Благополучно миновав шлюзы, друзья решили плыть до самой темноты. Навигационная система с автопилотом могли вести яхту и ночью, но рисковать не хотелось. Бросать якорь около обжитого людьми места тоже не стали, опасаясь нарваться на ночной абордаж. Через некоторое время, оставив позади Вольск, экипаж «Белухи» заметил поселение, о котором говорил бородатый старик. Здесь действительно кипела жизнь: буксир тащил по реке небольшую баржу с пиломатериалами, три лодки ставили сети, на берегу деловито мельтешили люди.

– Помнишь, мы про стволы разговаривали, вернее про их отсутствие? – спросил Андрей, рассматривая причал.

Иван стоял рядом, глядя в ту же сторону:

– Ну…

– Демидыч сказал, у них оружия много, значит, по-любому барыжат им на базаре. Чем еще сейчас торговать-то? – развил мысль Кузнецов.

Космонавт задумался, делать очередную вылазку ему не хотелось:

– Пошопиться предлагаешь?

– Автоматы нужны хотя бы. Дед сказал, пираты тут водятся, а что мы будем делать со своими обрезами, если отстреливаться придется? – вопрос ученого давно волновал всю компанию.

– А если местные чухнут, что у нас с оружием проблема, и сами на абордаж пойдут?

– Ну, мы лишнего болтать не станем на базаре. Пустим пыль в глаза, мол, стволов много не бывает, да и просто захотелось ноги размять, с людьми познакомиться. Золота у нас еще хватит на десять таких шлюзов, а вот с пушками беда. Короче, быстро туда и обратно. Что скажешь, капитан?

Андрей все грамотно аргументировал и был прав на сто процентов. Иван ничего не мог возразить другу, оставалось решить, кто пойдет, а кто останется на «Белухе». Посовещавшись, договорились, что на берег отправятся Андрей с Максом. В случае самого плохого расклада, Иван лучше остальных сможет быстро увести судно подальше, чтобы спасти девушек.

Друзья вновь накачали резиновую лодку и отправились в поселок. Люди на берегу уже с любопытство разглядывали чужаков. Прошел час, а парни все не возвращались. Экипаж яхты уже начинал беспокоиться, особенно нервничала Катя.

– Плывут, – наконец, крикнула Лена, которая неотрывно наблюдала за берегом.

Когда Андрей с Максом взобрались на борт и подтянули лодку, Кузнецов бегло сказал Ивану:

– Двигай давай, не будем тут глаза мозолить.

Космонавт не стал задавать лишних вопросов. «Белуха» загудела двигателями, и вскоре поселок остался далеко позади. Для верности Макс больше двух часов просидел на корме, но никакой слежки не заметил.

Парни вернулись не с пустыми руками. За такой же кулек с золотом, который был заплачен Демидычу, удалось купить полицейскую модификацию автомата АК-12, с виду он выглядел почти новым, и потертую штурмовую винтовку FN F2000. Плюс по пятьсот патронов к каждому стволу.

– А это что за уродец? Два калаша не могли взять? – удивился Воробьев, взвешивая в руках короткоствольную винтовку.

Кузнецов развел руками:

– На два не хватило. И то поторговаться пришлось. Да и не такой большой выбор у них оказался. Кто-то перед нами приехал и сразу 50 стволов забрал, выбирали из того, что осталось. А че сразу уродец? Это штурмовая винтовка бельгийского производства. Мне нравится, компактная, удобная, плюс с глушителем. Под натовский патрон, гильзы вверх отстреливает. Дальность стрельбы, конечно, меньше чем у Калашникова…

– Ты откуда таких слов нахватался, лаборант? Натовский патрон, дальность стрельбы? Ты ж вроде не служил? – не смог удержаться от смеха Иван.

– Это нам так барыга на базаре объяснил, – улыбнулся Сова.

Андрей немного смутился и махнул рукой:

– Хорош ржать. Не нравится – не бери, калаш – тебе, винтовку – мне. Я из нее пострелял по бочкам, меня устроило. Обрез тогда Максу отдадим, будет у нас уже три вида оружия.

– А про ножи забыл? – ответил Сова, вытаскивая из-за пояса метательный клинок.

Космонавт отрицательно покачал головой:

– Не, я свой обрез не отдам… я к нему привык.

– А я отдам! Забирай, Сова, только тебе с ним потренироваться надо.

Когда совсем стемнело, «Белуха» встала на якорь, и экипаж собрался на вечерний совет. Сегодня решили дежурить в усиленном режиме по три человека. К счастью, ночь прошла спокойно, и рано утром друзья продолжили своё путешествие по реке.

