Виктория Эвелин

«Искушение Озеда»

Серия: Клеканианцы (книга 4)

Автор: Виктория Эвелин

Название: Искушение Озеда

Серия: Клеканианцы_4

Перевод: Иришка

Редактор: Eva_Ber

Обложка: Кира

Оформление: Eva_Ber

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

«Тебе нужно встать, миита», — слова звучали в голове у Алекс мягко, как нежное, но настойчивое напоминание. Она вздрогнула и попыталась поднести руки к лицу, но они не слушались.

«Принцесса, время не будет ждать тебя», — доносился настойчивый голос, знакомое изречение от ее отца.

«Еще пять минут…»

Внезапно до нее дошло. Колючий песок, жаливший ее щеку, был не матрасом, покрытым трикотажной простыней. Холодная вода, обдающая ее лодыжки, не была ее теплым одеялом. И успокаивающий голос, призывавший ее проснуться, принадлежал не ее отцу. Это было невозможно.

Тем не менее, в момент замешательства у нее на глазах выступили жгучие слезы.

Мир вокруг нее закружился, и волна тошноты заставила ее оставаться совершенно неподвижной.

«Где я?»

Алекс широко раскрыла глаза. Пороги! Лили! Она отдернула голову как раз вовремя, чтобы выплюнуть мутную воду на большое бревно, лежащее рядом с ней.

В ушах у нее звенело от усилий избавиться от содержимого желудка. С огромным усилием она поднялась на четвереньки и подождала, пока головокружение прекратится. Оно только усиливалось, пока она не рухнула на бок, обхватив гудящую голову руками.

Все было слишком напряженным. От звука льющейся воды у нее возникло ощущение, что череп сжимается до размеров виноградины. Ослепительный свет, лившийся сверху, проникал сквозь плотно сомкнутые веки и вызывал яростное жужжание в ушах. Она едва могла ясно мыслить, и всякий раз, когда ей это удавалось, малейшее усилие мозга усиливало головокружение.

Нужно найти тихое место. Шаг за шагом Алекс на четвереньках отползала от реки. Она не знала, сколько времени у нее ушло на то, чтобы найти укромную нишу, вырубленную в склоне холма. Или даже о том, что у нее хватило ума сообразить, что занавес из виноградных лоз, скрывающий грязную нишу, можно отодвинуть. Но первобытная часть ее сознания, настроенная на выживание, взяла верх и заставила ее опуститься на прохладную, влажную землю в темноте.

Сырое укрытие заглушало шум снаружи, а занавес из виноградных лоз скрывал болезненный свет. Подтянув колени к груди, она снова закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на голосе своего отца. Возможно, он ей померещился, но даже если и так, звук был правильным. Голос был знакомым. Сосредоточившись на нем, она почувствовала, что стук в голове немного стих. Не успела она опомниться, как мир снова погрузился в блаженную тишину.

***

Для Алекс больше не существовало времени. Она просыпалась, пыталась пошевелиться, но у нее начиналось головокружение, которое часто сопровождалось рвотными позывами, которые возобновляли головную боль. Затем, спустя некоторое время, истощение овладевало ею, и она вновь засыпала. Прошли ли дни? Или часы?

Последнее, что она помнила перед тем, как найти убежище, было течение быстрых вод, утащивших её под воду, и жгучая боль в затылке.

В моменты просветления ее беспокоило то, что у нее все чаще пересыхало в горле. Слова Лили о том, как долго человек может выжить без воды, звучали в её уме. После того как они сбежали из бункера, где их держали, и отправились в чужой лес, Лили настояла на том, чтобы Алекс научилась очищать воду, чтобы она была безопасной. Однако сейчас Алекс было не до этого. Она едва могла оставаться в сознании достаточно долго, чтобы вспомнить, что ее окружает.

Что, если она пролежала так несколько дней? Как долго она сможет обходиться без воды? Осмелится ли она вернуться к ручью и напиться прямо из него? Прежде чем она смогла принять решение, ее зрение померкло.

***

От шума, раздавшегося перед Алекс, у нее со скрипом открылись веки. У нее даже не было сил испугаться, что шум издает кто-то другой, кроме нее. Сквозь затуманенное зрение она различила маленький желтый предмет на земле, который то появлялся, то исчезал из поля зрения.

Алекс отметила свое учащенное сердцебиение и сильную сухость во рту, и где-то в глубине затуманенного сознания мелькнула мысль, не умирает ли она.

Что-то маленькое и быстрое пронеслось мимо желтого предмета и скрылось из виду за завесой лиан. Возможно, это был всплеск адреналина, но на мгновение зрение прояснилось, и оказалось, что желтый предмет — это чашечка, выдолбленная из какого-то растения. Шустрого существа, кем бы оно ни было, нигде не было видно. Приложив гораздо больше усилий, чем следовало, Алекс подползла к чашке и заглянула внутрь.

