Чёрт возьми. Мэдди бросила шляпку на скамейку и подавила желание швырнуть ракетку об землю.

Она проиграла. Шёл третий раунд, и, хотя Мэдди шла с соперницей на равных, во втором сете всё же уступила преимущество и так и не смогла его вернуть. Мечтам о победе на её первом национальном турнире пришёл конец.

По щекам покатились слёзы, дали о себе знать усталость и переживания последних нескольких дней. Всего за каких-то три дня она проиграла матч, потеряла мужа и лучшего друга. Неудачи тяжёлым грузом легли ей на плечи, горечь поражения казалась размером с валун.

— Не вешай нос, — сказал Валли, входя следом за ней. — Ты отлично показала себя на турнире, Мэдди. Никто не выигрывает с первого раза.

Тренер говорил это Мэдди и раньше, вероятно, чтобы подбодрить, но её всё равно охватило сокрушительное разочарование.

Потому что дело было не только в турнире.

Вся её жизнь разбилась вдребезги.

Она никому не рассказала о ссоре с Харрисоном и предстоящей аннуляции брака, но было нельзя не заметить, что муж больше не присутствует на турнире. Только родители поинтересовались местонахождением Харрисона, поэтому ей пришлось придумать историю о неотложных делах в Нью-Йорке. Престон, вероятно, знал правду, но молчал и лишь обеспокоенно наблюдал за Мэдди.

Валли уставился на неё так, словно не знал, что делать, как будто Мэдди была диким зверем, с которым он никогда раньше не сталкивался. Нужно взять себя в руки, пусть и ненадолго.

— Ты прав. — Она заставила себя улыбнуться. — Спасибо, Валли. За всё. Я бы точно не справилась без тебя.

Он ещё больше растерялся.

— Это не конец. Твои дни в большом теннисе ещё не сочтены. На юге страны и на Кубе проводятся турниры. Мы всю зиму будем тренироваться, чтобы подготовить тебя к возвращению в следующем году.

Она пожала плечами, не в силах проявить хоть немного энтузиазма по поводу будущих матчей.

— Я уверена, что ты прав.

— Я знаю, что прав. — Он засунул руки в карманы. — Ты слишком талантлива, слишком умна, чтобы позволить паре неудач помешать тебе исполнить мечту. Но я понимаю твоё разочарование. Я был на твоём месте. — Он рассмеялся. — Уж поверь мне. Так что отдохни следующую неделю. Ракетку даже в руки не бери. А после мы начнём строить планы. Хорошо?

Мэдди кивнула.

— Хорошо.

— Вот и славно. Тебя хочет увидеть подруга. Мисс Янг, по-моему.

Нелли здесь? Мэдди не заметила подругу среди зрителей во время матча, все её внимание было поглощено проигрышем.

— Позови её, пожалуйста.

— Сейчас. — Валли подошёл и обнял Мэдди. — Поздравляю тебя. Я знаю, что победа должна выглядеть по-другому, но уверяю, что выход в третий раунд на твоих первых национальных соревнованиях — это большое достижение.

После того, как совсем недавно её брак развалился, ничто не казалось победой. Из уголков глаз Мэдди потекли слезы.

— Спасибо, Валли.

Похлопав напоследок Мэдди по спине, тренер удалился. Не прошло и минуты, как в комнату влетела Нелли с сияющей улыбкой на лице и бросилась обнимать Мэдди.

— Мэдлин Арчер, ты была великолепна! Я под огромным впечатлением.

Мэдди сглотнула и кивнула. Она была уверена, что только комок в горле мешает потоку эмоций вырваться наружу.

Взяв Мэдди за плечи, Нелли отстранилась и вгляделась ей в лицо.

— Обычно ты не плачешь. Что происходит?

Мэдди сделала глубокий вдох и, отступив на шаг, попыталась взять себя в руки. У неё будет время выплакаться позже, когда она останется одна.

— Просто напряжение последних нескольких дней дало о себе знать.