Вплоть до самого Каспия плавание протекало благополучно и без форс-мажоров. Если, конечно, не считать пару ночей, когда бушевала гроза, и яхту качало на волнах как бумажный кораблик в бурном потоке. Но «Белуха» уверено справилась со стихией, и друзья медленно, но верно приближались к своей промежуточной цели.

На Волжкой ГЭС экипаж гламурной яхты действительно ждали, Демидыч с Балаково не обманул. Через шлюзы пропустили без проблем за аналогичную плату, бонусом снабдив еще несколькими ценными советами, как безопаснее выйти в Каспийское море. Путешественники докупили у местных еще две бочки топлива для верности. Побережье реки здесь казалось более населенным, чем под Саратовом, многие из тех, кто выжил в Волгограде и окрестностях, тянулись к Волге. Река кормила и, как минимум, с одного бока защищала от зомби.

Астраханский водоотделитель миновали также без происшествий, еще раз удивившись масштабам советских строек.

– Когда теперь такие штуки мы опять делать сможем? – риторически спросил Воробьев, – ГЭС, плотины, водоотделитель этот – такие махины, громадины. Технологии нужны, а народу сколько, техники…

– Ой, не скоро. Тут выжить бы, пожрать, согреться, да не сдохнуть. Вот и все планы на ближайшую пятилетку, как в каменном веке, – Андрей стоял без майки и подставлял солнцу загоревшую спину.

Лена в это время чистила рыбу, которую недавно выловил брат:

– Нет, ну технологии-то останутся. В библиотеках технических, все на жестких дисках должно храниться, на серверах. Только диски эти надо кому-то сохранить. Компьютеров и запчастей к ним навалом, на сто лет может хватить.

– Да не до этого сейчас будет, какие нахрен компьютеры?! – усмехнулся Кузнецов, – ну насчет каменного века я перегнул, конечно, но в средневековье мы точно скатимся. Все натуральным хозяйством жить начнем, плюс охота, собирательство. Такие гиганты как эта ГЭС нужны станут только тогда, когда люди опять планету заселят. Тогда промышленная революция начнется, индустриализация и все дела. А сейчас зачем такая мощь? Горстке напуганных людишек? Неее, наши дети, если они, конечно, родятся, на что я надеюсь, будут жить как в веке семнадцатом примерно, это при оптимистичном раскладе.

– Может, искупаемся лучше, пока погода радует? – зевнула Катя, резко сменив тему разговора.

– Вы купайтесь, а я не буду рисковать, – отказалась Маша.

Космонавт посмотрел на остальных и пожал плечами:

– Ну, если большинство хочет, то можем якорь бросить. Автопилот говорит, что завтра уже в море выйдем. Сейчас пока медленно идем, берегу соляру.

Навигатор не обманул, на следующий день «Белуха», просочившись через один из многочисленных рукавов в устье Волги, оказалась в Каспии. Космонавт старался держать побережье в зоне видимости, не углубляясь в море, и направлял судно на юг.

Друзья долго не могли решить, где причалить. Наконец, миновав Каспийск и его ближайшие окрестности, экипаж стал готовиться к высадке. Яхта остановилась напротив небольшой базы отдыха. Место выглядело уединенным, других признаков цивилизации рядом не наблюдалось. Люди принялись наблюдать и ждать. База казалась опустевшей и даже заброшенной. Эпидемия разразилась перед туристическим сезоном, поэтому друзья надеялись, что большого скопления людей тут не было. Территория хорошо просматривалась: один двухэтажный корпус на 16 номеров, четыре бунгало для туристов побогаче, здание кафе и корпус администрации.

Спустя пару часов, когда экипаж уже решил, что место безлюдное и пора высаживаться на берег, на пляже началось оживление. Три человека вышли из-за угла основного корпуса и торопливо двигались к морю. Вскоре стало понятно, что люди гнались за кем-то маленьким, но с судна этого было не разглядеть. То, что по берегу разгуливают зомби, друзьям стало понятно сразу. Через несколько минут погоня зараженных увенчалась успехом, и они стали разрывать свою жертву в двадцати шагах от моря.

– Их всего трое. Погнали, пока они не рассосались по территории? – Кузнецов нервничал, наблюдая за трапезой инфицированных.

– Пока трое, – заметил космонавт, но согласился с предложением друга.

Причала здесь не было, яхта не могла подойти к самому берегу, поэтому парни заранее накачали лодку. Иван сел на весла, Макс с Андреем устроились впереди.

– Ну что, давай проверим твою бельгийскую пукалку с глушителем? – предложил Воробьев, когда до суши оставалось чуть больше тридцати метров.

