Мне потребовался почти час, чтобы добраться до места встречи с советником Велемиром.

Здесь было холодно и темно, несмотря на множество факелов. На сами стены катакомб страшно смотреть.

— Помните, государь, эти катакомбы существовали до появления княжеских родов, — напомнил Добрыня.

Я неуверенно уставился на него.

— Да, — наконец сказал я, видя, что Добрыня не собирается вдаваться в дальнейшие пояснения.

У входа нас ждал советник Велемир. Там же стояли два стражника с гербом княжества — красный единорог.

— Князь Ярослав, — сказал мужчина с поклоном. — Я думал о худшем, но рад, что вы живы.

«Красный флаг номер один,» — подумал я, колеблясь.

— Я едва справился, — наконец сказал я, решив говорить правдиво, но как можно более туманно. — Боюсь, форт Новой Славы пал.

— Это слухи. Как поживает жрец Радион?

— Я не знаю. Надеюсь, что у него получилось.

— Но вы были там. Не так ли? — советник и друг Радиона спросил с подозрением.

— Я был, но оказался серьезно ранен. Этот человек вытащил меня, — я с гримасой указал на Добрыню. — Соболезную жрецу Радиону и остальным.

Мужчина отступил, тема была болезненной. Он облизал потрескавшиеся губы, чтобы собраться с духом, и вздохнул.

— Трагедия. Я хочу, чтобы вы знали, я признаю вас наследником княжества, — его взгляд опустился на мои руки, заметив кольцо, которое я носил, и замер.

— Князь Владимир указал меня в завещании, — спокойно сказал я и, потянувшись, достал его из внутреннего кармана. — Оно довольно подробное.

— Значит, такова его воля? — Прохрипел Велемир, осмотрев документ. — Я лишь получил письмо об этом.

— Так и есть, — просто ответил я, глядя на него.

«Да, это змея, свернувшаяся кольцом на лужайке.»

Велемир отступил на шаг, его лицо превратилось в маску.

— Меня самого чуть не убили, князь Ярослав, — объявил он профессиональным тоном.

— Еще бы, — согласился я. — Рад, что вам удалось выжить.

Мы с Велемиром вошли в зал.

Велемир когда-то был важным мужчиной. Но последние неприятности явно повлияли на него. Видно, что он потерял многое из своего прежнего величия. Раньше он встречал нас в княжеском дворце. А сейчас это какие-то пропахшие катакомбы под землей.

Он пригласил меня сесть за стол и занял место напротив.

— Князь Владимир, — советник допил из своей чаши и кивнул мне. — Он был острым, как бритва. Великий человек. — Сказал Велемир, поднимая кубок.

Я быстро последовал его примеру.

— Итак, князь Ярослав, я хотел бы узнать больше. Время не ждет никого, молодой государь, — сказал Велемир, глядя на содержимое своей чаши. — Что вы можете сказать мне о нашей ситуации?

Я почувствовал, как на лбу выступил холодный пот.

«Правда и ложь, смешай их! Не облажайся,» — убеждал я себя.

— Вы не знаете, что произошло с сотником Арсением? — спросил советник через десять минут после того, как я рассказал ему немного приукрашенную историю о битве при Новой Славе.

— Они остались в замке, чтобы дать нам время.

— Добрые люди. А что ты скажешь, Добрыня? Ты бывший дружинник, не так ли?

— Да, советник. Я надеюсь, им удалось выжить, — кивнул Добрыня.

— Сейчас ты должен быть сильным, мой мальчик. Не время для слез, — сказал Велемир, глядя на меня.

— Я надеялся, что Радион выжил… — буркнул я, нахмурившись.

Велемир махнул рукой.

— Наверняка они не позволили ему уйти. Он не из тех, кто сдается. Радион был редким воином, мой мальчик.

Я уставился на свои ботинки. Даже после того, что я услышал, всё еще не терял надежды найти старого жреца.

— Как вы думаете, где северяне? Они не направились в Новгород, — спросил советник.

Я пришёл в себя.

— Я так и думал, — пробормотал я.

Советник указал на карту, висящую на стене над шкафом. На ней было изображено княжество и часть Степи. Новгород и даже Новая Слава. Хоть карта не слишком подробная, я мог разобрать некоторые ориентиры.

— Степняки пытались перебраться через реку, — сообщил я.

— Они попытались, но их оттеснили, — возразил советник. — Бывший городничий Барсуков, князь-самозванец смог откинуть их за реку.