— Ну-ну, — рассеянно ответила Нелли, нахмурив брови. — Я заметила, что твоего мужа сегодня не было.

Мэдди принялась собирать снаряжение из ящика, который ей выделили как участнице турнира. Она попыталась было солгать Нелли так же, как и остальным, но слова не шли с языка.

— Мэдди, что случилось? Престон отказывается говорить, но что-то явно стряслось. — В знак утешения Нелли положила руку Мэдди на спину. — Вы поссорились?

— Мы решили расстаться, — наконец призналась она.

Нелли ахнула и резко развернула Мэдди лицом к себе.

— Что значит “расстаться"? Развестись?

Мэдди огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что они одни. Хуже вынужденного брака и утраченной репутации был только развод. Мэдди совсем не хотелось прослыть одновременно распутницей и разведённой женщиной.

— Нет, мы подадим на аннуляцию брака.

— Я не могу в это поверить. Что случилось? И Харрисон согласился?

Мэдди вкратце пересказала подруге все события, начиная со шляпной булавки и заканчивая моментом, когда она решила уйти.

— Так будет лучше. Мы бы только сделали друг друга несчастными.

Нелли поджала губы.

— Тебе не кажется, что ты чересчур быстро пришла к такому заключению?

— Я не могу оставаться женой человека, который принимает решения, касающиеся моей жизни, без моего участия.

— Ты была замужем всего ничего, Мэдди. Боже мой, дай парусам вашего корабля немного времени набрать ветер, прежде чем покидать судно.

Если бы только всё было так просто.

— Ты не представляешь, каково это чувствовать себя такой беспомощной, как будто твоя жизнь выходит из-под контроля.

— Уверена? — раздражённо переспросила Нелли. — Наблюдать, как мама чахнет и умирает прямо у меня на глазах, не считается?

Пыл Мэдди мгновенно подостыл

— Боже, Нелли. Прости меня. Я настоящая эгоистка.

Нелли махнула рукой.

— Прощаю. И я понимаю, что брак — это не то же самое, что потеря родителя. Ты любишь Харрисона и ненавидишь сюрпризы.

Мэдди прикусила дрожащие губы.

— Одной любви недостаточно. Кроме неё необходимы уважение и доверие.

— Очевидно, тебе виднее, но мне трудно поверить, что Харрисон тебя не уважает или не доверяет тебе. В конце концов, он действовал из лучших побуждений, когда втихаря нанимал охранников.

— Это не повод действовать за моей спиной.

— Идеальных людей не существует, даже ты не совершенна, — сказала Нелли, покачав головой. — Ты будешь обречена провести жизнь в одиночестве, потому что никто никогда не оправдает твоих ожиданий. Ты действительно этого хочешь?

— На чьей ты стороне?

— Ты бы предпочла, чтобы я тебе солгала?

— Нет, но если ты пытаешься меня утешить, то твои усилия тщетны.

Нелли поморщилась и издала слабый самоуничижительный смешок.

— Я не из тех, кто гладко стелет, и, вероятно, именно поэтому ты одна из моих малочисленных подруг. Так что я перестану пытаться тебя вразумить.

— Спасибо, — саркастично поблагодарила Мэдди.

— Кстати, что случилось с уличным грубияном?

— Его арестовали, и мне пришлось давать показания. Оказалось, что Арчеры его не нанимали, хоть на этом спасибо.

— То есть это просто ещё один мужлан, который считает женщину неодушевлённым предметом.

Нелли произнесла последние слова с таким негодованием, что Мэдди опешила.

— Ты говоришь так, будто сталкивалась с подобным отношением сама.

— Разве все мы не сталкивались? — пробормотала Нелли. — Я оставлю тебя одну, чтобы ты переоделась. Поболтаем на обратном пути в Нью-Йорк.

— Я собиралась вернуться домой с родителями на поезде.

— Поздно. Они поедут без тебя. Мы с тобой сначала зайдём в бар при отеле и чего-нибудь выпьем.

— Что ты! Это невозможно! — В большинстве барах при отелях из тех, что были открыты днём, обслуживали только мужчин.

