Маргарита и Симона переглянулись, на их губах заиграли лукавые улыбки. По телам девушек пробежала лёгкая дымка, словно утренний туман над рекой. Она окутала силуэты, размывая очертания.

Паучки на стенах дёрнулись, передавая волну тревоги. Их кристаллы вспыхнули ярче, наполнив комнату холодным светом. По нашей связи хлынул поток сигналов: «Опасность! Враг! Защищать!»

Я прикрыл глаза, вслушиваясь в ощущения маленьких убийц. Сквозь их восприятие различил движение у особняка. Тень металась между деревьями, то появляясь, то растворяясь в ночной мгле.

«Некромант… Никак не угомонится», — поморщился я, вспоминая недавнюю встречу с его куклой. И ведь знал же, что тварь придёт снова. Такие, как он, не отступают. Им нужно либо получить своё, либо сдохнуть. Ну что ж… Помогу со вторым.

— Мы разберёмся с этим, — Маргарита шагнула к окну, её тело уже почти полностью растворилось в дымке.

Симона скользнула следом за сестрой, оставляя за собой лёгкий шлейф тумана. Халаты упали на пол пустыми оболочками. А через мгновение оба перевёртыша вылетели наружу, словно два призрачных вихря.

Я метнулся к шкафу, на ходу отдавая команды паучкам. Часть осталась охранять дом, остальные двинулись со мной.

Натянул спортивный костюм — чёрная ткань мягко облегала тело. Кинжалы сами скользнули в потайные карманы, меч я прицепил к поясу. Только иголки не стал брать с собой.

Замер на пороге, прислушиваясь к ночным звукам. Этот момент я не учёл. Объявил проверку, а о том, что будет дальше, не подумал. Если поднимется тревога, весь особняк всполошится. Люди схватятся за оружие, начнётся хаос.

Не теряя времени, побежал. Спустился по лестнице, стараясь ступать бесшумно. В голове крутились мысли. Я действительно ещё не решил, нужны ли эти две особы рядом со мной. А моё предложение — лишь возможность посмотреть их в деле.

Толкнул входную дверь и вылетел в ночную прохладу. Луна заливала территорию серебристым светом. Патрули неспешно обходили периметр. Ничто не выдавало недавнего присутствия куклы. Выдохнул. Странное облегчение, что его не заметили. Это вроде и плохо, и хорошо одновременно. Ладно…

Один из паучков, который следил за перевёртышами, передал картинку, когда я подключился к нему. Две фигуры двигались в сторону леса, преследуя размытый силуэт. Я побежал следом за ними.

На первой заставе меня встретил Фёдор. Его массивная фигура выросла из темноты, как скала.

— Господин! — прогудел он. — Всё спокойно. Вы тут?

— Да я так, воздухом подышать, — улыбнулся Медведю. — Не спится.

Кивнул и двинулся дальше. Бойцы отсалютовали, пропуская меня. Углубился в лес. Кроны деревьев сплетались над головой плотным пологом.

Через глаза паучков наблюдал интересную картину. Маргарита и Симона загоняли куклу дальше в лес. Хоть их тела и растворялись дымкой, в зрении монстров я видел силуэты. Девушки двигались с нечеловеческой скоростью, нападая на тварь.

Отключился от паучка и…Не заметил ничего, кроме смутных теней. Только через восприятие своих маленьких убийц мог наблюдать за этим завораживающим зрелищем. Хочу такие же глазки, они бы мне крайне пригодились.

Подключился к связи с паучком. Твою ж… Кукла утянула их в пространственный карман! Как тогда, во время нашей битвы с Дроздом. Источник запульсировал, и по каналам потекла магия. Я ждал, готовый в любой момент подключится к сёстрам.

Маргарита первой сорвалась в атаку. Её тело превратилось в вихрь тьмы, который обрушивался на куклу. Удар, ещё удар… Когти девушки рвали его плоть, оставляя глубокие борозды. Высекали кровь, что дымилась на земле. Вот только игрушка некроманта даже не вздрогнула.

