и чешется. Вот так же пекло и чесалось, но только внутри. Отвратительно!

— Мэтт, ты доверяешь мне? — спросила, смирившись с тем, что это единственный способ помочь другу.

— Да, — не задумываясь ответил он.

— Ребята, я прошу не вмешиваться. Что бы я ни сделала, это продиктовано волей Хранителя.

— Какого Хранителя? — удивился Мэтт.

Ривэн и Пени нахмурились.

— Хейли, у тебя все еще кровь из носа течет, может, сначала…

Тошнотворная вспышка, и я глубоко задышала, чтобы не испортить ковер. Судя по всему, лечиться блуждающие стихии мне не дадут.

Кровь… Так-так…

— Потом. — Ничего более не уточняя, пересела поближе к принцу. — Мэтт, доверься мне.

М-да…

Представила, как мы выглядим со стороны. Я с заляпанным кровью лицом, Мэтт, судорожно втягивающий воздух и борющийся с желанием притянуть меня к себе.

Не я, он первым прильнул к моим губам.

Мне ничего не оставалось, как позволить продолжить и углубить поцелуй. Я воспринимала его как механический процесс до того момента, когда почувствовала, что мы обмениваемся не только слюнями.

Вернее, это я передавала Мэтту магическую энергию. И ему, видимо, было больно, потому что он попытался разорвать контакт. Не знаю, откуда только силы взялись, но я мертвой хваткой вцепилась в плечи принца, вжалась, продолжая поцелуй, точно чувствуя, что останавливаться еще рано.

Когда Мэтт обмяк и начал заваливаться набок, отодвинулась от него. Катастрофически не хватало воздуха, и я жадно дышала. Кровь течь так и не перестала, во время поцелуя лишая меня дыхания.

Пенелопа не стала спрашивать разрешения и начала лечение. Я благодарно ей улыбнулась, наконец позволив себе расслабиться. Коша давно перетянул на себя борьбу с попыткой ректора завладеть моим сознанием.

— Что с ним?! — выкрикнул Ривэн и кинулся к Мэтту, который чем-то захлебывался.

Секунда, и брат перевернул его на живот.

Мы шокированно взирали на сгустки черной крови, которой рвало принца. Пенелопа дернулась, но я ее удержала:

— Пусть из него выйдет вся гадость, которой его напичкали, а потом ты его подлечишь, если понадобится.

— Ты шутишь?

— Нет, так советует Коша.

Поморщилась — поток информации напоминал жужжащий рой над ухом, но я внимательно слушала дракона, чтобы пересказать ребятам.

— Жрицы напоили Мэтта кровью. Она распространилась по организму ядом, который не только вызывал потребность в постоянном сексуальном контакте, но и блокировал каналы водной стихии.

— Вода — это жизнь, — пролепетала Пени.

— Да, сила Хранителя, как видишь, избавила его от яда, а водная стихия завершит очистку и подлечит. Скоро наш принц будет в полном порядке.

— А твоя кровь, получается, стала катализатором.

— Почему ты так решила?

— Ну, ты же говорила, что в тебе выжжена кровь жрицы, но демоны чувствуют тебя своей. Вот я и подумала, наверное, есть что-то такое в составе, что заставляет их путаться и…

— Похоже, ты права.

Я закрыла глаза. Смотреть, как мучается Мэтт и пачкает чистый ковер, было выше моих сил. Нет, я не ханжа, но ковер придется сжечь, а за это меня точно по головке не погладят!

* * *

Мы сидели в столовой и хмуро наблюдали за Мэттом, который водил вилкой по тарелке и буравил взглядом ужин.

Картофельное пюре и куски мяса от гневного взора парня никуда не исчезли.

— Мэтт, поешь, тебе нужны силы, — в который раз повторила.

— Это несправедливо, — воскликнул он и поднял голову. — Мне так жаль…

Я лишь хмыкнула. Знал бы он, как нам повезло с наказанием, перестал бы винить себя!

— Ты ведь боишься животных, а назначена отработка в вольерах, еще и мытье аквариумов…

Едва сдержала победную улыбку. Мы с ребятами столько времени ломали голову над тем, как нам попасть в ангары с Горгонами, а тут такой подарок судьбы. Да я готова расцеловать ректора за это наказание!

К тому же точно знала, что нам не сойдет с рук использование магии в общежитии, а порча имущества академии лишь добавила вины в наш проступок.

Мастера не грызли муки совести, наоборот, он был зол, потому что у него не вышло завладеть моей памятью, а напрямую сообщить о том, что это именно он взламывал мой защитный блок, ректор не мог.

Да и я тоже делала вид, что вот ни капельки, ничегошеньки не произошло, ну кроме порчи ковра да излечения Мэттью.

Мне еле удалось отвертеться от расспросов леди Меган, сведя все к тому, что исцеление произошло благодаря блуждающим стихиям, и я не запомнила, что именно делала. А Пени и Ривэн пришли уже после того, как Мэтта вырвало черной кровью.

Мы лгали, и если мастер это видел, то целительница лишь сокрушалась, что не оказалась рядом и не сохранила образец яда, которым отравили принца.