Это была вода? Пот струился по ее лбу, она пыталась сосредоточиться на том, стоит ли ей пить, но чем больше она сосредотачивалась, тем сильнее путался ее разум, пока все, о чем она могла думать, был спор Принцессы-невесты. Виццини и Уэстли сидят друг напротив друга и спорят о том, какой стакан был отравлен. Мог ли маленький лесной пришелец отравить воду, надеясь, что она выпьет ее и умрет, чтобы он смог поселиться в ее теле? Или он пытался помочь по какой-то причине?

Воспоминания о фильме ускользнули от нее, и Алекс поняла, что, должно быть, она действительно умирает. В конце концов, это был один из ее любимых фильмов, и ни за что на свете здоровая версия ее самой не смогла бы забыть подробности о нем.

Она осторожно отхлебнула воды, намереваясь попробовать одну-две капли. Жидкость проложила увлажняющий путь по пересохшему горлу, и она не смогла удержаться, чтобы не допить остатки одним жадным глотком. Она упала на спину с желтой чашкой в руке и прошептала: «Икоканин порошок. Непостижимо», — прежде чем прежде чем заснуть… или, возможно, умереть.

***

Когда она проснулась в следующий раз, сознание вернулось к ней с большей готовностью. Она повернула голову, в которой теперь лишь слегка стучало, и обнаружила желтую чашку, стоящую рядом с виноградной лозой, там, где она видела ее раньше. Почувствовав себя немного лучше, Алекс заставила себя сесть. От усилий на лбу у нее выступил пот, но она смогла это сделать, и только это имело значение. Прежде чем взять чашку, она обыскала свою маленькую грязную пещеру, надеясь найти существо, которое ее покинуло. Она была одна.

Она отпила воды и провела руками по чувствительному месту у основания черепа. Она вздрогнула, когда острая боль пронзила ее сознание. И действительно, когда она поднесла пальцы к глазам, то в тусклом свете смогла разглядеть засохшие красные пятна, смешанные с густой запекшейся кровью.

Алекс сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Засохшая кровь означала, что кровотечение было слабым. Рана заживала. Больше она ничего не могла сделать, разве что каким-нибудь образом добраться до реки и почистить его.

Она допила воду и поставила пустую чашку на прежнее место. Усталость охватила ее, и она села прямее, пытаясь еще немного побороть сон. Лили знала бы, что делать в такой ситуации. В памяти промелькнуло воспоминание о совершенно растерянном выражении лица Лили, когда Алекс позволила течению унести ее прочь. Выжила ли она? В горле у Алекс встал комок. Они с Лили сбежали от инопланетян, которые заперли их в тюрьме, и несколько недель прожили вместе в лесу, и то, что в конце концов разлучило их, был осыпающийся выступ. Алекс едва успела ступить на край обрыва, возвышающегося над рекой, как он обрушился, сбросив ее и Лили в неумолимые пороги.

Ком встал в горле, а глаза защипало от слез. Ее взгляд переместился на завесу из виноградных лоз, и ей захотелось пнуть себя за такую глупость. Она заплакала.

Зачем она сюда забралась? «Конечно, Алехандра, твоя подруга-выживальщица выбралась на берег и, вероятно, ищет тебя, так почему бы тебе не спрятаться там, где она, черт возьми, никогда тебя не найдет!»

Тихие, обильные слезы текли по ее щекам. Ее измученное тело знало, что боль, сопровождающая рыдания, которые она хотела бы испытывать, была бы невыносимой. Как далеко она проплыла по реке, прежде чем притащиться сюда? Лили была рядом или за много миль отсюда? Учитывая неопределенность относительно того, как долго она приходила в сознание и теряла его, а также неизвестность реки, было маловероятно, что она когда-нибудь найдет Лили.

За виноградными лозами две молочно-белые луны освещали влажный лес. Слышалось знакомое жужжание насекомых, которые всегда кружили над их лагерем. Недели, проведенные наедине с Лили, когда они разговаривали и примирялись с их похищением, теперь казались сном. Это лучше, чем такое одинокое существование. Испуганная, голодная и облитая грязью.

Снаружи промелькнула вспышка крошечных огоньков, похожих на тысячи крошечных светлячков, сгруппировавшихся вместе. Алекс замерла и уставилась на то место, где они исчезли. Как раз когда она была уверена, что это что-то исчезло, оно снова пронеслось мимо входа. У Алекс сложилось отчетливое впечатление, что существо пытается заглянуть внутрь, совершая безумные прыжки.

Лозы в левом углу приподнялись, и на нее уставились два больших светящихся глаза.