Симона зашла справа. В отличие от сестры, она действовала по-другому, её движения текучи, как ртуть. Волосы струились за спиной чёрным шлейфом, обнажённое тело мерцало в полумраке пространственного кармана. Девушка нырнула под удар куклы и вонзила пальцы ему в бок, вырвала кусок плоти.

Очень завораживающая битва. Пикантности ей добавляет то, что они голые. Груди девушек колыхались в такт их движениям. Упругие ягодицы напрягались при каждом прыжке.

И, что удивительно, я точно знал, кто из них кто. Маргарита двигалась резче, её атаки направлены в жизненно важные точки. Симона более плавная, она словно играет с добычей.

Кукла попыталась уйти в туман, но перевёртыши не дали ей такой возможности. Стоило твари начать растворяться, как они оказывались внутри «дыма-тела». Их собственная дымка смешивалась с сущностью куклы, не позволяя той ускользнуть. Каждый раз они возвращали врага в реальность.

На моём лице заиграла улыбка. Что, не получается использовать своё преимущество, тварь?

— Ты не уйдёшь! — голос Маргариты звенел яростью.

Она провела когтями по лицу противника, оставляя глубокие борозды. Его кожа слезла лохмотьями, обнажая бледное мясо под ней. Кукла зашаталась, но всё ещё держалась на ногах.

И тут в руке твари появился меч. Тот самый, что был в нашей битве с Дроздом. Но как? Его же забрали тогда… Кто-то помог вернуть оружие?

Я тряхнул головой и вгляделся в бой. Клинок рассёк воздух. Урод целился в шею Симоны. А моё сердце пропустило удар. В прошлый раз её уже ранили, и она едва не умерла от яда… Тогда, в руднике, на них напал сам некромант или же его кукла?

Рефлекторно сформировал ледяной снаряд, моя магия отозвалась мгновенно — в ладони уже рос ледяной кристалл. Не уверен, что получится, но швырнул его прямо в пространственный карман.

Оболочка лишь несколько мгновений сопротивлялось моей магии. Снаряд прошёл через дымку и в следующую секунду угодил в руку твари.

Конечность оторвало вместе с мечом. Кукла пошатнулась, и сёстры набросились на него, как две хищницы. Их когти рвали плоть, зубы впивались в горло. Симона воткнула руку в грудь твари, словно что-то там искала.

— Вот оно! — торжествующий крик девушки эхом отразился в пространственном кармане.

Маргарита тут же бросилась к сестре на помощь. И вот уже её рука в теле врага. Они вырвали орган вместе, действовали с пугающей слаженностью.

Реальность вокруг них пошла рябью, словно потревоженная гладь пруда. Пространственный карман схлопнулся, возвращая всех в обычный мир.

Перевёртыши стояли передо мной и держали в руках странное… Сердце? Бросился к ним. Паучки последовали за мной. Взглянул на куклу, та не двигается. Мои помощники уже окружили его. Пусть только шелохнётся. «Еда! Вкусно! Еда! Хозяин…» — мелькали сигналы в голове, направленные от монстров.

Посмотрел на то, что девушки сжимали с довольными лицами. Действительно сердце. Чёрные нити обвивали его, пульсируя тёмной энергией. Мой источник тут же отреагировал на силу, которая исходила от этих нитей. Они, словно черви, то проникали, то выныривали из органа.

— Вот и всё, — Маргарита улыбнулась и посмотрела на меня.

Её обнажённое тело блестело от пота в лунном свете. Капли крови стекали по упругому животу, очерчивая линию бедра.

— Теперь он не сможет создать новую куклу, — выдохнула Симона. Её грудь часто вздымалась от тяжёлого дыхания.

— Это и есть источник власти некроманта над марионетками? — протянул я руку, но не коснулся жуткого органа.

— Да, — кивнула Маргарита, глаза которой горели торжеством. — Без него он не сможет контролировать свою игрушку. Уверена, неплохо постарался, чтобы передать ей и силу некроманта, и пространственную магию.

Почему тогда в битве с куклой Дрозд не сказал, что если у него вырвать сердце, то можно победить? Он же вроде как разбирается в этих тварях. Не знал или не?..

Посмотрел на орган и подумал. А можно ли его как-то использовать? Сделать артефакт, к примеру? Пространственное кольцо мне бы очень подошло, а вот магия некромантии вообще не интересовала. Мозг уже искал возможности.