В итоге нас отругали и наказали. Мне предстояло весь следующий день трудиться на благо магических существ. Пенелопе и Ривэну влетело за соучастие в сожжении несчастного ковра — мол, вместо того чтобы остановить, они молча стояли и смотрели.

— А где твой Страж? — перевела я тему.

— В океане… Наша связь и без того была непростой, а с этим демонским зельем практически исчезла, — пожаловался Мэтт. — Надеюсь, все вернется, и я смогу его позвать.

— Все будет хорошо, — поспешила заверить его Пени, — ты обязательно наладишь с ним связь, и вы станете единым целым, как и Хейли с Дрейком.

— Единым? Вы что, прошли третью ступень привязки?

— Да. Так вышло…

— Хотел бы я знать, что у вас происходило на практике.

— Когда-нибудь обязательно расскажу.

— Вы что-то скрываете, да?

Молчание стало ему ответом. Лгать не хотелось, посвящать в свои планы — тоже.

— А почему ты не спрашиваешь, где Элайза и Асакуро? — Пенелопа взяла огонь на себя и лукаво усмехнулась.

— Ну и почему они не вернулись с вами? — буркнул Мэтт и потянулся к чашке.

— Потому что у них… — нагнувшись к нему через стол, подруга протянула заговорщическим шепотом, — брачная ночь.

— Что?! — Чай у Мэтта пошел носом, он закашлялся, а я мысленно поаплодировала Пенелопе.

Она очень ловко сменила тему и сместила его интерес. Умничка!

В столовую, где и так было немноголюдно, вошли преподаватели.

Отец решительно направился к нам. Вид у него был такой, словно его долго жевал Коша, а потом выплюнул. Но привлекла внимание его мантия, наглухо застегнутая, что было странно, учитывая, как тепло в помещении.

— Хейли, я зайду к вам после ужина, — поравнявшись с нашим столиком, сказал он и одарил меня улыбкой.

Мне улыбаться не хотелось, а потому я кивнула:

— Да, декан Сизери.

Отец вздрогнул, но говорить ничего не стал, круто развернулся и пошел к преподавательским столикам.

— Хейли, ты успела поругаться с лордом Изиром? — удивилась Пенелопа.

Я пока ничего не успела им рассказать.

— Позволите присоединиться к вам? — Декан Ронг появился внезапно и напугал меня.

— Конечно, — с некоторой заминкой ответили мы хором.

— Если бы вы так на лекциях отвечали, — ворчливо заметил артефактор, но с улыбкой.

— Боюсь, в этом случае в аудитории никогда не будет тишины и покоя.

— Несомненно, поднимется гвалт, начнутся споры, — согласился лорд Ронг. — Ведь вы никогда не готовитесь к предмету досконально.

Я гадала, чем вызвано желание преподавателя присесть за столик к студентам. Вокруг перешептывались немногочисленные свидетели небывалого зрелища.

— Ваше высочество, если вы не желаете ужинать, не стоит переводить продукты, — укоризненно заметил старичок, а Мэтт, о чудо, так заработал вилкой, что буквально через пять минут тарелка сияла чистотой.

— Спасибо, декан Ронг, — я широко улыбалась, — мы не могли уговорить его поесть, и тут пришли вы…

— Не стоит благодарностей.

— Меня бесконечно удивила новость, и я никак не мог понять, шутите ли вы или нет, — выкрутился Мэтт. — Декан Ронг, а вы знаете, что Асакуро и Элайза сочетались браком?

Я пнула Мэтта под столом.

— Так и знал, что вы меня обманули! — тут же отреагировал он.

— Леди Хейли?

— Это правда, Асакуро и Элайза с этого дня муж и жена, но… Давайте оставим за ними право на оглашение важного события в их жизни?

— Безусловно, я буду нем как рыба, — пообещал лорд Ронг.

— То есть… Они? Выскочки? Они же друг друга терпеть не могут! — потрясенно выдохнул Мэтт.

— Что вы, лорд Мэттью, — снисходительно заметил глава Факультета Артефакторов, — с первого их дня в этой академии было ясно, что они идеальная пара и, что важнее, любят друг друга.

— Но они же постоянно ругались.

— Скорее, привлекали к себе внимание.

Мы с Пенелопой переглядывались и усмехались. Правда, я быстро стала серьезной. Эти выскочки от души насыпали перца и соли в рану.

— Остались только мы, — вдруг заявил лорд Ронг. — Кто с полными тарелками.

Действительно. Я за уговорами принца не притронулась к своему ужину.

А есть хотелось, желудок тут же напомнил, что его забыли покормить. Хорошо, урчание не было громким.

— Сейчас мы это исправим. — Пожала плечами и отправила в рот кусочек мяса.

Вкуснота!

— Хейли, он хочет наедине остаться. — Не поперхнулась только потому, что уже прожевала.

— С чего ты взял, Коша?

— Это очевидно, он хочет поговорить с тобой. Декан Ронг старой закалки, он джентльмен и не станет требовать от всех уйти, но может намекнуть…

— Мы все равно не будем одни, рядом преподаватели и другие студенты.

— Хейли, он артефактор, просто поверь, никто не узнает, о чем декан говорил с тобой.

