Я не готов отпустить ее. Абсолютно не готов. Даже несмотря на то, что знал: она вернется и не задержится дольше, чем на несколько дней… я не готов.

Прошло восемь недель, и я НЕ ГОТОВ.

Последние несколько дней пролетели слишком быстро. Мне нравился наш новый распорядок, и, как бы эгоистично это ни звучало, я не хотел это терять. Мы путешествовали по Инфернасу, изучали магию Эверли, тренировались с Амидой и проводили время с Ниссой. Та быстро подружилась с Мариэллой, а это означало, что к нам часто присоединялся Рорк, что, в свою очередь, время от времени подталкивало Амиду составить нам компанию.

Я чувствовал себя хорошо и был счастлив, если бы не тот факт, что моя магия по-прежнему слабела, а повстанцы становились все наглее. Но даже Имир не мог испортить мне эти дни и особенно ночи.

Нам просто нужно больше времени. Проблемы в Инфернасе начались не вчера. Нельзя было ожидать, что мы исправим их всего за несколько недель. Особенно пока даймоны вроде Имира распространяли свою ненависть и разносили ее, как заразу.

– Данте?

Голос Эверли вернул меня к реальности. Мы сидели за столом за завтраком, ее собранная сумка лежала на полу. В то время как у нас начинался новый день, ее мир уже погрузился во тьму. Идеальный момент, чтобы отправить ее обратно.

От этой мысли тревожное чувство у меня в животе усилилось.

Я не готов…

– Прости. – Я натянул на лицо улыбку. – Что ты говорила, сердце мое?

Эверли просияла. Она всегда так делала, когда я так ее называл, и, похоже, даже не осознавала этого.

– Я спросила, можно ли Кайре пройти со мной через врата.

Я прищурился, глядя на ночную тень. Кайра не приняла форму, поэтому виднелась лишь ее тень. Она свернулась калачиком в ногах у Эверли, пристроив нос ей на ботинок. Их связь до сих пор оставалась для меня загадкой. Никогда раньше не слышал о прирученных ночных тенях. Я собирался поинтересоваться об этом у Невины, но что-то всегда мешало мне дойти до провидицы. То инфернальный кризис. То визит в бар, то ужин с маленькой ведьмой. Да и Невина за мной не посылала, так что я предполагал, что она отдыхает или все еще пытается разглядеть наше будущее.

– Думаю, это Кайра решит сама.

Тень у ног Эверли согласно шевельнулась, а я, признаться, почувствовал себя немного лучше при мысли, что Эверли будет не одна. Может, она и возвращалась в свой мир, но, как по мне, ее дом – Инфернас.

– Я не стану ее останавливать, если она решит последовать за тобой. – А она решит, в этом я не сомневался.

Завтрак у меня на тарелке остался нетронутым, что заметила не только Эверли, но и Рорк с Ниссой. Амида еще не появилась.

– Как долго вас не будет?

Эверли тихо вздохнула.

– Нисса, – произнесла она, и в ее голосе отчетливо слышалась привязанность к девушке-даймону, – называй меня Эверли.

Эти отношения тоже были… своеобразными. С тех пор как мы доставили Ниссу в Высоту, она сделала своей миссией по губам считывать каждое желание Эверли. Для нее не имело значения, что она ведьма. В ночь спасения Ниссы Эверли призналась, что случайно сбросила свои чары в ее присутствии. Поскольку Амида подтвердила, что у Ниссы нет злых намерений, я не волновался. А Эверли радовалась, поскольку ей не требовалось притворяться. Между ними установилась тесная связь, несмотря на то что Нисса вела себя по отношению к ней как служанка. Но на самом деле маленькая ведьма хотела завести подругу.

Девушка склонила голову. Зачастую определить наш возраст достаточно сложно, но Ниссе не могло быть больше тридцати или сорока лет. Ее аура была чиста и невинна, и я не замечал в ее глазах ни капли злобы, пусть она и попала в Хайшун.

– Слишком долго, – мрачно ответил я.

Каждый день будет пыткой. Рорк несильно пнул меня по голени. Он бросил на меня взгляд, который невозможно было описать иначе, чем «раздраженный».

Я и правда вел себя глупо. Поэтому потянулся к руке Эверли и поцеловал ее пальцы:

– Мы будем скучать по тебе каждый день, маленькая ведьма.

Рорк вздохнул. Ладно, не то чтобы у меня получилось лучше. Я сильнее растянул губы в улыбке. Единственной, кого я этим убедил, была Нисса – она смотрела на меня с благоговением, как на героя. Еще недавно я бы купался в ее восхищении, и да, я ведь Данте Инфернас, но сейчас оно целиком принадлежало Эверли – если бы не она, я бы не спас Ниссу. И от осознания этого я чувствовал себя немного виноватым.