— Судя по силе некроманта, создать ещё таких он способен. И, скорее всего, не остановится. В следующий раз их будет больше, — Симона поёжилась, обхватив себя руками. В её голосе проскользнуло беспокойство.

По спине пробежал холодок. Не от ночной прохлады, а от мыслей. Пришлось отвести взгляд от девушек. Серебристый свет луны превращал их тела в произведения искусства, вылепленные из мрамора, — слишком опасное и притягательное зрелище.

Сейчас меня больше интересовали их сила и польза, которую они принесут роду. То, как сёстры двигались в бою, способность девушек проникать в пространственный карман… Не зря решил их проверить.

— Ты доволен? — Маргарита шагнула ближе, от её кожи исходил лёгкий пар. — Мы прошли твоё испытание?

— Пришлось вам немного помочь, — покачал головой, намеренно делая голос холодным. — Если бы я не вмешался, Симона бы опять пострадала. Эта манера играть с жертвой снова чуть её не погубила. И ты сама всё видела.

— Сестра! — Маргарита резко развернулась, волосы девушки хлестнули по воздуху. — Сколько раз я тебе говорила?

— Но… Я… Просто… — Симона опустила глаза, и впервые за весь вечер в её позе появилась неуверенность.

— Меня интересуют только результаты, а не ваши желания или предпочтения.

Тишина повисла в воздухе, густая, как патока. Сейчас главное показать: их желание быть в моём роду намного сильнее, чем моё. Только тогда я смогу выставить условия. Просто служба меня не устроит, нужна полная уверенность в их верности. Сёстры уже предавали своего хозяина, пусть даже он и заслужил это.

Маргарита прожигала Симону взглядом. Тени от ветвей скользили по её лицу, делая его похожим на театральную маску.

— Итак, девушки, — начал я, чувствуя, как потрескивает от напряжения воздух. — Вы можете остаться, но при условии.

— Каком? — Маргарита вскинула подбородок. — Я и так всё предложила, даже нас, но тебя это не интересует.

— Клятва крови, — посмотрел в её глаза — тёмные омуты, затягивающие душу.

— Нет! — отрезала она. — Новый поводок? Пусть нас и считают тварями, но мы живые существа. С чувствами, желаниями и потребностями.

— Вы поклянётесь в том, что не навредите мне и моему роду ни словом, ни делом, — очертил границы будущей клятвы. — Будете выполнять мои приказы ровно до того момента, пока служите. И даже после вы не пойдёте против меня. Вот и всё. Захотите уйти… — развёл руками. — Не держу.

Сёстры переглянулись. Ветер шевелил их волосы, создавая впечатление живой тьмы. Я не требовал ничего сверхъестественного, просто страховался от удара в спину.

Потенциал моего рода с ними значительно вырастет. Наконец-то я смогу использовать Жору для более сложных дел. Мужик — воин, а возится с особняком. Понимаю, клятвы, воспитание… Но мои планы уходят намного дальше земель Магинских.

— Я согласна, — Симона повернулась, и в её взгляде мелькнуло что-то странное.

— Сестра! — Маргарита дёрнула девушку за руку. — Ты!

«Еда! Вкусно! Па-па…» — от последнего сигнала передёрнуло. Обернулся к своим маленьким убийцам, которые истекали слюной над телом куклы.

— Кушайте, — махнул рукой.

Лес наполнился звуками пиршества. Сёстры напряглись, отступив на шаг. Они о чём-то шептались, а я не лез, пусть сами решают. Свобода выбора требует ответственности. Каждый должен определить, чего хочет и что готов отдать взамен.

Двинулись обратно. Лунный свет пробивался сквозь кроны деревьев, расчерчивая тропу серебристыми полосами. В воздухе пахло хвоей и влажной землёй. Я шёл впереди, прислушиваясь к мягким шагам сестёр за спиной.

Мысли уже неслись дальше. Утром поеду в город искать новых покупателей. С полученными деньгами закуплю машины, оружие, найму людей. У меня уже созрел план, как показать слабость ставленника императора. Решил взять земли Зубаровых под контроль? Что ж, посмотрим…

— Господин! — Медведь застыл на полуслове, его массивная фигура словно окаменела.

