Сердце бешено колотилось, хотя внешне я оставался спокойным. А ведь пошёл на серьёзный риск, решив использовать и Батбаяра, и Бочкарёва одновременно. Только опыт прошлой жизни позволял мне держать лицо и контролировать ситуацию.

Достаточно одному из двоих отказаться, и весь план рухнет. Придётся импровизировать, а времени в запасе нет. При этом проклятие продолжает отсчитывать свои часы, и я до сих пор не знаю, как от него избавиться.

— Хорошо, — первым нарушил тишину Бочкарёв. — Что ты предлагаешь?

— Не стоит заигрывать с тем, кто пытался уничтожить мой род, и тогда претензий у меня не будет, — ответил чистую правду. — Как думаете, Олег Венедиктович, почему с вами и Смолёновыми всё в порядке?

— А-а-а… — протянул глава рода, начиная понимать.

— Ваши действия пока не требуют от меня мести, — пожал плечами. — Поэтому я здесь — чтобы предложить сотрудничество, мир. Ну, или…

— Я согласен, — Батбаяр внимательно посмотрел на меня. — Сегодня же отправлюсь в особняк вашего ставленника.

— Ночью, в его спальне, — шепнул ему на ухо. — Они будут там. И не спрашивайте, откуда я знаю, у меня тоже есть свои источники. Ну, раз на этом всё… — двинулся к выходу.

— Нет, Магинский! — Бочкарёв преградил путь. — Ущерб. Его кто-то должен возместить.

— Жду вас у себя в особняке, — кивнул спокойно.

— Три миллиона, — попытался торговаться мужик, ещё недавно бывший на волосок от смерти.

— Побойтесь бога, — махнул я рукой. — Мне дешевле от вас избавиться.

— Два… — он сбавил тон. — Один! И это моё последнее слово.

— Жду вас у себя в особняке. Постарайтесь не попасться никому на глаза. А теперь мне нужно уйти.

Бочкарёв отдал короткое распоряжение, и в кабинет вошла служанка. Её безупречная осанка и идеально отглаженное платье даже сейчас, после всего хаоса, вызывали невольное уважение.

— Жди, Магинский, — бросил вслед Батбаяр.

Девушка подошла к книжному шкафу, что-то щёлкнуло, и часть стены бесшумно отъехала в сторону. За ней открылся узкий проход, освещённый тусклыми светильниками. Винтовая лестница уходила вниз, теряясь во мраке.

Спускались мы молча. Каблучки служанки отбивали чёткий ритм по каменным ступеням. Воздух становился всё влажнее, на стенах поблёскивали капли конденсата.

«Получилось! — билась в голове мысль. — Теперь осталось разобраться со Смолёновыми, и можно приступать к основному плану».

Но тревога не отпускала. Слишком много переменных, слишком много может пойти не так. Проклятие Дрозда, как удавка на шее, с каждым часом затягивается всё туже. Некромант явно что-то задумал, и это «что-то» вряд ли мне понравится.

Ещё и гости из столицы — Валентин с его сучкой… Их тоже нужно не забыть. Сейчас они под замком, но это ненадолго. А значит, времени в обрез.

Коридор закончился небольшой дверью. Служанка открыла её старинным ключом, и мы оказались в переулке с другой стороны особняка. Свежий воздух ударил в лицо, возвращая к реальности. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как внутреннее напряжение постепенно отпускает.

Первый шаг сделан. Теперь нужно, чтобы все фигуры двигались по намеченному плану. А для этого придётся стать очень внимательным кукловодом.

Обошёл особняк и обнаружил своих людей. Махнул им рукой, направляясь к машине. Мелькнула мысль пообщаться с Дроздом, но Серёжи в сопровождении Запашного не оказалось.

Уселся в новый автомобиль, хрустнул затёкшей шеей. Из последней партии зелий я взял себе всего десяток, и сейчас очень хотелось их использовать — после боя с монголом каждая мышца гудела. Но нельзя… Товар как-никак.

— Едем к лавке «Артефакты Енисейска», — дал команду водителю.

— Господин, всё в порядке? — один из бойцов кивнул на мою одежду.

— Более чем, — усмехнулся в ответ.

— Не рискуйте так, мы должны вас защищать, а вы отправились в одиночку. Слышали, как в особняке Бочкарёва шла битва, а ваш костюм…

Я опустил взгляд и обнаружил, что выгляжу, как бродяга, — огонь монгола превратил мой наряд в обугленные лохмотья. Хмыкнул и откинулся на спинку сиденья. Закрыл глаза, позволив себе минуту отдыха.

Машина неспешно катила по улочкам города. Люди занимались своими делами — торговали, спешили по делам, прогуливались. Никто из них даже не подозревал, что сейчас меняется сама суть этого места. Совсем скоро всё будет по-другому.

