Парни ударили в тыл зараженным, когда те практически без сопротивления штурмовали баррикаду из машин. Появление подмоги с оружием резко изменило соотношение сил. Защитники Дальнего дрались уже врукопашную и явно проигрывали этот бой. Неожиданная и стремительная атака новых союзников лишила каннибалов, казалось бы, верных шансов на победу.

Вскоре в поселке не осталось ни одного инфицированного, который бы стоял на ногах. Но люди еще несколько часов зачищали территорию, добивая раненых. Никто не смог бы спокойно спать, если бы рядом дышал хоть один зомби. От огромного стада зараженных остались только горы трупов. Вороны слетались со всех сторон и с аппетитом клевали свежих мертвецов.

Наконец, все выжившие собрались в доме Льва Николаевича. Марина заботливо обрабатывала раны президента, которому здорово досталось: разбитая губа, сотрясение, сломанный нос и ребро, множество укусов и рваных ран на теле. Горику повезло чуть больше, а Леха умудрился остаться без единой царапины. Федора покусали, раскровили ухо и губу, казак сломал два пальца, но в целом легко отделался.

Агат лежал на полу в коридоре, из пасти овчарки разило мертвечиной. На шкуре виднелись проплешины от выдранных клочков, местами шерсть слиплась от крови. Пес здорово помог людям в трудный момент и теперь отдыхал.

У Петра к укусу на запястье добавились раны на шее и животе. Под правым нижним веком мальчика наливалась большая лиловая гематома. Бориса откачали, несколько самых глубоких ранений пришлось зашивать подручными средствами. К тому же Робокоп лишился трех передних зубов, левого глаза и сейчас лежал с повязкой на лице. В пограничника влили полбутылки самогона вместо анестезии, чтобы облегчить боль.

А вот Грека спасти не удалось. Зомби успели перегрызть ему сонную артерию и объели половину лица. Мидас потерял слишком много крови, прежде чем появилась подмога. Сейчас его труп лежал во дворе, завернутый в простыни, а Макс с Иваном копали могилу за поселком.

Несмотря на победу, выжившие выглядели очень подавленными. Они понимали, что из-за укусов скоро могут последовать вслед за Греком. Оставалось только ждать и надеяться на чудо.

Маша обработала рану на руке Федора и наклеила последний пластырь:

– Ну всё, скоро будете как новенький.

– Спасибо дочка, но думаю, я скоро сам кусаться начну. Мы вам сейчас расскажем, что и как. У нас тут жить можно, оставайтесь.

– Можете мой дом занять, после того как пристрелите, – еле ворочая языком добавил Борис.

Воробьева ничего не ответила, подошла к Андрею и тихо спросила:

– Сколько там у нас вакцины осталось?

– Ну…, – задумчиво протянул Кузнецов, – маловато уже, конечно…

Девушка строго посмотрела на коллегу:

– Я серьезно.

– Этим хватит.

– Ну, так чего ты ждешь?

Ученый вздохнул, отвернулся от окна и поднялся с кресла:

– А куда торопиться, их же недавно покусали. Ты лучше пока спроси, у кого есть прививка от бешенства, чтобы лишний антивирус не тратить. Я пока все приготовлю.

Андрей не спеша открыл рюкзак, где были заботливо спрятаны ампулы с вакциной и шприц-пистолет. Никто из раненых еще не догадывался, что у них появился второй шанс.

Небо над поселком Дальний потемнело, в домах зажегся свет. Утром предстояло много работы: починить изгородь, расчистить улицу и поле от трупов, сжечь и закопать останки мертвецов, пока они не вызвали вспышки малярии, тифа, лихорадки и другой заразы. Отряд людей победил армию зомби в очередном сражении, но настоящая война еще только начиналась.