— Я должна выпроводить ребят?

— И что-то мне подсказывает, что ты не пожалеешь.

— Старый интриган, — проворчала мысленно, а вслух произнесла: — Ну что ж, встретимся завтра. Хорошего отдыха!

Пени и Ривэн внимательно вгляделись в мое лицо, пытаясь понять, шучу я или это приказ. Я знала, что они о многом хотели со мной переговорить, да и мне требовалось поделиться новостями, но прямо сейчас нужно, чтобы они ушли и забрали с собой Мэтта.

— Хейли, неужели ты думаешь, что…

— Мэтт, леди Меган просила, чтобы ты нанес ей визит после ужина, — хмуро напомнила Пени, — а чтобы ты точно к ней сходил, а не сбежал в общежитие, мы с Ривэном тебя проводим.

— Так вот почему, — выдохнул принц. — Хейли, ты как Райан, честное слово!

Его возмущение было таким забавным, что я не сдержалась, прыснула.

— Здоровье принца — приоритет всего государства, Мэттью. Увидимся завтра.

И пока Мэтт не начал возмущаться по второму кругу, ребята ловко увели его от нашего столика. Правда, посуду убирать за всеми придется мне.

— Спасибо.

Кивнула, показывая, что поняла подоплеку его слов.

Декан Ронг достал небольшую стеклянную коробочку, в которой плавал какой-то камень, и поставил ее на стол по левую руку от себя.

Как только она оказалась на поверхности, все звуки смолкли.

— Я бы не хотел, чтобы кто-то услышал, о чем я хотел поведать вам, леди Хейли. Надеюсь, вы не против моей магии? Для всех, кто находится в столовой, мы обсуждаем историю становления стихий, а также случаи смещения магического резерва у мужчин и женщин. Вы же не забыли наши уроки?

— Невозможно забыть уроки, проведенные в вашем ожерелье. — Я невольно улыбнулась.

— Что ж, вы ешьте, а я буду рассказывать. Вам будет полезно и интересно.

Старичок вздохнул и посмотрел на меня, словно собирался с духом или не одобрял того, что я так и не приступила к трапезе. Поторопилась схватить вилку.

— Я единственный наследник Безумного Артефактора, единственный, кто жив. Моя племянница и сестра не в счет.

Вот уж точно чудеса случаются! Меньше всего я ожидала, что декан Ронг начнет разговор о своем предке.

— Айн погиб при странных обстоятельствах. Вы ведь уже поняли, кем они были? — пытливый взгляд, а у меня нутро свело судорогой.

Он знает? Знает?!

Кивнула. На большее я сейчас была не способна. Слишком удивлена.

— Я ждал преемника более века, Хейли. Я не получил дара своего предка, он проявился в юноше из бедной семьи. — Декан опустил голову. — Моя вина, что не сумел сберечь его.

— Не ваша, — хрипло возразила, — Айн полюбил не ту девушку, доверился ей, а его предали.

— Вы знаете кто?.. — вскинулся мужчина.

— Да, все причастные к его смерти получат по заслугам. — Из моего рта выпорхнула бабочка. Ну, стихии!

Старый артефактор проследил за ее полетом.

— Так стихии реагируют на Айна, — пояснила я. — Он любил его.

— Он?

— Хранитель этого мира.

— Почему вы решили, что создатель нашего мира — он? Айн говорил, что это женщина.

— А что еще он говорил? — жадно спросила я и осеклась: — Женщина?

Стихии на этот счет молчали, никак не реагируя.

— Да, он говорил, что наш мир создала богиня, и в архивах моего предка тоже фигурирует женщина.

— Я бы хотела извиниться, — промямлила, потому что стыдно признаваться в воровстве, хоть и не я воровала те записи.

— Не стоит. Если бы лорд Валруа не похитил часть архива, я бы никогда не подошел к вам с разговором. В прошлый раз, когда стихии выбрали носителя, ваш отец пообещал, что если я еще раз подниму эту тему, меня ждет позорная смерть и слава Безумного Артефактора. — Мужчина покачал седой головой. — Я трус, Хейли? Вы разочарованы во мне?

— Но вы же готовы нам помочь, а что касается вашего пращура, мне невероятно жаль, что с ним так поступили. Мне жаль, что теми, кто приговорил его к смерти, были люди, наделенные огромным даром. Сердца и слуха у них не оказалось.

Одинокая слезинка скатилась по морщинистой щеке лорда.

Мне хотелось обнять его, но я оставалась неподвижной, если не считать того, что все равно приходилось жевать, хотя аппетита уже не было.

Смысл сказанного деканом Факультета Артефакторов медленно, но верно доходил до моего уставшего мозга. Лорд обращался к отцу, а тот грубо его послал, при этом пообещав кару за правду. Как такое могло произойти, почему он не выслушал до конца, почему не помог?

Стоп. Отец не мог знать, что Безумного Артефактора казнили по приказу короля Элнора, а значит, отвечал Ронгу Асгар. Мы сами только недавно узнали, что на самом деле случилось с проводником воли хранителя.