— Что такое? — приподнял я бровь.

— Вы сказали, что пошли воздухом подышать, — Фёдор переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть глаза.

Из домика высыпали бойцы. Кто-то на ходу застёгивал куртку, другие едва не спотыкались. Все они замерли, разинув рты, будто впервые увидели женщин.

— Фёдор! — наконец понял причину суматохи. — Хватит пялиться на девушек. Одежду принеси, штаны и куртки.

За разговорами совсем забыл об их наготе. Сёстры держались за мной, изображая испуганных дамочек. Но я-то видел, как они наслаждаются произведённым эффектом. Если бы олухи знали, на что способны эти «беззащитные» создания…

Наконец, девушки оделись, и я повёл их дальше. Пора было закрепить наш договор клятвой крови. Через несколько часов рассвет, и меня ждёт новый увлекательный день.

Когда поднялся наверх, то заметил двух аристократок. Они стояли друг напротив друга, от их прежней враждебности не осталось и следа. В глазах девушек читалось понимание общей участи.

Обе совершенно голые. Замер, чуть разглядывая их тела. Ну ничего не могу с собой поделать, нравятся мне женщины. Пусть эти ещё юные и глупые, выросшие с золотой ложкой в заднице. Избалованные девочки. Вообще не понимаю, как бы их замуж выдали с такими-то характерами… Хотя молодые люди, тот же Дима или Миша, те ещё инфантилы.

Подошёл к дамам. Вытащил иголку сначала из Требуховой. Она пошатнулась, но устояла на ногах — гордость не позволила упасть.

— Говори, — даже не взглянул на неё.

— Я… — голос Вероники дрогнул, на глазах выступили слёзы.

Потянулся воткнуть иголочку обратно. Одного движения хватило, чтобы девушка взяла себя в руки. Спина выпрямилась, подбородок чуть приподнялся. Всё же она дочь земельного аристократа.

— Всё поняла! — в её голосе появилась твёрдость. — Вы тут господин и хозяин, ваше слово — закон. Мы здесь гости и под вашей защитой.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями. В каждом жесте теперь читалось признание моей власти.

— Если бы не вы, то я и мой отец лишились бы рода и всего, что у нас было. Я очень ценю, что благодаря вам, Павел Александрович, с моим родом не случилось того, что произошло с Зубаровыми. Только ваша милость и то, что мы поняли вашу силу, нас спасли.

Её голос креп с каждым словом. Она больше не играла влюблённую девицу. Говорила, как наследница рода, признающая превосходство сильнейшего. Та, что осознала своё положение. Девушка продолжила:

— Для меня огромная честь находиться в вашем особняке… Под вашей защитой. И я буду ждать нашей свадьбы столько, сколько потребуется.

Кивнул и вытащил иголку из Елены. Она покачнулась, и мне пришлось её поддержать. В глазах плескалась целая буря эмоций.

— Дура! — выдохнула она и посмотрела на Требухову.

Удивился её упрямству и уже собрался вернуть инструмент для мыслей обратно, но Зубарова продолжила:

— Я дура… Если бы не вы, то меня бы убили так же, как и моего брата.

По её щеке скатилась одинокая слеза. Первый признак того, что гордость Зубаровых наконец дала трещину.

— А мой отец… Решил на вас напасть. Вы имели право убить и меня, и его. Но спасли. Да, я понимаю, чтобы потом использовать. Но это лучше, чем смерть или быть сожранной монстрами.

Её плечи поникли. Прежней надменной аристократки словно не существовало.

— Вы рисковали, ваши люди, когда выносили меня. А я, тварь неблагодарная, начала кричать у вас дома, крушить и бить слуг. Простите меня, пожалуйста, Павел Александрович!

— Молодцы, — кивнул, отмечая искренность в их словах. — Рад, что вы поняли.

Вытащил иголки из тел. Мои служанки словно материализовались из воздуха, укрывая девушек. Но Елена вдруг рухнула на колени. В этом жесте не было ни позы, ни игры — только отчаяние загнанного зверя.