— Конечно, возможно. Держись меня, Мэдди. Я знаю все лучшие места, где можно устроить неприятности.

* * *

Не успела захлопнуться дверь, как тут же кто-то прокричал:

— Что ты наделал?

Слова эхом разнеслись по пустому дому Ксавье, голос очень напоминал голос Кита.

Собравшись с духом, Харрисон откликнулся:

— Я наверху, в спальне!

В тишине послышались приближающиеся шаги. Харрисон отпустил камердинера, единственного слугу, которому он позволил остаться в стенах этого дома, и продолжил разбирать вещи на кровати.

— Меня только что навестил Престон, — сообщил Кит, появившись в дверях. — Вы с Мэдди расстаётесь?

— Да.

— Расстаётесь?

Харрисон не ответил, потому что уже и так выразился предельно ясно. Ну почему Кит такой упрямый?

Друг прислонилась к столбику кровати.

— Ты расскажешь подробности или мне придётся тебя пытать?

Харрисон медленно выдохнул.

— Она захотела завершить наш брак. Я согласился. Вчера мой юрист закончил оформление документов об аннуляции брака, я всё подписал, и теперь их отправили ей домой. Полагаю, она их подпишет, когда вернётся из Филадельфии.

Самым трудным было нацарапать свою подпись на документах. Если бы дело происходило не на глазах его юриста, Харрисон, вероятно, расплакался бы, как ребёнок, когда чернила высохли.

— Она вернулась, — сказал Кит.

— Да? — Харрисон старался не выдать своего интереса, но ему до смерти хотелось узнать, чем закончился турнир. Он нарочно не заглядывал в спортивный раздел газет.

— Проиграла в третьем раунде. Однако, как я понимаю, она боролась до последнего.

Должно быть, Мэдди страшно расстроена. Его сердце, и без того разбитое и истерзанное, сжалось от желания увидеть её и утешить. Сказать Мэдди, что он любит её и гордится ею.

Неужели он уже забыл, что она его не любит? И хочет от него избавиться.

К горлу подступила тошнота. Их браку пришёл конец. Если она вернулась, то, вполне вероятно, уже подписала документы об аннуляции брака. Вскоре их подадут в городской суд, и всё будет выглядеть так, будто их брак никогда и не заключался.

Разве что в его мечтах.

Каждый раз, когда он пытался заснуть, перед его мысленным взором появлялась Мэдди. Она улыбалась, поддразнивала его, смеялась вместе с ним. Харрисон отчаянно тосковал по ней, его тело постоянно ныло, а разум вопил от несправедливости происходящего. Он так сильно её хотел, но всё испортил, давил, плёл интриги и окончательно её оттолкнул.

Его молчание, видимо, разозлило Кита, потому что тот раздражённо фыркнул.

— Может, объяснишь мне, почему ты так просто её отпускаешь? И почему собираешь вещи?

На полу в спальне стояли открытые, наполовину собранные чемоданы. Харрисон положил в один из них стопку коробок с воротничками.

— Я возвращаюсь в Париж.

— Когда?

— Завтра.

Если бы он смог купить билет раньше, то уже был бы на полпути через Атлантику.

— А тебе не приходило в голову, что твоей жене, возможно, просто нужно время, чтобы остыть? Что, возможно, ты слишком поспешно сбегаешь... снова?

— Честно говоря, нет. Скорее, я думаю, что нужно было разорить Арчеров из Парижа и никогда не возвращаться в Нью-Йорк. Приезд сюда был ошибкой, и я её исправляю.

— Что ты собираешься делать? Вернёшься к своей прежней жизни и притворишься, что всего этого никогда не происходило?

— Именно так я и собираюсь поступить. Я уже отправил Эсме телеграмму, в которой сообщил, что прибуду через неделю.

— Господи Иисусе, Харрисон. — Кит рухнул на кровать и обхватил голову руками. — Ты же не серьёзно.

Он пожал плечами и открыл ящик с кентуккийским бурбоном. Аккуратно завернув одну из бутылок, он положил её в чемодан, затем потянулся за следующей.

