Инфернас, день пятьдесят шестой

Этот день настал. Заметят ли они, что что-то изменилось? Что я изменилась? Что рассказать Энии? Или родителям? Кажется, я не готова.

Я вернулась. Я дома. Не совсем понимая, что чувствую в этот момент, я оглядела темную поляну. Меня окружала кромешная тьма. Облака заслоняли луну, а воздух был ледяным и влажным. Скоро зима…

В нерешительности я опустила взгляд на свои бледные руки. Несмотря на всепоглощающую ночную мглу, кольцо, которое подарил мне Данте, сверкало так, словно хранило в себе какую-то тайну. Или словно стремилось напомнить мне, что я не одна. Кайра ткнулась головой мне в бедро и тихо заворчала. Она права. Я не одна.

– Пойдем, Кайра, сперва заберем мою машину.

Зная Мелоди, я была уверена, что мой мобильный телефон лопался от сообщений. И хотя она понимала, что у меня не было возможности прочитать их или ответить, я не сомневалась, что меня ждет подробный рассказ о том, чем сестра занималась все это время. Очень подробный.

Эта мысль вызвала улыбку, и мне стало немного легче. Пока мы с Кайрой шли через темный лес к заброшенному сараю, я то и дело ловила себя на том, что ищу золотистое свечение в атмосфере или принюхиваюсь, ожидая уловить слабый запах огня. Но я больше не в Инфернасе, я… дома.

Кайра зарычала. Я на ходу погладила ее по голове. Сделать это было достаточно легко, так как она доставала мне до пояса.

– Знаешь, Кайра, это как вернуться из долгого отпуска в экзотическом месте. Совершенно нормально, что поначалу приходится снова привыкать ко всему. Верно?

Я никогда не уезжала отдыхать куда-то далеко или в экзотические места, но так я себе это представляла. Первое, что ощущаешь по возвращении домой, – это некая… пустота.

Ночная тень издала звук, подозрительно похожий на «хмф».

Когда мы добрались до старушки Honda Civic, потребовалось три попытки, чтобы затащить Кайру в машину. Она рычала и скалила зубы. С большим трудом мне все же удалось сделать это. Разумеется, она не выражала восторга, когда наконец уселась на пассажирском сиденье. Я дала ей немного времени привыкнуть, прежде чем запустить двигатель. Пока она взволнованно осматривалась внутри машины, я достала из бардачка мобильник и включила его.

Ненадолго задумалась, какой у меня ПИН-код – день рождения Мелоди, – а потом начали приходить сообщения. Целый поток. Короткие сообщения. Подробные сообщения, на пролистывание которых уходило по несколько секунд. Смайлики, гифки и мемы. Несколько голосовых посланий. Очевидно, у моей сестры выдались насыщенные событиями недели.

Спорим, ты ее переплюнешь?

Усмехнувшись, я начала печатать.

Я: Я вернулась.

Ответ Мелоди прилетел минут через пять.

Мел: Боже мой! Эв! НАКОНЕЦ-ТО! Я весь день с ума сходила! Буду ждать тебя у въезда в деревню. На нашем старом месте. Подберешь меня?

Я: А ты принесешь кофе?

Мел: Кофе? Да сейчас три часа ночи!

Я: Только не в Инфернасе.

Мел: ОФИГЕТЬ! БОЖЕ МОЙ! Я не могу сварить кофе, иначе проснутся мама и папа, так что обойдешься колой.

Рассмеявшись, я отправила ей эмодзи с поднятым большим пальцем.

Я: Уже еду.

После того как Кайра привыкла к автомобилю, поездка в деревню проходила без особых приключений. Из колонок негромко доносилась рок-музыка, Кайра сидела на пассажирском сиденье – насколько позволял ее рост – и смотрела в окно. Ее язык свесился набок, и она нервно рычала на каждый источник света. Ее глаза светились в темноте двумя красными угольками. Только сейчас до меня дошло, что я ее видела. По-настоящему. Как тень с контурами. Как животное из черного тумана.