— Декан Ронг, мне жаль, что, обратившись к человеку, имеющему дар хранителя, вы вместо помощи и поддержки получили отпор, но… Я хочу, чтобы вы знали: тогда от лорда Изира Сизери было лишь тело.

Я не боялась говорить правду, он обязательно поймет то, что я хотела сказать, даже без подробностей.

— Вот как… — мужчина нахмурился. — Значит ли это…

— Сейчас нет.

Наставник с облегчением вытер взмокший лоб. С минуту сидел неподвижно, что-то обдумывая и решая для себя, наконец достал из-за пазухи шкатулку.

— Я должен отдать это вам, — протягивая мне ее под столом, произнес он, — откройте, пожалуйста, в своей комнате.

Безмерно удивленная, машинально забрала подношение.

— Я много лет пользовался записями, несомненно, самого гениального артефактора в истории магии. Кулон, что вы носили, — крупица тех чудес, что были подвластны разуму моего предка. Я лишь воплощал их в реальность, несколько усовершенствовав. То, что в этой шкатулке, начал создавать он, а закончил Айн. Я знаю только одно, леди Хейли, этот ритуальный нож вам пригодится, но вот как вы должны его использовать…

Декан Ронг залпом осушил чашку с чаем.

— Вам дарована невероятная сила, да только дорога, которой суждено пройти, не принесет ничего кроме боли. Мне жаль, что я могу быть лишь наблюдателем и молчаливым свидетелем. Однажды Айн заявил, что мой удел — вовремя распознать и направить избранного по правильному пути.

— И вы справились. — Я позволила себе улыбнуться. Тепло, открыто. — Огромная сила — это не лекарство от всех бед, декан Ронг. Особенно если она в таких неумелых руках. Вы видели, что случается, когда я теряю контроль. Во мне бурлят блуждающие стихии, а опыта не хватает. Все, на что я была способна в первый месяц своей практики, — это разрушение. И даже сейчас, поняв природу дара, найдя общий язык со стихиями, насколько это вообще возможно в моей ситуации, не всегда могу сдержать разрушительный поток. Это сильнее меня. Однако…

Учитель вздрогнул и сокрушенно покачал головой. Он и без меня знал, что я совсем не готова ни к мощи стихий, ни тем более к борьбе с применением нежданной магии.

— Именно вы научили меня не сдаваться. Вы были одним из первых, кто положил начало моему становлению как личности. Я пришла в академию, чтобы стать другим человеком. Моей целью была свобода, и именно вы показали мне, что помимо свободы есть кое-что посущественнее.

Взгляд, которым одарил меня старый наставник, не поддавался описанию. В нем сплелись надежда и горечь, радость и стыд, гордость и сожаление.

— Любовь к науке, любовь к магии, любовь к ближнему… На любви зиждется мир, строятся отношения, обретаются друзья и творятся чудеса. Я не избранная, декан Ронг, я лишь подходящий сосуд. Один из многих существовавших в прошлом. Очередной шанс нашего мира возродиться из пепла и избавиться от гнета захватчиков.

Я оглядела почти пустую столовую, впервые кристально ясно осознав то, что долгое время ускользало от моего внимания. Я никогда не овладею стихиями полностью. Они будут помогать, подталкивать к тому, что необходимо создателю нашего мира, но никогда не останутся со мной навсегда. И покинут меня, если я не выполню свою миссию или сойду с намеченной тропы. Избранной была лишь Хелла. Она же ею и останется.

— Вы открыли мне это чувство, привив любовь к знаниям. И если мне суждено умереть, выполняя волю блуждающих стихий, сделаю это с улыбкой. Потому что любовь — верная спутница вечности. Значит, я буду идти ее дорогой.

— Хейли… — потрясенно прошептал мужчина.

Глаза его были полны слез, которых он совершенно не замечал.

— Я сделаю все, что должна, декан Ронг. И я благодарна вам за помощь. Мы благодарны.

— Хейли! — окрик отца заставил наставника вздрогнуть и неловко смахнуть артефакт.

Звуки обрушились внезапно, на миг дезориентируя.

— Декан Ронг, объяснитесь… — начал было папа, но я вмешалась.

— Декан Сизери, вы только что нарушили ход важного эксперимента, в котором декан Ронг предложил мне принять участие. Мы тестировали новый артефакт. — Ни к чему ему знать, что наша изоляция была намеренной. — Скажите, как вы взломали защиту?

— Да, мне тоже хотелось бы знать слабое место в моем творении.

— Ваш артефакт ни при чем, — сухо парировал отец. — Пока вы его не убрали, я не мог отвлечь вас от ссоры по поводу изменений и смещения центра резерва беременных женщин. Поэтому я прибег к родовой магии, чтобы окликнуть дочь. Поздравляю, ваш эксперимент удался.

— Спасибо, декан Ронг, было очень интересно и познавательно! — Я поторопилась собрать со стола подносы и грязные тарелки, мысленно радуясь, что успела спрятать подарок за пазуху.

— О! Это вам спасибо, леди Хейли.

Поймав ответную улыбку, подскочила с места и отнесла посуду.

Как бы мне ни хотелось продолжить наш разговор, отец этого сделать не позволит. Вон в каком нетерпении постукивает ногой по полу.