Зомби жадно пожирали свою жертву, не замечая людей. Палец Кузнецова лег на курок, левый глаз прищурился. В этот момент один из зараженных поднял голову – перепачканная в крови морда повернулась в сторону лодки.

Раздался слабый хлопок, пуля прожужжала в полуметре над головой людоеда. Вторая зарылась в песок под его ногой.

– Мдаааа… так они и поесть успеют, и чайку попить, – скептически заметил Иван.

Ученый сердито нахмурился:

– Да погоди ты, дай пристреляться. Я ж тебе не снайпер…

Зараженный поднялся на ноги, и в этот момент третья пуля ударила его в плечо. Зомби шлепнулся на задницу и оскалил желтые зубы. Наконец, с четвертого раза Андрей попал в голову и уложил противника. Еще пять выстрелов ушли на то, чтобы добить оставшуюся пару людоедов.

– Ну, смотрю, прогрессируешь, – с иронией похвалил приятеля космонавт.

Лодка спокойно причалила и мягко ткнулась носом в пляж из мелкого ракушечника. Парни приблизились к противникам с оружием наготове. Ученый пнул каннибала, в которого долго не мог попасть, у того возле виска виднелось аккуратное пулевое отверстие:

– Давай-ка их для верности чпокнем, на случай вонючий…

– А случай действительно вонючий, – поморщился Макс, глядя на свежие останки козы, которую загрызли зомби.

Кузнецов достал нож и вогнал лезвие в грудь каждому из зараженных. Иван тем временем направил автомат на главный корпус, держа окна под прицелом. Предстояло внимательно осмотреть и зачистить всю незнакомую территорию, раздолбайства жизнь не прощала. Друзья начали с бунгало, которые ближе всех стояли к морю, в некотором отдалении от остальных зданий. Затем перешли к основному корпусу и заметили на втором этаже перепачканное кровью окно. Макс заглянул через стекло и увидел на полу тело женщины. Незнакомка лежала лицом верх и не дышала.

– Там труп походу, – прищурившись, доложил Сова.

Воробьев потянул ручку на себя, но дверь оказалась запертой:

– Странно, изнутри что ли закрылась?

– Да нах её, не шевелится – и хорошо, заперта – еще лучше. Погнали дальше, – Кузнецов отправился к следующему номеру, но в этот момент его остановил Макс:

– Погоди. Она, кажется, моргнула.

Друзья внимательно уставились на лицо женщины. По ее сильно истощенному телу сложно было понять, кто перед ними: зомби или нормальный человек. Она лежала, поджав ноги, черные волосы наполовину закрывали лицо.

– Короче. Обходим всю базу, а когда убедимся, что все чисто, вернемся сюда и решим что с ней делать, – емко изложил план Иван, никто не стал возражать.

В их компании не было как такового одного командира или авторитета, которого все беспрекословно слушались. Но чаще всего эту роль примерял на себя Воробьев, впрочем, конфликтов из-за этого почти не возникало.

Больше в главном корпусе живых существ не обнаружили, все номера оказались закрыты. В кафе пахло протухшим мясом, пришлось натягивать майки на нос, чтобы проверить все внутри. От вони это спасало мало, но все-таки чуть-чуть помогало.

– Чисто, – доложил Макс, проверив последний закуток.

Андрей быстро провел ревизию на складе с продуктами и нашел два пакета сахара, мешок гречки, несколько коробок с макаронами и три банки с черной икрой.

– Ого, крутой нас ждет ужин, – пробубнил в майку Сова, рассматривая деликатес.

Осталось осмотреть здание администрации. К нему примыкала небольшая постройка, которая оказалась хозблоком, и там удалось обнаружить кое-что интересное.

– Так-так, выглядит как новый… надеюсь, работает, – Иван с азартом рассматривал бензиновый генератор, рядом в углу стояли две большие бочки с топливом.

Макс озадаченно почесал копну густых давно нестриженных волос:

– А зачем им тут генератор? Электричество же есть, вон провода…

– Ну, может, отключали иногда, или хозяин был очень предусмотрительный на случай ЧП, – предположил Кузнецов.

– А нам он зачем? Мы здесь жить что ли остаемся?

Космонавт толкнул одну из бочек и услышал внутри слабый плеск:

– Сова, ты на парковке микроавтобус видел?

– Ну…

– Он на электротяге, а пластин на крыше нет, значит, разряженный наверняка. А этим генератором мы его реанимируем и спокойно все в него загрузимся.