Добравшись до въезда в деревню, я заглушила двигатель и припарковалась на опушке леса, чуть в стороне от дороги.

– Я тебя вижу, – обратилась я к Кайре.

Та тихо фыркнула:

– Не в том смысле, глупышка. – Я потрепала ее за ушами. – Я вижу тебя как настоящую тень. С глазами.

Клянусь, она пожала плечами. Может, дело в кольце, которое дал мне Данте, а может, я действительно стала лучше контролировать свою магию.

В этот момент Мелоди резко дернула пассажирскую дверь и сунула голову в машину. И тут же ошеломленно отпрянула и испустила леденящий душу крик.

– Мелоди! Мел, замолчи! – Я перегнулась через пассажирское сиденье и сверкнула глазами, глядя на сестру. – Тсс! Иначе нас кто-нибудь услышит.

– Что… – Она дрожащей рукой указала на Кайру. – У тебя на пассажирском сиденье два глаза!

– Кайра, – попросила я. – Покажись, пожалуйста.

По-королевски величественно подняв голову, она стала видимой.

– Ни хрена себе, Эв! Что это такое?

– Кайра, это моя младшая сестра – Мел. Будь с ней поласковее, – добавила я. – Мелоди, – улыбнулась я, – это Кайра. Моя ночная тень.

– Твоя ночная… Конечно. Ее ночная тень. Почему бы и нет. – Она прочистила горло. – Привет, Кайра.

Мы встретились взглядами. Брови Мелоди почти приклеились к линии роста волос, а глаза были размером с монеты.

– Что, черт возьми, я пропустила за эти две недели?

– Ты хотела сказать «восемь недель»?

– Что?

– Время в Инфернасе течет не так, как здесь.

– О’кей. – Мелоди сжала переносицу. – О’кей.

Я дала ей минуту, чтобы успокоиться. Она единственная знала, где я на самом деле находилась, и мне до смерти хотелось рассказать ей обо всем, что я пережила.

Не совсем единственная…

Во мне проснулись угрызения совести, но, как и за завтраком, я отогнала их прочь. Мелоди покачала головой и хихикнула.

– О’кей, – повторила она. – Переживу. Скажи Кайре, чтобы переползла на заднее сиденье, потому что у меня есть шоколад, чипсы и кола и я умираю от любопытства.

К счастью, мы зимние ведьмы и поэтому не особо восприимчивы к погоде. Так что ничего не мешало нам сидеть в машине при минусовой температуре и болтать на протяжении нескольких часов.

Я рассказала Мелоди все. Каждую мелочь, и это было чертовски приятно. Делясь впечатлениями, я доказывала самой себе, что все это действительно происходило и что я не застряла в лихорадочном сне. Тем временем Кайра удобно устроилась на заднем сиденье и тихо похрапывала.

Когда за окнами забрезжили первые лучи нового дня, Мелоди откинулась на спинку кресла, вглядываясь в темный лес перед нами:

– Поверить не могу, что ты побывала в Инфернасе! А Данте? Это… у меня нет слов.

Проследив за ее взглядом, я наблюдала, как медленно оживает лес. На земле блестела роса, начали просыпаться животные.

У нее нет слов. А у меня есть?

Я опустила взгляд на свою руку и кольцо. Данте надел кольцо мне на палец. Как бы. Наверняка он не подозревал, что подобный жест означает для людей, и тем не менее это было похоже на обещание.

– Эв?

– Хм?

– Ты влюблена в Данте Инфернаса?

Погрузившись в мысли, я кончиками пальцев поглаживала контуры маленького черного цветка.

Я никогда раньше не влюблялась. Но Данте… этот высокомерный, замечательный, восприимчивый, чувственный и многогранный мужчина… он проник в мое сердце, и я не смогла этому помешать. Я хотела быть здесь. Хотела увидеться с Мелоди и с родителями. Но также я хотела вернуться в Инфернас. И возможно, это стремление оказалось даже сильнее, чем желание находиться тут.