Внутренне встряхнулась и заставила себя выглядеть невозмутимо и спокойно. Разговор будет не из приятных.

Всю дорогу до общежития прокручивала в голове слова наставника и остро жалела, что мне не удалось попросить его помочь Райану и поделиться своими записями. Ведь он, наверное, не только хотел отдать мне артефакт-нож, но и предложить помощь в разборе дневников Безумного Артефактора. Ох и не вовремя я со своей сентиментальностью влезла! Да еще отец, с которым мы условились встретиться через час, вмешался и забрал меня раньше.

И я бы решила, что ему не терпится отдать родовые артефакты, да только руки его были пусты.

— Пригласишь или будем стоять в коридоре? — Я замешкалась, открывая дверь, за что удостоилась насмешки.

— Лорд Сизери, таким тоном в гости не напрашиваются.

— Хейли…

Я злилась и не попадала в замочную скважину. Пришлось остановиться, успокоиться и попробовать еще раз. Дверь поддалась, и я первой вошла внутрь, включила свет и направилась к окну, ожидая, пока отец заговорит. Но он молчал.

— Ты пришел сказать мне, что не вернешь артефакты, верно?

— Хейли, я не знаю, что ты задумала, но склонен считать, что ты ошибаешься и…

— Ошиблись вы, лорд Сизери, предав собственную дочь. У вас, видимо, есть другие дети, раз вы так легко отреклись от имеющейся наследницы!

Даже ударив, я бы не достигла такого эффекта. Плечи отца поникли, он опустил голову.

— Никогда род не предавал свою семью, вы совершили преступление, лорд Сизери и были за это наказаны.

Не зря отец прятал тело под мантией! Откуда-то я знала, что с ним случилось.

— Дух рода не просто украшение, он, в отличие от вас, защищает своих детей!

Я не просила раздеваться, папа сам медленно скинул с себя мантию, под которой оказались свободного кроя штаны и незастегнутая рубашка.

Я не думала, что все будет настолько плохо, но глаза меня не обманывали, всю его кожу расчерчивали выжженные линии. Повторяя вены на теле отца.

— Я защищаю свою дочь, Хейли. Ты можешь не соглашаться и не верить, думать, что знаешь все на свете, но я не желаю потерять тебя и не стану стоять в стороне, видя, как ты прыгаешь в пропасть! И если запереть тебя в академии — единственный способ сохранить жизнь, будь уверена, я пойду на это.

— Не так давно ты обещал доверять мне, отец. Помогать, быть тем, кто непременно поймет и поддержит. Ты не сдержал обещания и подло ударил в спину. Вы вдвоем с мастером. — Лицо отца судорожно передернулось. — Думаешь, я не понимаю, что вы делаете? Разделяй и властвуй, не так ли? Наверное, сегодня ночью ректор вызовет Ривэна для приватного разговора, потом Пенелопу. А когда вернутся оборотни, то и их, но так же, по отдельности. А вот совместное обсуждение практики состоится после того, как я буду вымотана отработкой наказания, а в идеале где-нибудь заперта, чтобы не мешать тому, кто примерит на себя мою ауру. Вы не учли одного — у меня влиятельные, опытные друзья, и справиться с магией ректора помогут клятвы. Пытаетесь выиграть время, чтобы найти способ обойти мой блок и завладеть личиной, а стоило хотя бы поговорить. Как отец с дочерью, а не как декан с ученицей!

Я закусила губу. Не мне вести такие речи, потому что собиралась ограбить академию, но при этом… Я ведь не замышляла никому навредить. Если повезет, все пройдет быстро и безболезненно для окружающих. Впрочем, сама в это не верила. Никто не останется в стороне и не будет смотреть спокойно на то, как святыню лорда Альгара пытаются унести из-под его носа.

— Ты соглашаешься с ректором, не желая вдаваться в подробности его решений. Просто исполняешь приказ, свято веря, что я в опасности и не понимаю того, что делаю. Мне не пять лет, пап. Ты пропустил момент, когда должен был заниматься моим воспитанием. Я давно совершеннолетняя. Но самое страшное — ты оставляешь меня без защиты рода. Единолично решив, что нельзя отдавать артефакты, принадлежащие мне по праву наследницы.

— Хейли, оборотни в академии. — Коша выбрал не самый удачный момент для общения, но благодаря его вмешательству я смогла передохнуть и остыть.

С гневом не стоит перебарщивать. Трезвость и холодный расчет — вот то, что необходимо сейчас.

— И не хочу слышать оправдания. По праву старшего в роду ты можешь распоряжаться артефактами и отдавать приказы мне и Ривэну, хоть он и названый сын и никогда не станет преемником. Однако мы имеем право отказаться исполнять твою волю. Ваши намерения, лорд Сизери, мне ясны. — Сердце рвалось на части от боли: где же тот, кто утешал меня, кто прижимал к груди и обещал стать опорой и защитой. Где мой отец?! — Вы трус. Трус, который прикрывается титулом, связями, перекладывая ответственность на чужие плечи. Мастер заблуждается во многом и слишком многого не ведает. А вы никогда не верили в свою дочь и даже не попытались этого сделать. Слепая вера не очень вас привлекает, верно? Проще выбрать то, что вроде имеет объяснение и предполагает логическую цепочку действий. Сожаление — вот что отныне доступно вам, декан Сизери. Я никогда более не переступлю порог вашего дома. А теперь уходите.

