Вася встрепенулся, сбросил с себя оцепенение и всё-таки зашёл в квартиру. Я вошёл следом за ним и сразу плотно закрыл за собой дверь.

Девчонки действовали мгновенно. Едва мы оказались внутри, так Марина и Аня тут же принялись за наш осмотр. Аня ограничилась быстрым, цепким взглядом — пробежалась по лицам, по одежде, словно опытным глазом отмечая, нет ли явных следов беды.

А вот Марина пошла дальше. Она не ограничилась визуальной проверкой и сразу вступила в контакт. Почти не задавая вопросов, сестра подошла к Василию и начала приподнимать ему кофту и свитер. Девчонка решила убедиться лично, что её брат никак не пострадал физически.

При их незначительной разнице в возрасте Василий всё-таки оставался для неё младшим братом, и сейчас это ощущалось особенно остро. В каждом её движении читалось беспокойство и желание любой ценой убедиться, что с ним всё действительно в порядке.

Марина внимательно осмотрела пацана, но, как ни старалась, никаких внешних следов физического воздействия так и не обнаружила. Ни синяков, ни ссадин, ни чего-то ещё, что могло бы подтвердить худшие опасения. Василий действительно выглядел целым.

— Так, — наконец сказала Аня, перехватывая инициативу, — я сейчас поставлю чайник, а вы нам всё расскажете.

В её голосе прозвучала хозяйская интонация, не предполагающая возражений. Пока девчонки хозяйничали, тихо переговариваясь и звеня посудой, мы с Васей зашли в ванную. Там умылись холодной водой, смывая с себя остатки уличной пыли, напряжения и всего того, что прилипло за этот длинный вечер. Василий плеснул воду на лицо несколько раз подряд, пытаясь окончательно привести мысли в порядок.

Уже через несколько минут мы сидели за кухонным столом. Перед нами стояли кружки с горячим чаем, от которых поднимался лёгкий пар. Обстановка начала постепенно возвращаться в нормальное, почти домашнее русло.

Мы пили чай и рассказывали девчонкам, как прошла наша встреча с бывшими друзьями Васи. Говорили спокойно, в том ключе, в каком и договаривались по дороге домой. Я следил не только за тем, что говорю сам, но и за реакцией Василия. Пацан вовремя подхватывал нужные моменты и не выбивался из выбранной версии.

Я довольно быстро обратил внимание на любопытный момент. Несмотря на то, что Аня и Марина были знакомы всего несколько часов, девчонки уже вполне себе поладили. Это чувствовалось в том, как они переглядывались, а иногда синхронно реагировали на одни и те же слова.

Когда я закончил рассказ, я обернулся к Василию, давая понять, что сейчас надо подтвердить сказанное.

— Да, именно так всё и было, — без промедления сказал он.

Пацан сразу уловил мой взгляд и смысл этого молчаливого сигнала.

Но, разумеется, на этом всё не закончилось.

Как только наш рассказ подошёл к концу, посыпалась целая куча вопросов. Уточняющих, повторяющих, иногда заходящих по кругу. Где именно вы встретились? Кто что сказал? Почему всё так быстро закончилось?

Следующие полчаса мы с Василием терпеливо и подробно отвечали на каждый из них. При этом придерживаясь, ну или, по крайней мере, стараясь придерживаться версии пропущенной через цензуру. Иногда приходилось формулировать аккуратнее и уходить от излишних деталей, но в целом легенда держалась.

Постепенно вопросов становились меньше. Напряжение сходило на нет. Марина, наконец, заметно расслабилась, и позволила себе улыбнуться.

— Слава Богу, что всё хорошо закончилось, — выдохнула она. — Потому что мы с Аней очень сильно нервничали, — честно призналась девчонка.

В ее голосе чувствовалась накопившаяся усталость.

— Да, это чистая правда, — поддержала её Аня. — Хорошо, когда всё хорошо заканчивается.

И тут я наконец отметил, насколько поздно было на самом деле. За окном уже стояла глубокая ночь. Обе девчонки выглядели вымотанными — взмыленными и уставшими до предела.

Я решил, что затягивать наши кухонные посиделки точно не стоит. Всем нам сейчас нужно было не обсуждать случившееся дальше, а просто лечь спать. Хотелось урвать хотя бы несколько часов сна, оставшиеся до утра.