– Эверли, – Мелоди тронула меня за руку, – что это значит? Для тебя и для нас как для семьи?

– Не знаю… – чуть слышно пробормотала я.

– То есть ты его любишь?

Я шумно выдохнула, все еще не сводя взгляда с кольца:

– Да.

Да, я любила его. Я любила Данте Инфернаса, и это было прекрасно, и глупо, и опасно, и так далее. Моя семья никогда этого не поймет. Эния по-прежнему представляла одну из моих самых больших проблем, как и роль, которую я собиралась играть в ковене, и все же мои сомнения отступали на задний план, стоило подумать об Инфернасе и Данте. Он воплощал в себе все, о чем я только могла мечтать в партнере. Больше, чем я когда-либо могла найти здесь.

– Я…

– Нам не обязательно обсуждать это сейчас, – перебила меня Мелоди, и ее голос прозвучал как-то слишком пронзительно.

Нельзя ее винить. В конце концов, я через многое заставила ее пройти. Не каждый день рассказываешь младшей сестре, что не только переспала со своим якобы врагом, но и влюбилась в него. Для Мелоди даймоны были злом. Ведь нас так воспитали. Она не обладала теми же знаниями, что и я. Слышала мои слова, но не видела того, что видела я. Не чувствовала того, что чувствовала я.

Я нежно погладила сестру по щеке и улыбнулась. Солнце к этому времени уже взошло, крошечные пылинки летали в его лучах и поблескивали между нами, как пыльца фей.

– Ты права. Поехали домой.

От моих слов она расслабилась и улыбнулась:

– Мама и папа будут так рады тебя видеть! И Крейг всю неделю о тебе спрашивал. У него что-то наметилось с Сюзанной, но если ты спросишь меня, то есть не только меня, но и Ли, и Джеймса, и…

Я завела двигатель, слушая рассказы Мелоди о последних двух неделях.

Ее болтовня смолкла, когда я вырулила на подъездную дорожку нашего дома.

– Что ты им скажешь?

Припарковавшись, я выключила мотор и в замешательстве посмотрела на нее:

– Кому?

– Маме и папе, – подчеркнула Мелоди. – Когда снова… уйдешь.

– Что программа цифрового детокса – это полный улет, что она идет мне на пользу и я продолжу в ней участвовать.

Сестра нахмурилась, и у меня возникло смутное подозрение, что я совершила ошибку.

– А когда ты вернешься? Продолжишь тренировки?

– Нет, – тут же вырвалось у меня. Кажется, слишком резко. И громко.

Мелоди нахмурилась еще сильнее:

– Нет – не вернешься или нет – не станешь охотницей?

– Мел…

Разве не она только что сказала, что нам не обязательно обсуждать все сейчас? У меня нет ответов на ее вопросы, потому что я не имела ни малейшего представления, что будет дальше. Я любила Данте, да, и скучала по Рорку, Амиде и Ниссе. Даже по Грейдену. Но я ведьма и смертная, а они – нет. По крайней мере, срок их жизни намного превышал мой.

Есть ли у меня будущее в Инфернасе? Без понятия.

– Не важно, – внезапно прощебетала Мелоди и распахнула дверь. – Не обязательно обсуждать это сейчас. Мне нужен кофе! Ты идешь? – позвала она уже от входной двери.

Сестра исчезла в доме, а я бросила на Кайру вопросительный взгляд:

– У тебя ведь тоже странные предчувствия, да?

Глаза ночной тени вспыхнули. Супер.

Вздохнув, я нащупала на заднем сиденье сумку:

– Тебе придется оставаться там невидимой, Кайра. Они ни за что не должны тебя заметить.

Воспользуюсь стратегией Рорка и буду тушить один пожар за другим. Для начала нужно пережить завтрак с родителями и переутомленной, объевшейся сладкого сестрой.