Помассировал виски, размышляя о следующем ходе. Как спровоцировать джунгар на нападение? В том, что они этого хотят, я уверен, но как заставить их действовать в нужное время?

Мы остановились. Приказал мужикам ждать, а сам направился к лавке. Толкнул дверь — заперто. Постучал ещё раз. Уже собирался уходить, когда услышал шаги внутри.

Мне открыла хозяйка лавки. Её шёлковая ночнушка прилипла к влажному телу. Капли воды или пота стекали по шее, а щёки пылали румянцем. Дышала она тяжело, словно только что пробежала марафон. Или…

Опустил взгляд. Дамочка была без нижнего белья, и все её крайне суровые очертания сейчас проступали сквозь полупрозрачную ткань.

— Простите, Жаннет, я не помешал? У меня для вас кое-что есть, — произнёс, рассматривая пол.

— Я закончила, — хозяйка лавки медленно облизнула губы, глядя на меня с хищной улыбкой.

Даже знать не хочу, что она там закончила с мужем. Мысленно содрогнулся. Женщина впустила меня внутрь, покачивая бёдрами с грацией опытной хищницы.

— Хорошие у вас зелья, Магинский, — протянула она игриво. — Лечилка просто чудо… — её глаза блеснули. — А выносливость… Определённо стоит своих денег.

— Спасибо, — кивнул, стараясь не представлять, как именно дама проверяла эффективность зелий.

Достал склянки: три лечилки, три выносливости и четыре восстановления магии. Они мягко звякнули, когда я выставил их на прилавок. Жаннет впилась в бутыльки взглядом, как кошка в миску сметаны.

— Продаёте? — в её голосе прозвучала плохо скрываемое желание.

— Да.

— Я сейчас, — она схватила несколько флаконов восстановления и выносливости.

На ходу опрокинула их в себя одним движением и скрылась за шторкой. Желания проверять, что там происходит, не возникло. Вообще. Совсем.

Через пару минут женщина вернулась, вытирая губы. Я всё ещё размышлял, стоит ли спрашивать её о проклятии. Жора не смог помочь, как и Витас, перевёртыши и даже алхимики, но Жаннет… Она прошла войны, была сильным магом. Возможно, знает что-то полезное.

— Итак, что ты хочешь взамен? — спросила дама, поправляя растрепавшиеся волосы.

— Если честно, то совет. Правда, не уверен, сможете ли помочь…

— Как избавиться от проклятия некроманта? — она вдруг стала серьёзной, впервые за весь разговор глядя на меня без намёка на игривость.

— Да, — кивнул. — Но как вы?..

— Мальчик, там, где я жила, этих тварей было полно, — женщина улыбнулась с лёгкой грустью и начала убирать оставшиеся зелья движениями, выдающими годы военной выправки.

Она поднялась и внимательно посмотрела на меня. Подошла так близко, что все мои мышцы невольно напряглись, а по магическим каналам потекла энергия. Её пальцы неожиданно сильно сжали мой подбородок.

Жаннет повернула лицо влево, потом вправо, разглядывая что-то, видимое только ей. Поморщилась, словно увидела нечто неприятное, и отпустила.

— У тебя есть несколько дней, — вынесла она свой вердикт. — Потом ты умрёшь… Болезненно и мучительно. Я бы на твоём месте убила сама себя.

— Хотел бы избежать этого исхода, — сохранял спокойствие, но внутри всё похолодело.

— Я принимаю твою цену, — женщина повернулась спиной, рассеянно вытирая пыль с полки. — Если тебе обещали убрать проклятие, то обманули. Ни один некромант на это не способен, как бы силён он ни был.

Дрозд, сука… Хотя я примерно этого и ожидал. Что ж, устрою тебе встречу с родными на том свете. И твоего ученика следом отправлю, чтобы не скучал.

— Как от него избавиться? — задал вопрос, ради которого пришёл.

— Это возможно, — она развернулась, и в её глазах мелькнул профессиональный интерес. — Кто тебя проклял? Учитель или ученик?

— А-а-а… — протянул. — Скорее, второй.

— Эти твари всегда вдвоём, — Жаннет поморщилась с видом человека, хорошо знакомого с предметом разговора. — Ученик — это хорошо! Значит так, запоминай. Вырежи его сердце, труп сожги, сердце нужно закопать в земле. Как только она почернеет, выкопать и потом скормить монстрам. На этой проклятой земле вырастет цветок — чёрная мокрянка. Вырви его с корнем, от земли избавься. Потом растолки и смешай со спиртом. Выпей. Тогда и снимешь проклятие. Запомнил?

— Ага, — кивнул, мысленно записывая каждое слово.