— Павел Александрович, я лишилась всего. Хоть и дура, но понимаю это. Моего рода не стало. Всё, что осталось… Заберут! Разорвут! Я уже потеряла всё.

Её голос дрожал, но в нём звучала решимость:

— В лучшем случае ждёт брак с имперским аристократом. Прошу вас… — она подняла глаза, в которых больше не было ни капли высокомерия. — Избавьте меня от этой участи! Взываю к вашей чести. Я земельная аристократка… Понимаю, что не могу требовать.

— Я тебя услышал, — кивнул и направился дальше.

«Честь? Где она была, когда вы рвали род Магинских?» — мелькнула мысль, но я отогнал её. Быть мелочным — не в моём характере. К тому же получил всё, что хотел. Два рода скоро станут моими, а Елена… Её отчаяние сыграет мне на руку. Сама вцепится в возможность спастись, когда придёт время.

Остановился у двери Жоры. Даже постучать не успел. Створка открылась бесшумно, словно слуга ждал моего прихода. На нём красовался идеально выглаженный костюм — ни единой складки или помятости. Он что, вообще не спит?

— Господин! — поклон вышел таким точным, будто его отмеряли по линейке.

— У нас расширение, — кивнул на стоящих за спиной сестёр. Их фигуры в одолженной одежде казались особенно хрупкими. — Этих девушек я нашёл в лесу. Говорят, раньше служили Зубарову. После его смерти клятва крови исчезла. Очень просились к нам.

— Крови? — брови Жоры едва заметно дрогнули. — Они маги?

— Ну да, — пожал плечами с невозмутимым видом. — Зубаров очень ценил себя и свой род.

— Мне подготовить для них комнату? — в голосе слуги не дрогнула ни одна нотка.

— Да. Рядом со мной, — сделал паузу. — И принеси всё для клятвы. Я сейчас её приму, и они отправятся отдыхать. Бедняжки, такое пережили… Монстры, прорыв, битва. Кое-как спаслись и унесли ноги.

Жора сделал шаг ближе. От него пахнуло лёгким ароматом дорогого одеколона:

— Господин, вы уверены в них? Вдруг это шпионки? — голос слуги стал тише. — Монголы, джунгары, ставленник императора… Мало ли тех, кто хочет вам навредить?

— Да, я их проверил, — поправил воротник куртки. — Уверен, что они не представляют угрозы ни мне, ни роду. Но ты можешь за ними следить.

— Конечно, — Жора выпрямился, словно проглотил штык. — Даже если бы вы не попросили, я бы это делал.

— Ну вот и отлично, — хлопнул его по плечу. — Ладушки. Выдели комнату, пусть переоденутся, и потом отведи их ко мне. Подготовишь всё для клятвы.

Оставив сестёр с Жорой, бросил последний взгляд на Зубарову и Требухову. Они так и стояли, опустив головы, закутанные в простыни, которые принесли служанки.

Направился к себе ждать ритуала. Сна ни в одном глазу — зелья алхимиков сработали на славу. Полное восстановление, словно и не было изматывающей битвы.

«Пожалуй, — мелькнула мысль, — стоит выдать им премию. Такие зелья дорогого стоят».

В дверь постучали. Жора привёл перевёртышей. В форме служанок сёстры выглядели ещё притягательнее. Тёмная ткань подчёркивала изящество фигур, а высокие воротнички придавали им какую-то трогательную беззащитность. Мой верный слуга быстро подготовил всё для ритуала и, поклонившись, покинул комнату.

Что-то в поведении девушек настораживало. Их тела едва заметно подрагивали, словно от холода или волнения. Глядя на них сейчас, никто бы не подумал, что эти создания недавно разорвали на части куклу некроманта. Они смотрели на меня странными взглядами. Будто я отдал им самый постыдный приказ, а девушки не знают, как его выполнить.

— Приступим, — поднялся с кресла, чувствуя нарастающее напряжение в воздухе.

— А? — Маргарита дёрнулась и отступила на шаг. По её телу пробежала дрожь. — Да, конечно… Просто это наш первый раз.

— Чего? — приподнял бровь, разглядывая их странную реакцию. — Разве вы не приносили клятву крови монголам?

