10 мая 1923 года в Лозанне был убит советский дипломат Вацлав Воровский.

Вацлав Вацлавович Воровский (1871–1923) – большевик с 1903 года, занимался закупкой оружия для боевых дружин. В апреле 1917 года вместе с Я. Ганецким (Фюрстенбергом) (1879–1937) и К. Радеком (Собельсоном) (1885–1939) вошел в состав критически важного для большевиков Заграничного бюро ЦК РСДРП(б), созданного в Стокгольме Александром Парвусом (Израиль Лазаревич Гельфанд) (1867–1924). Указанный «господин-товарищ» Парвус, один из лидеров русской «революции» 1905 года, автор печально знаменитого «Меморандума доктора Гельфанда» 1915 года и организатор переброски «пломбированного» вагона с В. И. Лениным (Ульяновым) (1870–1954) и его «товарищами» из Швейцарии в Россию через территорию Германии (главного врага России в Первой мировой войне), использовал базу в Стокгольме для финансирования большевистской партии из средств Германского генерального штаба.

После Октябрьского переворота Воровский – полпред РСФСР в Скандинавии, квартировавший все в том же Стокгольме. Возвращается в Советскую Россию в 1919 году.

Кстати, после отъезда Воровского из Швеции на счетах советского представительства в местных банках находилось около 10 млн крон, а на личном счете Воровского – почти 1,8 млн крон. Имел он и другие личные счета в европейских банках, но под вымышленными именами. (Тюляков С. П. Почему был оправдан судом убийца Воровского.)

В России Воровский становится заведующим Государственным издательством. С 1921-го – полпред в Италии. В 1922-м участвовал в Гэнуэзской конференции. В мае 1923 года вошел в состав советской делегации уже на конференцию в Лозанне и выехал в Швейцарию.

Именно Воровскому принадлежит фраза, обращенная к критикам методов работы ВЧК: «Вот вы пишите – нельзя связанного человека убивать, а я этого не понимаю. Как, почему нельзя? Иногда нельзя, иногда можно…» (Коняев Н. Гибель красных моисеев. С. 170.)

Убийца – Мориц Морицович Конради (1896–1947) – русский офицер, швейцарского происхождения. Родился в Санкт-Петербурге, окончил гимназию, учился в Петербургском политехническом институте, со второго курса которого в 1914 году подал прошение на фронт, для чего понадобилось решение императора Николая II, так как Конради был гражданином Швейцарии.

После получения соответствующего разрешения Конради окончил в Петербурге 4-месячный курс военного времени в Павловском военном училище. Подпоручик, Георгиевский кавалер, дважды ранен. Воевал на Румынском фронте, откуда в составе отряда М. Г. Дроздовского (1881–1919) отправился в легендарный поход из Ясс на Дон для соединения с Добровольческой армией генерала Л. Г. Корнилова (1870–1918).

Во время красного террора все имущество семьи Конради «национализируют». Отец умирает после избиения в ЧК, погибает брат. Дядя – купец 1-й гильдии Виктор-Эдуард Конради – был расстрелян большевиками как заложник, его жена убита грабителями.

Мориц Конради в 1920 году произведен в капитаны. В том же году был ординарцем и личным адьютантом командира Дроздовского полка полковника А. В. Туркула (1892–1957).

Конради воевал против большевиков вплоть до эвакуации в ноябре 1920 года Белых войск генерала П. Н. Врангеля (1878–1928) из Крыма. Находился в Галлиполи, затем в 1921 году перебрался в Цюрих вместе с женой Владиславой Львовной. В Швейцарии к ним присоединились мать Конради и четверо младших братьев, сумевших выехать из России, доказав свое швейцарское гражданство.

В марте 1923 года в Женеве Конради встречает своего товарища по Белой армии штабс-капитана Аркадия Павловича Полунина (1889–1933), который был тесно связан с Белой эмиграцией. Конради делится с Полуниным своим желанием «убить кого-нибудь из советских вождей, чтобы отомстить за семью». Первоначальными целями намечаются нарком иностранных дел СССР Г. В. Чичерин или советский посол в Великобритании Л. Б. Красин (1870–1926).