– Так если он от солнца не заряжается, то далеко мы на нем всё равно не уйдем…

– Ну как сказать. У таких обычно большие аккумы стоят, запас хода километров на пятьсот-семьсот, не самый хреновый вариант в нашей ситуации, – Воробьев с довольным видом хлопнул по генератору и вышел на улицу.

– Вроде всё осмотрели? Давайте к той тетке поднимемся? – нехотя предложил Андрей.

– А там что за хрень? – Иван показал в сторону небольшой группы деревьев и кустов, которая служила естественным забором для турбазы.

Макс приложил ладонь ко лбу, загораживая глаза от солнца:

– Стена вроде какая-то.

– Пошли проверим. Стена не может быть «вроде какая-то», стена должна быть понятная, предсказуемая и безопасная, если не хотим на месте той козы оказаться, – ворчал космонавт, первым шагая вперед.

Через несколько минут друзья стояли посреди небольшого участка земли в окружении клеток и загонов для животных. Как оказалось, на территории турбазы работал свой контактный зоопарк с птичками, кроликами, овечками, черепахами, енотами, страусом, карликовыми свинками и другой живностью.

– Вот откуда коза взялась, которую на пляже сожрали, – Андрей зашел в один из загонов и пнул железную миску с водой.

Когда эпидемия накрыла эти края, кто-то открыл клетки, чтобы зверюшки смогли разбежаться. Но не все животные спешили покинуть прикормленное место, и многие стали легкой добычей для зомби. Окровавленные шкуры, протухшие внутренности, вырванные перья, разорванные тушки попугаев и обглоданные кости – вот что осталось на месте зверинца, где когда-то весело играли детишки туристов.

– Ну, хоть икру зомбаки не нашли – и то хорошо. Нам тоже кое-что оставили, – ухмыльнулся Иван и сплюнул горькую слюну, -проверили, пошли назад.

– Девчонок перевозим? – спросил на ходу Андрей.

– Давай с этой теткой сначала разберемся, мало ли.

Парни поднялись на второй этаж к номеру с перепачканным кровью окном. Незнакомка лежала все в том же положении. Раздался звон. Космонавт вышиб стеклянный проем в двери, расчистил от осколков и забрался внутрь. В комнате пахло табачным дымом и экскрементами.

Ученый остановился в трех шагах от тела и громко спросил:

– Эй! Вы меня слышите? Вы живы?

Прошло несколько секунд, прежде чем женщина приоткрыла один глаз, обвела помутненным взглядом чужаков и застонала. Стон быстро перерос в рыдание и жалобный плачь. Незнакомка содрогалась всем телом и жалобно всхлипывала. Наконец, она вытянула вперед одну руку и попыталась коснуться ноги Воробьева.

Палец Ивана рефлекторно коснулся курка, но мужчина вовремя отдернул его.

– Что-то я раньше не слышал, чтобы зомби так плакали, нормальная она, – сказал Кузнецов, прикусив нижнюю губу.

– Ну как сказать нормальная, ты на ногу посмотри, – кивнул приятелю Макс.

Правая голень женщины распухла, стала темно-лилового цвета и казалась раза в два больше нормальных размеров.

– Да, выглядит очень плохо, – согласился ученый, чувствуя в воздухе слабый запах гниения.

– Помогите… помогите мне…, – с трудом выдавила из себя незнакомка.

– Че делать-то с ней? – занервничал Андрей.

Космонавт наклонился над раненой:

– Сначала давай на кровать положим, подсоби.

Через пару минут Макс принес воды, а Иван открыл одну из банок с черной икрой. Женщина сделала несколько глотков и съела пару ложек, она была так слаба, что едва жевала. Из тихих обрывистых фраз новой знакомой парни узнали, что её зовут Тамара, она из Элисты, и уже пятый год приезжает сюда в сезон работать поваром в кафе, так как владелец базы какой-то ее дальний родственник. Сам хозяин жил в Питере, здесь бывал редко, с началом эпидемии связь с ним оборвалась. Остальной персонал по большей части разбежался или заразился, когда вирус дошел до этих мест. Она осталась, так как бежать ей было особо некуда, дома никто не ждал. Отдышавшись, женщина попросила еще воды с икрой.

Когда начался хаос, Тамара закрылась в этом номере и делала редкие вылазки, чтобы запастись едой и раздобыть воды. В последний раз за ней погнались зараженные, она упала, сломала ногу, но смогла доковылять до номера и запереться. Вскоре запасы закончились, а нога воспалилась. От дикой боли она выла в своей комнате, но никто не приходил на помощь, и женщина приготовилась умирать.

– Я стала часто терять сознание и каждый раз, когда пробуждалась, то жалела, что еще не сдохла.., – с болью в голосе пролепетала раненая.