Но тут Аня неожиданно озвучила мысль, которая, судя по всему, крутилась у неё в голове уже какое-то время.

— Володь, а может, ребята всё-таки останутся на ночь у нас?

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Пока такси найдётся, пока приедет, пока они сами доедут домой… так ещё точно целый час пройдёт, — продолжила моя сожительница. — А там, глядишь, и рассвет уже будет. На улице сейчас не самое лучшее время для разъездов.

Предложение было неожиданным, но не лишённым смысла. Конечно, места в моей квартире было крайне мало — это был факт. Но зерно истины в словах Ани имелось. В итоге я согласился.

Предложение было озвучено, и на несколько секунд повисла пауза. Марина явно задумалась. Взгляд её ушёл в сторону, будто она мысленно прикидывала все варианты «за» и «против». Было видно, что идея остаться ей нравится — по крайней мере, с точки зрения спокойствия за брата. Но почти сразу это выражение сменилось другим, более тяжёлым и приземлённым.

— Спасибо большое за предложение, — наконец сказала учительница, чуть вздохнув. — Я бы с удовольствием осталась вместе с Васей, правда. Но мы, к сожалению, не можем себе этого позволить. У меня дома кошка, и мама… за ней тоже нужно следить.

Стало понятно, что вопрос для Марины закрыт. Так что ребята всё-таки были вынуждены уходить. Аня сразу же взялась за телефон и начала вызывать такси для наших гостей.

Пока она занималась этим, я решил, что с Мариной стоит поговорить отдельно. Я тихо окликнул её и отвёл в свою комнату.

— Так, Марин, — начал я уже там, — ну всё. Выдыхай. Теперь это уже осталось позади.

Я специально говорил спокойно, чтобы она окончательно отпустила ситуацию.

— Я думаю, твой брат больше не будет общаться с этими… скажем так, нехорошими людьми, — продолжил я. — С его бывшими друзьями.

— Володь, — уточнила Марина, — так ты же сам мне сказал, что Василий вроде как снова помирился с ними.

Вопрос прозвучал без упрёка, но в нём чувствовалась тревога.

— Так ведь помириться — это одно, — спокойно ответил я, ничуть не смущаясь. — А общаться — это всё-таки совсем другое.

Марина на секунду замолчала, а потом заметно расслабилась.

— Ну, слава богу, — шепнула она. — Мне никогда не нравились эти его так называемые друзья. Ничего хорошего у них нет… и не было.

— Я полностью с тобой солидарен, — поддержал я. — Мне они тоже сразу не понравились. Завтра я тебя попрошу быть целый день на связи. Потому что именно завтра я буду разговаривать насчёт реабилитационного центра и размещения туда твоего брата.

— Хорошо… я поняла, Володь. Я очень надеюсь, что всё получится так, как надо.

В этих словах отчётливо прозвучала надежда и наверное вера. А потом Марина вдруг сделала шаг вперёд, сокращая дистанцию между нами, и почти сразу обняла меня. Она прижалась ко мне и положила голову мне на грудь, замирая в этом положении.

Слов «спасибо» она не произнесла. Они и не были нужны. Всё, что она хотела сказать, Марина передала именно этим объятием. Тепло, которое исходило от неё в этот момент, было искренним и очень человеческим, и я это почувствовал сразу.

Через несколько секунд она медленно подняла голову и посмотрела на меня. Взгляд был открытый, доверчивый и одновременно преданный. Девчонка будто наконец позволила себе поверить, что она не одна.

А потом Марина слегка приподнялась на цыпочки и потянулась к моей щеке. Касание ее губ было коротким и почти невесомым.

В этот момент с кухни донёсся голос Ани:

— Так, Марина, Вася, такси уже подъезжает. Можете спускаться.

Мы ещё раз попрощались. После этого сестра с братом наконец вышли из нашей квартиры.

Дверь закрылась. И вот только тогда мы с моей сожительницей впервые за долгое время остались одни.

— Фу-у-х… — протянула Аня, устало выдыхая. — Ну ты, конечно, Володя, и сделал мне эту ночку запоминающейся. Но я ведь надеюсь, — добавила она уже серьёзнее, — что ты действительно смог помочь брату Марины?