— Хейли! — отчаянный вопль с такой мукой в голосе, словно с отца кожу живьем содрали.

Вот только его крик потонул в ослепительном огне, окутавшем на мгновение мое тело. Я не испугалась только потому, что почувствовала родственную связь, и пусть не сразу, но сообразила, что в этот самый миг произошла смена главы рода.

Иначе как объяснить появление всех артефактов? Абсолютно всех! И тот факт, что некоторые из них считались пропавшими, не помешал воссоединению с новым главой рода Сизери.

— Коша, как же так?

Меня била крупная дрожь. Я уже жалела о своих словах. Потому что такого итога не то что не ожидала, я была не готова, да и не хотела этого! Однако перстень настойчиво бился в руки, требуя надеть его на палец и окончательно принять случившееся.

— Надевай, — потребовал дракон, и я послушалась.

Глаза щипало от слез, тело дрожало от перенапряжения, а действия отца окончательно довели меня до истерики — встав на колени и опустив голову, он произнес:

— Приветствую главу рода.

— Успокойся! Не сейчас, Хейли! Слышишь? — Коша был ниточкой, что заставляла меня держаться и не впадать в отчаяние. — Малышка, держись. Помни о стихиях, ты же не хочешь оставить своих друзей без жилья?

Смешок сорвался с губ и перерос в истерический хохот. Постепенно уходила боль, смех и слезы очищали душу, позволяя выплеснуть накопившийся непосильный груз обиды.

И все же сила обрушилась на академию. Затяжным проливным дождем. Небо плакало вместе со мной.

— Хейли!

В дверь барабанили, но я не делала попытки подняться. Зачем, если здесь декан? Он и впустит визитеров. И в тот момент, когда лорд Сизери отпер дверь, из портала передо мной вышел ректор.

— Замечательно. — Оборвала смех и оглядела собравшуюся компанию. В ставшей вдруг маленькой неуютной прихожей стояла вся моя команда. — Результаты практики обсудим прямо сейчас.

* * *

Это началось неожиданно. Раньше оговоренного времени, намного раньше. Мы только закончили с ангарами и прогуливались у ворот, присматриваясь к статуям и разгадывая охранные плетения на них. Я успела дезактивировать лишь два, когда мое внимание привлек далекий нестройный гул.

Нашествие демонов и жрецов застало врасплох всех, включая меня и мою команду. Хотя уж нам-то было хорошо известно, что должно случиться этим вечером.

И откуда только взялись эти твари? Наш план по краже статуй их не подразумевал. Но если в первые мгновения надеялась, что это просто чудовищное совпадение, то, увидев во главе Райана, поняла, что мне не чудится. Он управлял ими!

Маленькая армия надвигалась на академию и выглядела устрашающе. Меня пробрал страх. Не за себя, нет. За всех, кто находился в академии. Так не должно быть. Это сон, кошмарный сон!

Зачем Райан пригнал сюда этих существ, особенно зная, что Стражей в академии практически нет? А если они прорвут защиту? А если погибнет кто-то из студентов?!

Я стояла у главных ворот и вглядывалась в неотвратимо надвигающуюся черную наземную тучу из человеческой массы. Ривэн и Пени оказались у меня за спиной, а спустя пару минут рядом с нами возник ректор.

Я прикрыла глаза, успокаивая сердце. Нужно доверять Райану, нужно верить. Он не даст никому умереть. Всему есть объяснение, даже тому, что сейчас вижу.

Вчерашний вечер казался смутной кляксой по сравнению с тем, что вот-вот начнется. Вспомнила взгляд ректора, который буквально кричал о том, что я имею право на суд стихий, где ответчиком выступал бы он. А я в тот момент думала, что он совершил преступление по отношению ко мне, а завтра это сделаю я по отношению к нему. Один-один.

Вот только не на такой масштаб я рассчитывала. Не такое горе желала причинить. Мне нужны статуи, а не боль и кровь преподавателей и студентов!

Лихорадочно кусала губы, ища способы минимизировать последствия встречи со сторонниками культа Безымянного, стараясь не обращать внимания на отрывистые команды, отдаваемые мастером. Я должна установить защиту, однако…

— Дрейк! — мой крик потонул в гуле других голосов.

Срочно менять план и расстановку сил!

Шум крыльев и рев дракона на секунду оглушили, а огромная тень погрузила стоявших во дворе в темноту. Однако появление моего Стража все приняли как благодать. Когда на защите такое существо, никакие жрецы не кажутся страшными!

— Хейли, — тихо позвала Пенелопа, ошеломленная, оглушенная увиденным. И я ощущала то же, а еще боялась за Райана. Это он будет сражаться вполсилы, а вот наша сторона… И теперь все будут считать его предателем. Боги, и он пошел на это! Пошел ради того, чтобы сбить с толку Велиара и спасти наш мир.

Как же я ненавижу этого древнего урода!