— Некоторое время они преследовали нас, — настаивал я.

— Небольшая группа, — он указал на карту. — Они в ловушке. Барсуков удерживает оазис на юге. Несмотря на усилия степняков, они не смогли взять форт.

— Я думаю, хан Горги-Хальди направляется сюда, — заметил я.

— В Новгород?

— Он попытается пересечь реку, как разведчики, которых мы встретили, — ответил я, уставившись на карту.

— Там недостаточно плотов, чтобы переправить значимые силы, — возразил советник. — Даже если он попытается это сделать. Что дальше? Нет обозов с припасами, за спиной река. Численности, которые вы мне назвали, недостаточно, чтобы взять Новгород.

«Да,» — подумал я.

Если основная армия хана будет разбита у реки, то он будет отрезан и уничтожен. Но рискнет ли он?

— Барсуков узурпировал трон княжества, — сказал советник Велемир, привлекая мое внимание. — Я здесь помощь вам вернуть трон по праву завещания.

— Страх победит его раньше, чем противник, — вырвалось у меня, прежде чем я успел сдержать себя.

Советник громко засмеялся над моими словами.

— Ха-ха! Это было из учений Радиона? Ха-ха, ах, этот глупый, но смелый старик. Простите мой язык, Государь.

— Я бы предпочел использовать слово «упрямый», — ответил я с намеком на усмешку.

— Да, и это тоже, хех, — фыркнул советник, глядя на на рукоять моего меча. — Вы всё еще хотите вернуть трон, государь?

— Эммм… советник, — запнулся я на полуслове. — Я надеялся найти… жреца Радиона…

На самом деле я просто хотел стать богатым и жить без забот. А жизнь князя была далека от забот и безопасности.

— Он, вероятно, мертв, — оборвал меня Велемир с гримасой. — Слишком много смертей вокруг вас, государь. Друзья и союзники падают, как мухи. Вы потеряли большую часть своей семьи, но у вас остались мать и сестры.

Я не понимал, к чему всё это ведет. Неужели он хотел, чтобы я воевал одновременно со всеми. Но как?

Однако, Велемир решил не торопить события:

— У меня есть для вас несколько приготовленных покоев, государь, — сообщил он мне.

— Спасибо, я благодарен, — ответил я, прищурившись от сухости во рту и вкуса мёда. — Но моя жена остановилась в гостинице у порта. Я хочу навестить ее.

— Государь женат, — произнес он, откладывая все остальные детали на потом.

— И устал, — добавил я, стараясь держаться вежливо.

— Когда вы вернетесь, комнаты будут свободны, князь Ярослав, — сказал советник, уступая нам дорогу.

* * *

Когда мы мчались по катакомбам, Добрыня старался не отставать от меня. Его многочисленные попытки завязать разговор обрывались моим ворчанием и обещаниями поговорить «позже».

— Вы должны рассказать мне, что произошло.

Даже то, что нам пришлось вести лошадей пешком из-за толпы на улицах, не остановило его.

— Он посвятил меня в свои планы, — сообщил я, останавливаясь у рыночного прилавка, чтобы вздохнуть.

— Он сделал это? Что ж, это замечательные новости, — отозвался Добрыня без особого энтузиазма, сканируя меня взглядом.

— Что? — я взорвался, не обращая внимания на его внимательный взгляд.

— Почему он это сделал?

— Что ты имеешь в виду?

Добрыня пожал плечами.

— Я думал о причинах этого.

— Он, вероятно, чувствовал себя виноватым из-за убийства старика, — я откинул волосы с лица. Мне срочно нужно было подстричься и побриться.

— Да, обычно так не делают, — настаивал Добрыня. — Он даже не знал вас толком. Возможно, это…

— Подозрительно? — дополнил я, ухмыльнувшись, так как Добрыня не закончил свою мысль. Должно быть из-за шрама это выглядело угрожающе.

— Я бы так не сказал, государь.

— Ты только что намекнул на это, — настаивал я.

— Нет, просто подумал, что это странно. Вот и всё.

Я надул щеки, а затем выпустил воздух. Добрыня дал мне время подумать, хорошо знакомый с мимикой, которую я принимаю, когда нахожусь в режиме созерцания.

— Я думаю, нам нужно ударить с тыла по княжеским войскам, — наконец сказал я, выпустив весь воздух.

Добрыня сделал двойную попытку.

— Государь? Вы, конечно, не имеете в виду государственный переворот?