— Ну… — я пожал плечами, — по крайней мере, лично мне очень и очень хочется верить, что это действительно так.

— Вот блин, прикол, Володь, — неожиданно продолжила Аня. — Сейчас уже время какое позднее, а при этом спать вообще совершенно не хочется.

Моя сожительница покачала головой, словно удивляясь собственному состоянию, и слегка усмехнулась. Потом Аня замолчала. Я заметил, как она внимательно посмотрела на меня. Было видно, что у неё в голове крутится вопрос, который она не решается задать сходу.

— Говори, Анют, — сказал я, уловив этот момент. — Я же вижу, что ты что-то хочешь у меня спросить. Так что давай, спрашивай.

— Володя… — начала девчонка и снова на мгновение замолчала, словно собираясь с духом. — Только скажи мне, пожалуйста, честно.

— Конечно, — заверил я. — Спрашивай, Ань. Я отвечу тебе максимально честно.

Она посмотрела на меня ещё раз, уже пристально. И потом выпалила, почти без паузы, одной короткой автоматной очередью:

— А у тебя с этой Мариной что-то есть?

Мне показалось, что в её глазах мелькнула едва заметная искра тревоги. Страх услышать ответ, который может оказаться неприятным.

— Нет, Ань, — ответил я без запинки. — У нас с Мариной ничего нет. Она просто моя коллега по работе.

Аня не отвела взгляд.

— А было? — так же прямо спросила она. — Ну ты ведь наверняка не просто так ей помогаешь.

— Нет, — повторил я так же спокойно, как и в первый раз. — Между нами ничего не было и ничего нет.

Аня замолчала. В коридоре повисла тишина. Я пока не мог понять — поверила девчонка мне или всё-таки у неё остались сомнения, и она прокручивает в голове другую версию. Ту где между мной и Мариной всё-таки есть или было что-то большее.

— Ясно, — наконец сказала Аня.

Она слегка пожала плечами, как будто показывая, что приняла ответ, даже если он не до конца совпал с её внутренними ощущениями.

— А почему ты вообще об этом у меня спрашиваешь? — уточнил я. — Мне правда интересно.

Аня отвела взгляд, явно подбирая формулировку. Потом снова посмотрела на меня.

— Ну… — протянула девчонка. — Просто мне почему-то показалось, что у вас что-то есть. Когда женщина так восхищается другим мужчиной… Поверь мне, Володя, эта женщина явно испытывает к нему какие-то чувства. И чувства совершенно точно не только дружеские.

Она сказала это уверенно, с тем самым знанием, которое приходит не из книг, а из личного опыта.

— Понимаешь, Володь, я ведь тоже женщина, — добавила Аня. — И такие вещи я очень хорошо чувствую.

— Думаешь, Марина в меня влюбилась? — спросил я.

Я невольно улыбнулся и посмотрел на Аню. Было видно, что, говоря обо всём этом, девчонка чувствует себя не совсем в своей тарелке.

— Ну… просто мне почему-то кажется, что да, — честно призналась она.

Слова дались ей не сразу.

— Я просто… да я… я… — Аня запнулась.

Мысли в ее голове будто пошли быстрее, чем язык успевал их оформлять. Она замолчала, сделала паузу, и потом медленно подняла на меня глаза.

Я отчётливо увидел, как в её взгляде вспыхнули искры. Не фигурально — буквально.

Если честно, мне нравилось то, что происходило сейчас между нами. Нравилось ощущение этой тонкой грани, когда разговор ещё можно повернуть в любую сторону. И, не раздумывая слишком долго, я решил эту грань слегка обострить. Просто чтобы посмотреть, к чему это приведёт.

— А ты, Ань, думаешь, что меня есть за что любить? — спросил я всё так же улыбаясь.

Вопрос повис в воздухе.

Аня слегка прикусила нижнюю губу и коротко кивнула.

— Да, Володь… — сказала она едва слышно. — Я думаю, что тебя есть за что любить. На самом деле очень сложно не влюбиться в такого мужчину, каким являешься ты…

Призналась девчонка, глядя мне в глаза и уже не отводя взгляд.

— Просто рядом с таким мужчиной, как ты, Володя… рядом с тобой можно по-настоящему почувствовать себя женщиной.