— Бери Ривэна и отправляйтесь к Сумеречным, — прошептала в самое ухо подруги. Оборотням достались горгоны. Благодаря меткам и рунам, что я смогла установить сегодня на аквариумы, они должны были беспрепятственно вытащить этих существ, а позже с ними улететь. Придется им взять с собой и брата с Пени. — Вы уйдете вместе.

— Но…

— Это приказ!

Не заметила, как вышла за ворота, отмахнувшись и от чар ректора, и от защитного купола, не потревожив охранного плетения. Все вышло автоматически, блуждающие стихии давно сроднились с этим местом и попросту игнорировали магическую силу лорда Альгара.

Огненная волна слившихся воедино двух существ встретила первый ряд нападавших. Не задумываясь выжигала проклятых марионеток, мне помогал Коша. Чуть позже присоединились преподаватели. Но было что-то странное, неправильное… Складывалось впечатление, что армия Райана шита белыми нитками, настоящих жрецов здесь немного, остальные одержимы чужеродными духами недавно и еще не умеют управлять полученной силой.

До конца эту мысль обдумать не удалось, потому что была вынуждена отбить огненный шар, пущенный в спину Вероники Элвер, она бы не успела увернуться.

Когда-то даже представить не могла, что буду биться рука об руку с деканом Ронгом, защищая того от пущенных заклинаний, что собью с ног лорда Санда, который подставлялся под удар, чтобы дать ректору время для возведения более мощной защиты. Они все, все кто вышел за мной, были отвлекающим маневром для нечто более мощного, древнего и, несомненно, страшного.

План мастера был прост: не пустить тварей даже под стены академии. Принять бой за воротами.

Райан же пока не вступал в схватку, ограничившись наблюдением издалека. И это еще раз доказывало, что мне ничто не угрожало, несмотря на то, что я находилась в самой гуще битвы. Любимый никогда бы не допустил моего ранения и не смог бы оставаться далеко, зная, что мне грозит опасность. Если, конечно, Велиар не захватил его тело…

Эта мысль прошила сознание стрелой. Меня кинуло в жар, а потом в холод, заставляя застыть на месте. В итоге пропустила двойной удар от жреца и демона.

Я не успела ничего сделать, и вырвавшиеся стихии могли лишь смягчить последствия, но не отразить, однако на пути заклинаний встала фигура, закутанная в черный плащ.

— Райан…

— Не бойся.

Всего на миг расслабилась, вдыхая запах любимого мужчины, а затем увидела то, чего просто не могло быть. Шок и неверие накрыли с головой, отнимая последние секунды, чтобы успеть предотвратить то, что делал ректор. Он оставлял академию без защиты! Целенаправленно открывал проход для всех, отдавая альма-матер на откуп, лишь бы сохранить изваяния богов!

Он и не собирался защищать академию. Снял защитный купол и направил весь магический резерв и новое, не известное мне заклинание, на охрану статуй, сделав их подпиткой для всех преподавателей и себя в том числе. Ему оставалось закрепить плетение и опутать им каменные скульптуры, и тогда…

Все произошло слишком быстро, чтобы мозг успел обработать информацию. Наперерез древней магии кинулись двое. И вместо статуй золотистые сети получили декан Ронг и отец. Вот только вместо абсолютной брони заработали такой магический заряд, что оба кулем упали на землю без сознания.

— Нет! — Мой крик слился с басом ректора.

Страх за жизнь отца и наставника удушливой волной прокатился по телу. Внутренности скрутило ледяной рукой. Только бы выжили! Лишь бы…

Райан отстранился и сделал пасс руками, и деканы Ронг и Сизери исчезли в порталах.

Куда он их перенес?! И зачем вообще они закрыли собой статуи, не дав ректору поставить мощную защиту? Отец и декан Ронг помогли нам, но вот почему?!

В тот же миг нас всех объяло жарким пламенем драконова дыхания.

Огонь слепил глаза, жег порождений Безымянного, уничтожая их без возможности воскрешения. Потом заметила, что не только Коша участвует в истреблении жрецов и мелких бесов, ему помогает Райан. В творившемся хаосе огонь был нужен для прикрытия отчаянного рывка к статуе Хеллы.

Мощный удар сбил Кошу, заставив кувыркнуться в воздухе и практически упасть, но в последний момент дракон сумел удержать высоту и грузно поднялся еще выше, чтобы обрушиться на лорда Альгара огненной стеной.

Меня парализовало от ужаса. Я ведь знала, что ректор будет бороться не на жизнь, а на смерть, не позволяя отобрать завещанное ему Вейрой. Но все равно надеялась, что будет иначе, что мы справимся без жертв. Ошибалась. Даже то, что вся армия Райана оказалась не более чем фарсом, не спасет от того, что нам придется действительно причинить вред архимагу и тем, кто наравне с ним пожелает лучше умереть, чем отдать статуи. Пусть сами они будут думать, что защищают студентов.

Сердце колотилось как сумасшедшее при виде того, как Коша бьется с ректором и пытается прорваться к каменным Хелле и Эльхору.

— Драконы! Это драконы! — Вопли студентов, горохом высыпавших на территорию академии, оглушили.