Андрей осторожно осмотрел ее ногу. Затем они с Иваном вышли на улицу:

– Там операция нужна или вообще ампутация, я – не хирург, но дела у тетки хреновые.

– Ну блин, не бросать же ее так, как-то не по-человечески, – ответил космонавт и тоскливо посмотрел в сторону моря, где на волнах покачивалась «Белуха».

– Давай пока с тачкой разберемся, а там подумаем. Мы ей сейчас помогли чем смогли. Много жрать после долгой голодухи ей все равно нельзя, только хуже будет.

– Хорошо, только девчонок на берег переправим сначала. Тут вроде тихо-мирно в целом, а мне спокойнее, когда жена рядом.

– Я сплаваю, а ты машиной займись. Сова пусть на крышу залезет и на шухере сидит, – распределил роли Кузнецов.

– Да, но сначала перетащим генератор. Он тяжеленный, один я надорвусь, втроем полегче будет.

Когда бензиновую электростанцию поставили рядом с микроавтобусом, космонавт дернул водительскую дверь:

– Закрыт. Блин, не хочется стекло разбивать. Да и если в салон попаду, то не факт, что без смарт-ключа я его заведу. Тут аппарат серьезный, блокировки от угона наверняка стоят. По-любому, чип от тачки где-то на базе должен лежать.

– Ключ и у водилы может быть. А если он заразился, то сейчас шатается где-нибудь далеко отсюда с нашим ключом в кармане или разлагается спокойно под солнышком, – без оптимизма предположил Андрей.

Макс поскреб ногтями за ухом:

– А если водила – среди тех трех каннов, которых мы на пляже завалили?

– Хм… шанс есть. Ладно, давай, Андрюха – за девчонками, Сова, лезь на крышу дозорным, а я ключ пойду искать.

Воробьев оправился в здание администрации, на ресепшене чипа от машины не оказалось. Иван перерыл все верх дном, но безрезультатно.

– Нет, так нет. Пойдем жмуриков обыщем, – сам себе сказал космонавт и направился на пляж.

Он попытался угадать, кто из троих мертвецов мог работать водителем. На песке лежали лысый мужичок с большим пузом в спортивных трико и футболке, коренастая женщина с короткой стрижкой под «ёжик» и модой парень лет двадцати в порванной рубашке и грязных серых брюках.

– Так, если они все местные, то этот чувак больше на официанта похож, тетка, наверное, администратор, а толстяк как раз на водилу смахивает, – включил дедукцию Воробьев и начал осматривать пузатого мужика.

Хоть трупы еще не начали разлагаться, но и без этого вонь от них стояла жуткая. Не смотря на то, что выглядели инфицированные как живые мертвецы, организм их работал во многом так же, как и у обычных людей. А раз естественные потребности никто не отменял, то испражнялись зомби прямо на ходу, не снимая штанов, их этот момент особо не напрягал. Поэтому даже без гниющей плоти смрад от них чувствовался издалека.

К разочарованию Ивана у мужика смарт-ключа не нашлось, пришлось ощупывать «официанта», но и тот оказался «пустой». Чтобы успокоить совесть, космонавт склонился над женщиной. Синие джинсы обтягивали ее пухлые ляжки, кривые ноги в кроссовках были широко раздвинуты. Бледно-розовая майка торчала из-под джинсовой жилетки. Взгляд Воробьева задержался на лице покойницы: в правой брови блестел пирсинг, на шее краснела маленькая татуировка в виде бабочки. Нижняя губа была разбита, рот чуть приоткрыт.

Ивану показалось, что по лицу женщины пробежала какая-то дрожь. Он вытащил нож и на всякий случай полоснул лезвием ей по горлу. Кровь почти не текла, сердце уже не работало, труп остывал, но все равно пугал своим зловещим видом.

Космонавт торопливо обшарил жилетку и в одном из карманов нашел кусок пластика в форме капли, размером со спичечный коробок:

– Опа, сюрприз. Надеюсь, ты, красотка, и была водилой нашей новой машины.

Воробьев сжал в кулаке смарт-ключ и почти бегом отправился к микроавтобусу. Центральный замок работал от отдельного аккумулятора, который держал заряд больше года, чтобы хозяин мог попасть в машину, даже если основные батареи полностью разрядятся.

Раздался легкий щелчок, Иван потянул за ручку, и водительская дверь мягко и послушно открылась. Затем он нашел в хозблоке толстые силовые провода и с их помощью запитал аккумуляторы микроавтобуса от тарахтящего генератора. Это давало надежду, что их путь до Черного моря окажется не таким долгим. Теперь оставалось только ждать.