— Вернуть то, что по праву, — сказал я, оглядываясь по сторонам. Хотя люди поблизости выглядели хитрыми как черт. И, вероятно, мошенниками, никто не выделялся достаточно сильно.

Пока что.

— Это… ну, благородные люди склонны воевать между собой, — предположил Добрыня. — Когда-нибудь слышали поговорку «пауки в ведре»?

Я этого не слышал.

Хотя я слышал другое.

«Если хочешь потерять кошелек, проведи время на рынке.»

— В любом случае, — продолжил я. — Нам нужно двигаться, Добрыня. По крайней мере, четыре человека собираются ограбить нас, приближаясь со всех сторон.

Добрыня огляделся, нахмурившись.

— Откуда вы знаете, государь? — Встревоженно спросил он.

Я ответил небрежно, самодовольно пожав плечами.

— Это профессиональная тайна.

* * *

Алтынсу была как свежий ветер в знойной пустыне. Ее длинные черные волосы, только что облитые ароматной водой, играли на ветру. А ее лицо без макияжа выглядело еще привлекательнее. Когда я вошел в комнату, мне казалось, что я попал не туда.

— Ярослав, — шепнула она, отступая, чтобы пропустить меня. — Ты… чувствуешь этот ужасный запах?

Я кивнул. Да, это точно она. Я протиснулся внутрь, оставляя грязные следы на полу.

— Ты всегда так открываешь дверь? — буркнул я, садясь на кровать и стаскивая сапоги.

Алтынсу промчалась по комнате, словно гепард, и подтолкнула меня к бочке.

— Что ты делаешь, женщина? — запротестовал я, оборачиваясь и смотря на нее свирепым взглядом.

— Накажи меня, если хочешь, но тебе нужно помыться, дорогой муж, — ответила она, стоя на своем.

— Я не собираюсь… — Застонал я от разочарования. — Я потратил полдня, чтобы добраться сюда.

— Что случилось с твоей лошадью? — спросила Алтынсу, растегивая мои штаны.

— Слишком большая толпа. Пришлось идти пешком и обходить людей, — объяснил я, следя, как она берет мой меч и кинжал. Она положила их на пол вместе с моей рубашкой.

— Большинство князей даже не додумались бы, — улыбнулась она и попыталась спустить мои кожаные штаны. — Они срослись… не могу их стащить.

— Да, Радион подарил их мне, — сказал я, с интересом следя за ее усилиями. На первый план выходили ее пышные формы, подчеркнутые тонкой сорочкой.

— Радион — это… друг? — спросила она, отступая назад, ее тон был безразличным.

— Да, это они, — объяснил я, нахмурившись при воспоминании о своих пропавших друзьях. — Надеюсь, они выбрались невредимыми.

— Я не могу их снять, — обеспокоенно сказала Алтынсу. — Как ты это делаешь?

— Никак, — пояснил я. — С тех пор я их не снимал.

Алтынсу кивнула и взглянула на бочку для ванны.

— Что? — спросил я.

— Ты сам справишься? Или мне позвать моих девочек? — объяснила она.

— Чтобы сделать что? — переспросил я, прищурившись.

— Помощь тебе искупаться, дорогой, — ответила Алтынсу, не моргнув глазом.

Я покраснел.

— Мне не нужна помощь, женщина!

— Это мило, — сказала она, невозмутимо отреагировав на мою вспышку. — Это очень маленькая ванна для трех человек.

Мне потребовалась минута, чтобы понять, что имела в виду моя жена.

* * *

— КТО ЭТО ТАМ, ЧЕРТ ПОБЕРИ⁈ — залаял я, когда раздражающий стук прервал мою погруженность в теплую мыльную воду. Мой взгляд был прикован к обнаженной Алтынсу на кровати напротив меня. Скрестив ноги, она выщипывала невидимые волоски на правой коленке.

— Это Олаф, государь, — ответили мне из-за двери.

— Чего ты хочешь? — Рявкнул я, взбешенный тем, что меня прервали.

— На улицах какое-то волнение, государь, — сообщил бывший пират.

— И что? — Спросил я, когда Алтынсу искоса взглянула на меня и принялась за другую ногу. У меня были дела поважнее, чем разбираться с тем, что беспокоило Олафа.

— Могу я войти, государь? — Поинтересовался Олаф. — Выглядит очень тревожно.

— Я принимаю ванну, дурак!

— Я накину что-нибудь, — предложила Алтынсу и встала.

— Нет, черт возьми!

— Государь⁈ — встревоженно произнес Олаф.