Едва успела пригнуться, чудом не получив парализующее заклинание, и тут же была крепко сжата руками Райана. Что-то мне подсказывало, что больше он не выпустит меня.

— Предатель! — яростно крикнул Карт Санд и бросился к нам. — Отпусти девочку!

Зажмурилась, чтобы не видеть, как любимый отбросит учителя. Стыд жег меня изнутри. Простят ли они когда-нибудь нас, поймут ли?

— Они что-то несут!

— Горгоны!

— Обольщающие горгоны!

— А это кто? Кто сидит на…

— Пенелопа и Ривэн!

— Сбивай их! Не дайте им уйти!

Открыла глаза, чтобы увидеть, как из пасти Асакуро вырывается густой черный дым, погружая студентов во мрак и заставляя надрывно кашлять.

Леди Меган нам никогда этого не простит.

Но тут особо удачливый студент попал в Элайзу, она покачнулась, а вместе с ней и аквариум, на котором сидели Ривэн и Пени.

Я закричала, понимая, что ребятам не удержаться, а разбираться, кто и в чем виноват, студенты не станут. Их просто затопчут. Попыталась вырваться из объятий Райана, но безуспешно, он не отпустил, лишь крепче сжал.

А в следующий момент нас ослепило от множества вспышек порталов. В академию прибыли оборотни. Поверить не могла тому, что вижу: оборачиваясь на лету, за Пени и Ривэна вступились волки. Они гнали студентов прочь, оттирая тех к общежитиям, воя, устрашая противников, а кто-то и скуля от боли, полученной от заклинаний преподавателей и учеников.

Огромный мохнатый волк, скаля зубы, стремительно надвигался на архимага, пускавшего магические заряды в драконов. Под обстрел попадали все, и Коша, и Асакуро с Элайзой. Последние не справлялись — опыта полетов они не имели, что уж говорить о ведении боя в воздухе!

— Не-е-ет!

Мой вопль, усиленный вырвавшейся магией, заглушил остальные звуки, а рванувшиеся стихии буквально смели ректора с ног. Но было поздно, Элайза получила удар в грудь. Красная кровь, как позорное клеймо на моей спине, стекала по ее телу и горячими каплями падала вниз. Дрейк у самой земли успел подхватить огненно-красную драконицу, не дав той рухнуть, а заодно уронить беснующихся внутри аквариума горгон.

Эмоции затопили меня полностью, и блуждающие стихии взяли верх. Я не управляла собой, практически не понимала, что делаю. Все происходило слишком быстро, слишком мощно для моего измученного мозга. Вряд ли сумела бы повторить хоть пятую часть сотворенного волшебства. Огненная стена отрезала оставшуюся жалкую кучку армии Райана от академии, водная стихия загнала студентов в здания, а воздушная, не ошибившись, подняла вверх всех преподавателей, а ректора еще и невидимыми жгутами скрутила.

Стихия земли же…

— Райан! — заорала в ужасе, когда до меня дошло, что собираются сделать блуждающие стихии и хранитель. — Готовь телепорт! Огромный!

По земле шли глубокие трещины, сгоняя наших союзников в центр, охватывая часть стены и ворот вместе с трижды проклятыми статуями. Тряхнуло так, что практически все попадали, цепляясь за траву, чтобы не скатиться в образовавшийся ров, окруживший нас.

Что-то будто лопнуло в ушах, затем пропали все звуки. Чувствовала, как шею заливает что-то теплое и липкое. «Кровь», — запоздало поняла я.

Тело не справлялось с тем колоссальным потоком магии, который проходил сквозь меня. Казалось, что помимо того, что я уже имела, хранитель мира собирал все свои ресурсы, которые находились вне академии. Это был отчаянный рывок. Бешено стучало сердце, грозя остановиться. Я давно рухнула на колени, уже ничего не видя перед собой, но продолжала терпеть, понимая, что это единственный шанс выбраться отсюда всем вместе. Сбежать, забрав с собой статуи и горгон. И когда начался резкий полет вверх, я скомандовала: «Сейчас!», вкладывая в этот крик последние силы, и тут же захлебнулась кровью, повалилась на землю, пережидая чудовищное давление и массовый телепорт.

Время остановилось, а может, это я перестала ощущать реальность.

Мы рухнули с такой силой, что если бы кто-то не подхватил меня, вряд ли я уцелела бы и пережила подобный переход.

— Хейли, ласточка моя! — Ужас в голосе матушки заставил распахнуть глаза, да только я все равно ничего не увидела.

— Софи, помоги ей!

Отчаяние Райана плетью ударило по сознанию, и я бы хотела успокоить, сказать, что все хорошо, вот только…

Меня рвало кровью, внутренности закручивало спиралью. Кости ломило так, что, казалось, они вырвутся наружу, не желая находиться в многострадальном теле.

Получив небольшую передышку, я жадно дышала, осознавая, что это не конец, впереди еще мучительные минуты, а то и часы отката после использования магии.

— Коша, кокон! — приказала матушка Стражу, а меня повернула к себе и прошептала: — Спи, девочка.

Целительская сила мягко окутала большим пуховым одеялом, унося меня в мир грез и спокойствия.