Бешеное сердцебиение Алекс заставило звон в ушах вернуться в полную силу, а зрение затуманилось. Она умоляла свой разум логически изучить существо, напоминая себе, что это, вероятно это, то самое существо, которое приносило ей воду, но ее мозг не хотел этого слышать.

Перед ее глазами поплыли звезды, и маленькое животное уставилось на нее своими ярко-желтыми глазами, как будто ему было так же любопытно, что она будет делать, как и ей самой.

От движения, которое было довольно бесполезным во многих отношениях, у Алекс закружилась голова, и она рухнула на мокрую землю, потеряв сознание еще до того, как ее щека коснулась грязи.

***

Подтянув колени к груди и не сводя глаз с входа, Алекс решительно ждала возвращения своего маленького спасителя. Она нервно крутила золотое колечко на безымянном пальце правой руки.

Когда она проснулась в последний раз, то обнаружила свою маленькую чашку с водой, а также несколько очень пушистых и очень мертвых насекомых. За все время, что они вместе добывали еду, Лили ни разу не заставила ее съесть ни одного из этих жирных летающих жуков, которые не давали Алекс спать по ночам, — но только потому, что они не смогли их поймать.

Мысль о том, как была бы разочарована Лили, если бы узнала, что Алекс отказалась от еды в подобной ситуации, побудила ее съесть жуков. Не желая проверять, похожи ли они на курицу по вкусу, она проглотила четырех раздавленных жуков целиком.

И теперь она ждала. Алекс не знала, есть ли способ отблагодарить это существо, но ей хотелось попробовать. Оно было разумным; чашка ручной работы давала это понять. Влажного запаха ее пещеры, смешанного с грязной дырой, превращенной в ванную в углу, было бы достаточно, чтобы заставить любое существо держаться подальше, но оно продолжало возвращаться. Почему?

Вспышка света снаружи привлекло ее внимание, и она замедлила дыхание. Она промелькнула раз, другой, а затем, как и прежде, остановилась в дальнем углу. На этот раз, когда его круглые желтые глаза встретились с ее глазами, она улыбнулась, плотно сжав губы, стараясь не показать зубы и не напугать его.

— Привет, маленькое… существо, — прошептала она хриплым от долгого молчания голосом.

На его вытянутой морде виднелись два уха, как у летучей мыши. Животное было вроде как пушистым, но его мех был жестким, и каждая прядь светилась голубым светом, как будто это были вовсе не волосы, а миллионы нитей синих оптоволокон.

— Спасибо за воду. Я думаю, ты спас мне жизнь.

Алекс указала на чашку, стараясь двигаться медленно.

Существо придвинулось ближе, и она рассмотрела его черты. У него был вытянутый гибкий нос, похожий на пушистый хобот. Его длинные руки, ноги и хвост напомнили ей о паукообразной обезьяне, но паутина под мышками больше напоминала белку-летягу, чем что-либо другое.

Если она забыла о своей жизненно важной ситуации и думала о существе как о чем-то созданном для фильма, она могла признать, что оно было милым. Из его больших ушей и груди торчали беспорядочные пучки блестящей шерсти, что делало его похожим на переутомленного мультяшного персонажа, выпившего слишком много чашек кофе.

Тремя тонкими пальцами оно схватило чашку и выскочило наружу.

— Нет! Подожди! — Алекс поднялась и попыталась последовать за ним, но смогла лишь продраться сквозь лианы, пока не растянулась лицом вниз перед своей пещерой.

Быстрые удары по макушке заставили ее вытянуть шею. Маленькое существо тычет в нее своим длинным хоботом, похожим на аккордеон. Когда она, прищурившись, взглянула на него, он начал толкать ее в голову своими маленькими трехпалыми ручонками, пока она, пошатываясь, не поплелась обратно в пещеру.

Обезумевшее существо последовало за ней, свернувшись в гладкий шар и покатившись за ней. Оно остановилось у входа в своей круглой форме, ожидая, чтобы убедиться, что она не собирается двигаться дальше, прежде чем откатиться. Алекс прислонила голову к грязной стене и успокоила дыхание.

Вскоре существо вернулось с еще одной чашкой воды и какими-то скользкими, извивающимися насекомыми.

— Это прозвучит крайне неблагодарно, но разве ты не мог убить их еще раз? — Алекс скривилась, когда один особенно жирный слизняк с короткими ногами побрел обратно к выходу. Ее маленькая пушистая подруга поднесла жучка поближе к себе и присела на корточки, с восторгом глядя на нее.

Алекс зажала жирного жучка между пальцами и подождала, пока пройдет приступ тошноты, прежде чем проглотить его. Она сдержала гримасу и выдавила улыбку, затем кивнула в сторону своего маленького друга.