— Входи, изверг! — Прорычал я, случайно глотнув воды из ванны. Она уже начала неприятно пахнуть, а на вкус была еще хуже.

— Государь, — взглянул на меня Олаф, затем на закутанную в плащ Алтынсу.

Я не собирался вылезать, пока у меня не начнут мерзнуть пальцы на ногах. Это было фантастическое занятие, я никогда не пробовал ванну в прошлом. По крайней мере, до такого уровня. Не то чтобы я мог, учитывая, что до этого года я редко оставался в комнате.

— Государь вы в порядке?

— Олаф, люди моего положения… — начал я, напустив на себя надменный вид. — … должны выглядеть чистыми после путешествий. Не так ли, жена?

— Мой хозяин прав, — ответила она своим шепчущим голосом.

Ошарашенное выражение лица Олафа показало его незнание тонкостей этикета.

— Все в порядке, не волнуйся об этом, — сказал я, теперь в великодушном настроении. — Что случилось?

— Ээээ… на улицах, — пробормотал Олаф. — Люди бунтуют.

— Почему они такие? — Спросил я, попытавшись встать. Но мои ноги поскользнулись на дне бочки и я плюхнулся.

— Добрыня пошел выяснить, государь, — объяснил Олаф.

— Я спущусь через минуту, — сказал я со вздохом.

Следующую минуту мы провели в неловком молчании, пока я наконец не нарушил его.

— Иди сюда и помоги мне выбраться из бочки, Олаф.

* * *

Толпа снаружи выглядела беспорядочной, люди бежали или бездумно метались. Животные, нагруженные припасами, направлялись к городским воротам. Прилавки были перевернуты, а продукты разбросаны по улицам. Все кричали, как будто наступил конец света.

Я был ошеломлен тем, что передо мной. Размышлял, не следует ли мне вернуться в свою комнату и запереть дверь. Но тут ко мне подошел Добрыня. Его рука кровоточила на костяшках пальцев.

— Что, черт возьми, происходит? — спросил я, отходя в сторону, чтобы пропустить корову.

— Ходят слухи, что степняки захватили мост, — объяснил Добрыня, вытирая окровавленный кулак о кожаные штаны.

— Это случилось вчера, — объяснил я, качая головой. — Люди воеводы Мстислава забрали его обратно. Эти умственно отсталые потеряли его, о боги!

— Они снова захватили его, — настаивал Добрыня. — Стражник в порту подтвердил это.

— Ты ходил туда?

— Да.

— Есть ли корабли в порту? — Я задумался, забегая наперед.

Возможно, нам придется уплывать, если войска хана смогут взять город. Ведь у меня нет армии, чтобы отразить его атаку. Князь-самозванец узурпировал трон, и просто так он его не отдаст, конечно же. Проклятый городничий Барсуков! Мало я его сыночку тогда навалял в борделе. Эх, жалко будет, если такой бордель пропадет при штурме города.

Добрыня откашлялся, видя, что я погружен в свои мысли.

Я встрепенулся:

— Да, сколько там говоришь кораблей? — снова спросил я.

— В основном несколько грузовых и несколько более легких торговых судов. Почему? — в свою очередь спросил Добрыня.

Легкое торговое судно нам подошло бы. Во всяком случае там меньше охраны, если захватить его. И намного быстрее, а людей у нас немного. Так что нам хватит.

— Ну всё таки… — начал я и заметил шестерых стражников, идущих в нашу сторону.

Они откидывали любого, кто приближался к ним. Даже тех, кто вел себя вежливо.

— Я тут подумал… — продолжил я, когда они, возглавляемые усатым воином, остановились перед нами… — нам следует сменить локацию.

Похоже это люди воеводы Мстислава или князя-самозванца Барсукова. Если это так, то наши дела плохи. Возможно они прознали, что в городе объявился настоящий князь.

Воин следили за моими словами, ожидая, когда я закончу. Во всяком случае они видели, что перед ними дворянин.

«Так что надо вести себя подобающе своему статусу» — подумал я.

Возможно, их напугает, если я буду вести себя уверенно, будто за моей спиной целая армия.

— Да! — рявкнул я, показывая свой гнев. — Чего ты хочешь?

— Государь Кречетов? — Воин официально осведомился, и я на мгновение запаниковал, подумав, что меня собираются арестовать и бросить в тюрьму.

— Да, меня зовут Ярослав Кречетов, — прохрипел я, обливаясь потом.

Воин потянулся к своему поясу. Как мне показалось он собирался вытащить меч.