— Нет! — Симона замотала головой так резко, что её волосы хлестнули по щекам. — Нас поили специальным зельем, чтобы подчинялись. Мы сбежали и прятались, а потом были в этом доме. Его действие закончилось.

— Понятно… — начал я, но Маргарита неожиданно прервала.

Она приблизилась вплотную, её глаза впились в мои. В тёмных омутах плескались волнение и страх, смешанные с чем-то ещё. Девушка медленно провела языком по губам, делая их влажно-блестящими. Её пальцы потянулись к застёжкам платья, а сама она наклонилась ко мне.

Я отпрянул, как от огня. Вот этим сейчас точно не собираюсь заниматься.

— Почему? — в её вопросе прозвучало искреннее удивление, смешанное с обидой.

— Я уже сказал по этому поводу, — мой голос стал жёстче. — Давайте принесём клятву крови, и вы свободны. Завтра я выдам вам задания.

— А как, ты думал, перевёртыши приносят клятву крови? — Маргарита снова шагнула ко мне.

* * *

Рядом с особняком Магинских

К дому неспешно подъехала машина — чёрный автомобиль представительского класса. Идеально отполированные бока отражали свет факелов, горящих у ворот особняка рода Магинских. Двигатель работал настолько тихо, что казалось, будто автомобиль плывёт по воздуху.

Задняя дверца открылась, и оттуда вышел мужчина средних лет. На первый взгляд, ему около тридцати, но морщинки в уголках глаз и едва заметная седина на висках выдавали истинный возраст — далеко за пятьдесят.

Его трость с серебряным набалдашником упёрлась в землю. Металлический наконечник легко вошёл в грунт, когда идеально начищенные туфли коснулись земли. В глянцевой коже отражались огни факелов, отбрасывая причудливые блики.

Чёрный костюм, сшитый на заказ прямо в империи у портного, который обслуживает самого монарха, сидел безупречно. Каждая складка выверена, каждая линия подчёркивает статус владельца. Одежда стоила целое состояние, но человек его положения не мог позволить себе выглядеть иначе.

Голубые глаза, холодные, как лёд, медленно оглядели территорию рода. От его взгляда, казалось, сам воздух застывал. На породистом лице появилась брезгливая гримаса.

От мужчины исходила странная аура. Его магический источник едва теплился, почти неразличимый. И только опытный маг мог бы заметить, как иногда по нему пробегают волны чудовищной силы.

— Первый раз такое нелепое задание, — произнёс он с лёгким столичным акцентом.

В его голосе звучало искреннее недоумение человека, которому поручили раздавить муравья.

— Валентин Симонович, — раздалось сзади.

За ним из машины выскользнула девушка лет двадцати с небольшим. Но и её возраст был обманчив — даме давно перевалило за сорок. Помощница и напарница в его… особых делах. Она двигалась с кошачьей грацией, каждый её жест выверен и отточен годами практики.

— Нам заплатили за это, причём по двойному тарифу, — добавила, пытаясь скрыть презрение в голосе, вот только оно всё равно проскользнуло.

— Это даже несерьёзно, — пальцы Валентина Симоновича сжали навершие трости. По серебру пробежала едва заметная рябь силы. — Какого ранга мальчишка? Третьего, четвёртого? Пятого? — он небрежно махнул рукой. — Это неважно… Я не чувствую тут сильных людей, кроме разве…

Мужчина прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие кинжала. Магия на мгновение всколыхнулась, прощупывая территорию особняка.

— Трёх человек, — на губах появилась кривая улыбка. В свете факелов ухмылка казалась особенно зловещей. — И то они тоже не станут проблемой. Особенно для меня.

От таких слов даже его помощница едва заметно вздрогнула. Она слишком хорошо знала, на что способен этот человек. Не зря его услуги стоят целое состояние, а от одного имени бледнеют даже главы сильнейших родов.

— Когда вы думаете начать? — спросила дама, машинально поправляя перчатку на правой руке.

— Сейчас, — Валентин Симонович пожал плечами, словно речь шла о чём-то обыденном. Например, о прогулке в парке или чашке чая.

* * *