— Если бы это был учитель, там всё сложнее, — она говорила будничным тоном, словно рецепт пирога рассказывала. — Пришлось бы есть его проклятое сердце. Сырое. Уж поверь, вкус мерзкий, и есть шанс умереть от другой дряни.

— Мне повезло, — улыбнулся. — Скажите, а у вас есть что-то усыпляющее для мага седьмого ранга? Чтобы спал как убитый хотя бы часок.

— Хочешь какую-то девушку соблазнить? — она хитро прищурилась.

— Как раз наоборот, — поморщился от самой идеи.

— Вот, — протянула маленький пузырёк. — Это «Спящая красавица». Стоит только вылить в комнате жертвы, как человек не услышит ничего и не поймёт, что случилось. Раньше мы так врагов в замках вырезали, — в её глазах мелькнула ностальгия, — а теперь… Если только девку силой брать, обесчестить и потом женить на себе.

— Благодарю! — взял флакон. — Сколько?

— Подарок, — Жаннет махнула рукой.

За занавеской послышались стоны — похоже, муж начал приходить в себя. А я тем временем поспешил откланяться. Выскочил из лавки и глубоко вдохнул свежий воздух. Очень странная дама…

В голове прокручивал полученные советы. Значит, Серёжа… Нужно найти лысого слугу и убить. Выходит, мой план по обыгрыванию ситуации с монголом и Запашным слегка изменился.

Я забрался в машину и приказал ехать обратно в особняк. Ещё на подъезде заметил необычное оживление на моей территории. Люди метались между постройками, сверкало оружие.

— Давай быстрее, — сжал плечо водителя.

Машина рванула вперёд, проскочив через распахнутые ворота. Я выпрыгнул у домиков, быстро оценивая обстановку. Бойцы взмокшие, у многих на лицах запеклась кровь, сжимают оружие побелевшими пальцами. В тот же миг сознание затопили сигналы от паучьей сети.

«Враг! Еда! Опасность!» — били в висках тревожные импульсы.

— Господин, — Медведь материализовался рядом, словно из воздуха.

— Докладывай.

— Джунгары… — Фёдор сплюнул. — Эти твари полезли сразу с трёх сторон. Сначала у Требуховых, мы туда всех людей бросили. Потом у нас, собаки недорезанные! Развернулись обратно. И тут третий сигнал с земель Зубаровых. Ой, простите, ваших, — он смутился, но тут же продолжил. — Хитро пошли, твари!

— Плохо! — я стиснул зубы. — Слишком рано… Потери? Раненые? Где Витас?

— Пятерых потеряли у Требуховых, но отбили атаку, — Медведь говорил отрывисто, по-военному. — Они в лесах растворились, сейчас прочёсываем. Какая-то мистика, господин. Мы возвращались обратно, а там тела разорванные и в ледяной корке. Джунгары кричали и убегали. Трое поранились — дураки погнались за удирающими врагами. А на землях Зубаровых… — он покачал головой. — Там просто каша из человеческих тел. Нет ни одного целого куска. Наши люди даже не знают, что произошло. Выпустили сигнальный огонь, когда врагов уже не было.

Я улыбнулся. Моя сеть из монстров сработала безупречно. Маленькие паучки вместе с «родителями» славно поохотились. Да и мужики молодцы — правильно среагировали на цветные сигнальные огни. Проверка пройдена, и теперь можно быстрее объединять земли.

— Отличная работа! — похлопал Медведя по плечу.

— Витас… — Фёдор придвинулся ближе, понизив голос. — Он добивает тварей в лесу. Глаза безумные, сказал, что всех на части порежет, — проглотил мужик. — И ещё… Мы двоих живыми взяли.

Я взглянул на связанных джунгар и решил, что можно попробовать извлечь из этого пользу.

— Ведите их в домик, побеседуем, — кивнул.

Пленников затащили внутрь. Я вошёл следом, мысленно призывая паучков. Несколько многоглазых охотников уже выбрались из дома и бежали сюда. Попросил не закрывать дверь и ждал, когда они все заберутся на потолок. Щелчок, и мы остались одни.

— Ну привет, — опустился на стул напротив связанных. — Как вам моё гостеприимство? Понравилось?

— Умвдапоада, — промычал один сквозь кляп.

— Спасибо, очень приятно слышать, — улыбнулся я. — Рад, что оценили.

Щёлкнул пальцами. Один из паучков рухнул с потолка прямо на голову пленника. Невидимость спала, явив жуткое создание с щёлкающими клешнями у самого лица джунгара. Мужик забился в путах, пытаясь сбросить монстра. Его сосед издал сдавленный писк, и по штанам расползлось тёмное пятно.

Паучок довольно пощёлкал жвалами. По нашей связи пришла волна предвкушения. Маленький убийца явно наслаждался произведённым эффектом.