— Брак никогда не заключался. Любые упоминания о нём будут стёрты, у нас обоих останутся лишь смутные воспоминания. Она вольна стать герцогиней, графиней или кем только не пожелает.

На самом деле Харрисон решил ей в этом помочь, сегодня днём он планировал нанести один визит. Возможно, ему удастся исправить свою ошибку, прежде чем он навсегда покинет страну.

— Ты берёшь их все с собой на борт? — Кит указал на бутылки.

— Да. — Харрисон планировал напиться в стельку, как только Америка исчезнет из виду, и не просыхать всю дорогу. По крайней мере, до тех пор, пока ему не удастся забыть о Мэдди на какое-то продолжительное время.

— А как же "Арчер Индастриз"? Этот дом? Ты всё бросаешь?

Без Мэдди всё это не имело значения.

— Я передал все дела моему... Стивену Вебстеру. Он прекрасно справится в моё отсутствие.

— Понятно. — Кит прошёлся по комнате и заглянул в сундуки. — Ты хотя бы собирался попрощаться?

— Я так и думал, что ты попытаешься меня отговорить. Между прочим, Престон уже попытался и потерпел неудачу.

— Я знаю. Он сказал, что ты был упрямее профсоюзного лидера за столом переговоров. А ей что я должен сказать?

Харрисон, честно говоря, не думал, что Мэдди станет расспрашивать о нём. Она сможет вернуться к прежней жизни, к своим планам и вечеринкам. Наслаждаться своим идеальным миром, который он больше не испортит, как портил всё вокруг.

— Я уже всё ей сказал.

Что ему жаль, что он её любит.

И что она единственная, кто имеет для него значение.

— Как бы то ни было, я думаю, ты совершаешь ошибку.

— Ну, я всегда совершал ошибки, зачем сейчас мне поступать по-другому?

Кит насмешливо усмехнулся.

— Не позволяй чуши из детства засорять тебе мозг. Это совершенно бесполезно.

— Точно так же, как тебе удаётся не засорять ею свой мозг? — Семья Кита была ничем не лучше Арчеров. В некотором смысле даже хуже. Именно поэтому они и сдружились в колледже: и Харрисона, и Кита мучили демоны из детства.

— Туше, — сказала Кит. — Думаю, мне остаётся только добавить, что я буду по тебе скучать. Я с нетерпением ждал, когда ты снова окажешься среди нас.

— Буду рад, если ты приедешь в гости. Всё будет так же, как и прежде. Разврат на каждом шагу с огромным количеством легкодоступных женщин, с которыми тебе и за всю жизнь не переспать.

— Харрисон. — Кит замолк, словно тщательно подбирая слова. — Ничего не будет как прежде. Потеря Мэдди — это не мелочь. Надеюсь, ты понимаешь.

— Ты забываешь, что однажды я её уже потерял. Сейчас ситуация повторяется.

— Но тогда вы не были женаты. Ты не спал с ней и...

— Перестань, ты нисколько не помогаешь, — прорычал Харрисон, проводя руками по волосам. — Чёрт, Кит. Просто... Боже всемогущий, прекрати болтать.

Лицо друга стало бесстрастным, лишённым всяческих эмоций.

— Тогда я оставлю тебя собирать вещи. Я всё сказал.

Чувство вины пронзило Харрисона, будто тысячи игл впились в кожу.

— Я знаю, что ты пытаешься помочь, но, пожалуйста, прекрати.

Они долго смотрели друг на друга.

— Тогда удачного путешествия. Наслаждайся Парижем и Эсме. Пиши иногда, ладно? Чтобы мы знали, что ты всё ещё жив.

Кит вышел, его удаляющиеся шаги гулко отдавались в тишине.

Чувство вины не отступало, но Харрисон выбросил посторонние мысли из головы. Сегодня ему нужно закончить сборы и нанести один визит. Затем утром он сможет отправиться в Париж и забыть о каждой минуте, проведённой в Нью-Йорке.