Однако, узнав о приезде в Лозанну Воровского, Конради и Полунин решают убить именно его.

Л. Д. Троцкий (1879–1940) писал: «Воровский был убит в дни лозаннской конференции, открывшейся 23 апреля 1923 года в зале ресторана при гостинице “Сесиль”, где Воровский, глава большевистской делегации, ужинал в обществе двух членов делегации Аренса и Дивильковского. Убийца, Конради, долго наблюдал за ужинавшими, затем, подойдя к столику, начал стрелять в упор. Воровский был убит первыми двумя выстрелами. Аренс и Дивильковский получили тяжелые ранения». (Троцкий Л. Портреты революционеров. С. 301.)

После произведенных выстрелов Конради отдал пистолет метрдотелю и сдался полиции. Полунин был арестован в Женеве на следующий день.

Судебный процесс Конради—Полунина начался в Лозанне 5 ноября 1923 года. Адвокатом Конради был Сидней Шопфер, а Полунина – Теодор Обер. Около 70 деятелей эмиграции сочли своим долгом принять участие в процессе и дать показания. Среди них – П. Б. Струве, Е. Д. Кускова, М. П. Арцыбашев, княгиня Т. Г. Куракина. Свои показания прислали писатель и православный мыслитель Иван Сергеевич Шмелев, сын которого был расстрелян большевиками в Крыму; историк Сергей Петрович Мельгунов, чья книга «Красный террор в России» была издана в Берлине, в связи с этим процессом.

«Процесс Конради становится, по существу, первым процессом против большевизма. Среди авторов статей, освещающих ход суда, Арцыбашев, автор знаменитого “Санина”. Писатель требует оправдать Конради и призывает в свидетели “всех замученных и расстрелянных в большевицких подвалах, всех погибших от голода и холода, всех погибших от грязи и эпидемии… жертв великого коммунистического эксперимента”. “Воровский, – пишет Арцыбашев, – был убит не как идейный коммунист, а как палач… Убит как агент мировых поджигателей и отравителей, всему миру готовящих участь несчастной России”». (Шишкин М. Урок швейцарского.)

Два дня продолжалась речь адвоката Обера, который сказал, обращаясь к присяжным: «Из Лозанны весь мир осветился лучами Правды в первый раз с тех пор, как существует чудовищный большевистский режим».

Присяжные заседатели большинством голосов (9 против 5) оправдали обвиняемых как «действовавших под давлением обстоятельств, проистекших из их прошлого».

Комментируя оправдательный приговор, варшавская эмигрантская газета «За свободу!» написала: «Перед ужасом большевицкого режима, очерченным на суде, умолкли всякие другие соображения, и карающая длань правосудия, поднятая над головами подсудимых, остановилась в воздухе. Покарать совершивших убийство Воровского оказалось невозможным. Тем большим осуждением звучит этот приговор присяжных тому режиму и той морали, которых не в состоянии были оставить безнаказанными Конради и Полунин».

Сразу после окончания процесса швейцарские власти выслали из страны Полунина за нарушение общественного порядка и злоупотребление правом убежища. Он переехал во Францию, где скончался «при странных обстоятельствах» 23 февраля 1933 года (предположительно был отравлен).

Дальнейшая судьба Конради была значительно мистифицирована, однако, согласно официальным швейцарским данным, он скончался в городке Кур швейцарского кантона Граубюнден 7 февраля 1947 года (на 52-м году жизни).

Возвращаясь же к «процессу Конради», отметим комментарий Л. Д. Троцкого:

«Я считал, – таково его показание, – что будет услугой миру освободить его от одного из гнусных злодеев… Если бы уничтожить дюжину главарей, правительство большевиков распалось бы, и многие тысячи жизней были бы спасены». (Троцкий Л. Портреты революционеров. С. 302.)

Добавить к этой цитате от Льва Давидовича, пожалуй, нечего.