— Хотите жить? — спросил я, внимательно наблюдая за реакцией пленников.

Оба замерли. Даже если они не понимают русский, страх — язык универсальный. Особенно когда над головой щёлкают клешни морозного паука. Хотя я уверен, что понимают. Вон как осмысленно смотрят на меня.

— Отлично, — кивнул, словно они ответили. — Я вас отпущу. Вернётесь к своим и расскажете генералам, почему проиграли, почему ваши люди превратились в замороженные куски мяса, — сделал паузу. — Всё благодаря Батбаяру. У меня с ним союз, и его уникальные способности позволяют контролировать монстров. Поэтому мне нечего бояться. А если сунетесь ещё раз…

По их глазам заметил: прекрасно понимают каждое слово. Страх во взглядах сменился недоверием, потом осознанием. Они ведь своими глазами видели, что случилось с товарищами. Видели необычных тварей, которые разорвали отряд в клочья.

«Отлично, — мысленно усмехнулся. — Пусть считают, что монгол помогает мне контролировать монстров. Все хотят заполучить кристаллы. У монголов один, у джунгар один, у императора, как они думают, два. Вот и используем их жадность».

Паучок, почувствовав мои мысли, ещё раз щёлкнул клешнями у самого лица пленника и взобрался обратно на потолок. Я распахнул дверь:

— Этих развязать и отпустить, — приказал Медведю. — Проводить до серой зоны и дать уйти. Они должны передать сообщение своим командирам, — мой голос стал жёстче. — Если узнаю, что их тронули… Отрублю руки!

— Есть! — Фёдор вытянулся по струнке.

А я направился к особняку, чувствуя, как поднимается настроение. Уверен, джунгарские шпионы уже знают о присутствии Батбаяра в городе. Теперь, когда они увидят его у Запашного, о лучшем подтверждении моих слов нельзя и мечтать.

— Маргарита, Симона! — голос эхом разнёсся по залу особняка. — Сюда!

Через минуту передо мной стояли сёстры. Тёмные глаза обеих блестели тем особым огнём, который я уже научился распознавать. После ночи с кристаллами их энергия била через край.

— Что желает господин? — промурлыкала Маргарита, грациозно склонив голову.

— Мы поедем покатаемся немного, — улыбнулся, наблюдая за их реакцией.

— Только вы и мы? — Симона подалась вперёд, в её голосе прозвучала плохо скрываемая надежда.

— Почти… — повернулся к Жоре, который, как всегда, возник из тени бесшумно, словно призрак.

Определённо у него есть какие-то особые навыки. Не может же он каждый раз оказываться рядом просто так?

— Господин, я еду с вами? — поинтересовался слуга.

— Да, — кивнул. — У нас сегодня большое дело. От него многое зависит, и я хочу подстраховаться.

— Я готов, — Жора поклонился.

Вышли из особняка вчетвером. Уже отдал все необходимые распоряжения на случай новой атаки джунгар. Да и Витас на месте, можно не беспокоиться.

Жора с девушками сели в машину, а я забрался в новый грузовик к Борову. Следом в кузов один за другим заскользили паучки. Проверил снаряжение: меч, кинжалы, механизм на запястье. Заларак надёжно спрятан, свиток от Жанны и флакон «Спящей красавицы» — во внутреннем кармане. Плюс запас других зелий. Я даже успел переодеться.

Двигатели заурчали, и мы тронулись. Чувствую, сегодняшняя ночь не простит ошибок.

Боров поглядывал на меня через свои нелепые очки, что-то бормоча себе под нос.

— Вы же не скажете Люське про тех продавщиц? — наконец выдавил он.

— Конечно, — усмехнулся я.

— Просто у меня не было столько внимания от женщин в жизни, — здоровяк неожиданно покраснел, как мальчишка. — А тут теперь любовь рядом, да и другие заглядываются. Это… приятно…

Спустя несколько минут остановились в нескольких километрах от особняка Запашного. Я выбрался наружу. Жора и сёстры уже ждали. Паучки растеклись по территории, проверяя каждый куст, каждую тень. Рядом нет ни одной живой души.

Фары погасли. Ночь медленно опускала свой чёрный полог на землю.

— Боров, ждёшь нас здесь, — повернулся к громиле. — Если услышишь шум… Пять минут, и уезжаешь.

— Господин, а вы? — его голос дрогнул от беспокойства.

— Отойдём? — кивнул перевёртышам.

Когда мы оказались наедине, изложил свой план. По мере того, как я говорил, лица сестёр менялись.

— Нет! — Маргарита вспыхнула, словно порох. — Как ты смеешь просить о таком? Мы же рассказали, что они с нами сделали! А ты…

— Господин, вы хотите нас продать? — в голосе Симоны прозвучала такая боль, что я невольно поморщился.