– Я с нетерпением жду возможности снова встретиться со своей семьей, но по вам тоже буду скучать. – Эверли отпила кофе и усмехнулась. – Мелоди с ума сойдет, когда я расскажу ей о своем пребывании здесь.

Мелоди – ее сестра.

– Моя младшая сестра, – уточнила она для Ниссы и Рорка. – Единственная, кто знает, что я здесь.

Я положил руку ей на бедро и мягко сжал:

– Нет ничего плохого в том, что ты ей рассказала. Вполне разумно посвятить в происходящее близкого человека.

Она кивнула и вдруг слегка побледнела.

– Ты беспокоишься, что твоя семья что-то заподозрит? – спросил Рорк, наливая чай себе и Ниссе, которая одарила его благодарным взглядом. Рорк же косился в сторону печей на Мариэллу.

Эверли покачала головой:

– Если бы ты знал, насколько люди зависимы от современных технологий, понял бы, что цифровой детокс – максимально удобное оправдание.

Нисса подняла глаза:

– Что такое современные… технологии? – Последнее слово она произнесла медленно и четко. Будто проверяла, как оно звучит.

Что я говорил? Ей точно нет и пятидесяти.

Бурно жестикулируя, Эверли начала описывать Ниссе свой мир. У меня возникло подозрение, что ей самой необходимо было на что-то отвлечься. Неужели она нервничала? Может, не хотела уходить?

Рорк опять пнул меня по голени, на этот раз сильнее. Я поднял глаза и оскалился. Он нахмурился и покачал головой.

Амида спасла нас – точнее, меня – от, возможно, неуместных слов. Она появилась у нашего стола в полном боевом снаряжении:

– Ведьма все еще здесь.

Эверли невозмутимо ей улыбнулась:

– А что? Хочешь второй раунд, даймон?

Амида замерла, потом кивнула. На этом тема была исчерпана, и она попрощалась. Затем повернулась ко мне:

– Мы с Элией и Сандрой собираем войска. С этого дня нужно будет тренироваться чаще, и, я думаю, им имеет смысл вернуться в Высоту. По крайней мере тем, кто может отличить нож для масла от меча.

– Поступай так, как считаешь нужным. Я отведу Эверли к вратам, а потом присоединюсь к тебе.

Рорк постучал костяшками пальцев по столу.

– Дамы, – произнес он, подмигнув мне, – у меня тоже есть другие дела. – Потом посмотрел на Эверли. – Счастливого пути, рыжая. Только возвращайся, а то он станет совсем несносным.

Смешно, Рорк, очень смешно.

– Береги себя, – ответила Эверли, ее голос звучал серьезно. Она ненадолго замешкалась, прежде чем тихо добавить: – И ты тоже, Амида.

Амида буркнула что-то нечленораздельное, после чего исчезла.

– Ты ей нравишься, – заявил Рорк, поднимаясь из-за стола.

– Она ударила меня!

– А ты ударила ее в ответ. После такого мало кто выжил бы, поверь.

Эверли посмотрела на меня. Я кивнул в знак подтверждения:

– С Амидой сложно, причем даже в хорошие дни. То, что она до сих пор не пыталась тебя убить, доказывает, что ты ей нравишься.

Слегка ошеломленная Нисса переводила взгляд с одного на другого. Ее, должно быть, удивляла наша… динамика. Для нас самих это тоже все еще было в новинку.

Рорк бросил на меня последний предупреждающий взгляд и дематериализовался.

Когда Нисса тоже удалилась, у нас закончились отговорки, чтобы и дальше оттягивать уход Эверли, и через некоторое время я перенесся в Красный лес. У меня на плече висела сумка Эверли, в руке была ее рука. Мы пошли к воротам. Кайра следовала за нами в тени деревьев.

Когда Тенебрис появился в поле зрения, ладонь Эверли напряглась в моей.

– Знаю, ты сказала Рорку, что не нервничаешь. Хотя совершенно нормально, даже если это не так. – Я ободряюще сжал ее руку. – Для тебя многое изменилось, тогда как в твоем мире, скорее всего, все осталось по-прежнему.

Она негромко рассмеялась:

– Мелоди наверняка уже свела с ума родителей, и мама использует любой предлог, чтобы вернуться к своим растениям и перевести дух.

– А твой отец?

Я знал, кто ее отец. Кем являлся ее отец.

– Он… охотник. Бывший охотник, – поспешила добавить она. – Через врата прорывается не так много даймонов, но тех, кто прошел…

Она запнулась и остановилась. А меня все терзал вопрос, когда же всплывет эта… тема. Я спокойно дождался, пока Эверли сложит два плюс два, и вот у нее расширились глаза.

– Ты пропускал их через врата, верно? – Она перевела взгляд с Тенебриса на меня. – Клянусь Гекатой! Вратами управляешь ты. Это делает Инфернас! Мы и не смогли бы их открыть, верно?

Я осторожно кивнул. Не был уверен, злится она или нет.