Это признание прозвучало негромко, почти интимно. Я молчал, не перебивая, давая ей договорить — чувствовал, что для неё сейчас важно выговориться до конца.

Аня продолжила этот вечер откровений, которые стали для меня немного неожиданными.

— Я прекрасно знаю, Володь, что у нас с тобой ничего не может быть… — шепнула она.

Она так и не договорила то, что собиралась сказать в эту секунду, будто сама испугалась собственных мыслей. Следующее произошло неожиданно, но при этом совсем не выглядело случайным. Аня шагнула ко мне, сократив расстояние до минимума, и поднялась на цыпочки. Точно так же, как незадолго до этого сделала Марина. Но на этом сходство заканчивалось.

Аня не остановилась на полпути. Девчонка поцеловала меня, но не в щёку. Совсем не в щёку.

Её губы нашли мои. Поцелуй был живым, настоящим, наполненным напряжением, которое скопилось между нами в этот вечер.

Я не стал отстраняться. Я ответил — так же искренне, прижавшись к её губам в ответ.

Я не знал и, если честно, не хотел сейчас анализировать, что у нас с Аней может быть, а чего быть не может. Но я точно знал, что не привык отказывать женщине в её искреннем желании.

И прямо сейчас я хотел ровно того же, чего хотела она. Мы закружились прямо в коридоре, и всё вокруг словно потеряло чёткие границы. Поцелуй был наполнен страстью. Она вспыхнула резко и ярко, без предупреждения. Но гасить её было уже невозможно.

Из искры, что зажглась между нами чуть раньше, разгорелось настоящее пламя. Бушующее, живое, способное сжечь всё вокруг — мысли, сомнения, усталость, да и здравый смысл.

В эту минуту уже не имело никакого значения, что позади остался тяжёлый день, выжавший меня почти досуха. Организм, как выяснилось, имел свои скрытые резервы. И сейчас эти запасы похоже активировались.

Я прижал Аню спиной к входной двери, ощущая её тепло и дыхание. В голове мелькнула мысль — подхватить её на руки и унести в спальню, продолжить всё там…

Но, как говорится, хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах. И именно в этот момент произошло то, чего не ожидал ни я, ни сама Аня.

За моей спиной раздался отчётливый стук в дверь. В ту самую дверь, в которую я сейчас упирал девчонку.

Блин…

Да какого, спрашивается, чёрта так происходит именно сейчас⁈

Сначала я было подумал, что это Марина и Вася. Возможно, они что-то забыли в квартире и теперь вернулись.

Но уже спустя секунду, словно холодной водой окатило. Я вспомнил, что сам пригласил к себе Тиграна. И по времени всё сходилось — прошло как раз достаточно, чтобы он успел добраться до моей квартиры. Значит, скорее всего, это был именно он.

Мда…

Надо было всё-таки соглашаться на его предложение приехать чуть позже. Не в тот самый момент, когда всё уже завертелось и закрутилось по полной программе…

Но кто же, чёрт возьми, мог знать, что продолжение этой ночи окажется настолько… насыщенным. Да я даже предположить такого не мог. Впрочем, если уж быть честным — никто не мог.

Как бы там ни было, мы с Аней среагировали мгновенно. Поцелуй оборвался, Аня отстранилась от меня и посмотрела с явным испугом. В её взгляде мелькнуло беспокойство. Судя по всему, девчонка тоже решила, что за дверью стоит именно Марина.

— Это ещё кто к нам пришёл?.. — шёпотом спросила она, опасливо косясь в сторону двери. — Как ты думаешь, Володя… это же, наверное, Марина зачем-то вернулась?

Я ничего не ответил, как раз потому, что я прекрасно знал ответ.

— Сейчас вот и проверим, кто это к нам пришёл, — наконец сказал я со вздохом.

Аня тут же привела себя в порядок: одёрнула халат, который за время нашего внезапного сближения задрался выше, чем следовало.

— Ага…

От автора:

Древняя Русь, 11 век.

Время Крестовых походов, борьбы Византии с Персией, расцвета западной цивилизации…

Было бы, если бы не Врач. Воин-Врач!

Первая книга серии — тут: https://author.today/reader/448643