– Почему ты их отправлял?

– Большинство из них были мятежниками и предателями. Они заслуживали смерти.

– Это… – Она ошарашенно покачала головой. – Это меняет весь наш миропорядок! В смысле, ковены верят, что даймоны сами проходят сквозь врата! Мы тренируемся, готовясь к нападениям! – Она смотрела на меня круглыми, как блюдца, глазами. – Нападениям, которые никогда не произойдут, не так ли?

– Нет, пока я у власти.

Эверли тяжело сглотнула. Пожалуй, стоило раньше поделиться с ней этой информацией.

– Это что-то меняет между нами?

Я не мог представить, что меняет, но, если она почувствовала себя уязвленной, я мог ее понять.

– Нет. Нет. Абсолютно нет, но… – Эверли покачала головой. – Вау. Мне нужно время, чтобы это осознать.

Мысленно вздохнув, я потянул ее за собой. Хотя мы шли медленно, до врат все равно добрались слишком быстро. Я положил сумку Эверли на землю и достал маленькую черную шкатулку, которую носил с собой уже три дня:

– У меня есть кое-что для тебя.

Глаза Эверли восторженно сверкнули.

– Подарок?

– Это напомнило мне о тебе. – Я протянул ей коробочку размером с небольшой камень, обтянутую тонкой черной тканью.

Она широко распахнула глаза, когда подняла крышку и увидела содержимое. Несколько дней назад во время вечерней прогулки по Минабатуру мы забрели в ювелирный магазин. Эверли поражалась всему, и я объяснил ей, что многие даймоны носят драгоценности, которые собирают и направляют их силу или защищают от чужих чар. Она впитывала мои слова, как губка, и в тот момент я заметил это украшение. Узкая полоска золота, увенчанная филигранным черным цветком с крупицей магии.

– Это точная копия лунной орхидеи, – объяснил я. – Они очень редкие и растут только на лавовых скалах глубоко в инфернальных огненных источниках.

– Какое красивое кольцо, – произнесла она хриплым голосом. – Спасибо.

– В него вплетены чары первой степени. Оно должно помочь тебе сфокусироваться, при этом полностью оставаясь собой.

Эверли потрясенно взглянула на меня. Я подождал, пока она наденет его, а затем притянул ее к себе, чтобы поцеловать на прощание.

– Не забывай меня, – прошептал я ей в губы.

Вернись ко мне. Стань моей королевой. Останься навсегда.

Стоило мысленно произнести эти слова, как у меня закололо затылок. Инфернас со мной согласился. Мир не меньше меня не хотел, чтобы Эверли нас покинула.

– Это ненадолго, – выдохнула она и поцеловала меня. – Потом я вернусь.

– Я знаю, и все ра… – Внезапно я почувствовал чье-то присутствие за спиной и напрягся: Рорк.

– Данте.

Эверли отстранилась от меня.

– Что такое?

– Прости, рыжая, но нам нужен Данте.

Сейчас? Именно сейчас?

Выражение лица Рорка подсказывало, что ситуация, скорее всего, серьезная. Проклятье.

– Имир?

Он мрачно кивнул. Я подобрал с земли сумку Эверли и вложил ей в руку, одновременно открывая Тенебрис.

– Данте, я… я могу остаться. И помочь.

– Нет. – Я не хотел, чтобы она подвергала себя опасности. Кроме того, ей хотелось увидеться с семьей, и я не собирался отнимать у нее эту возможность. – Иди, сердце мое. Иди к родным. Мне будет спокойнее, если ты окажешься в безопасности.

– Но…

Я поцеловал ее в последний раз, яростно, вложив все свои чувства. Затем отступил. Тенебрис распахнулся, врата уже ждали ее.

– Иди. – Я мягко подтолкнул ее вперед. – А мы займемся Имиром.

– Будьте осторожны!

– Обещаю.

Она взглянула мимо меня на Рорка.

– Я присмотрю за ним, рыжая. Даю слово.

Эверли сглотнула:

– Хорошо. – Она взялась за ручки сумки и повесила ее на плечо. Затем подозвала к себе Кайру и поднялась по ступенькам. Когда одна ее нога уже ступила в проем, Эверли вновь повернулась к нам. – Скоро увидимся.

Я кивнул.

– Очень скоро.

Когда она шагнула через ворота, я вдруг почувствовал такую всепоглощающую пустоту в груди, что чуть не рухнул на колени. Инфернальный огонь в венах жаждал бушевать, неистовствовать и спалить этот проклятый лес дотла. Мы не хотели отпускать Эверли – ни за что.

Рорк шагнул ко мне:

– Ты в порядке?

Нет. Да. Я должен.

Несколько раз глубоко вздохнув, я обернулся. Рорк стоял с мрачным и угрюмым видом. Подавив разгорающееся внутри пламя, я сжал кулаки. Что на этот раз натворил Имир?