– Эверли, открой дверь!

Я постучал еще раз. Как только я осознал слова Невины и понял, что Эверли сбежала, я выбежал из башни, чтобы догнать ее. Можно было, конечно, материализоваться в ее комнате, но это не показалось мне хорошей идеей.

– Маленькая ведьма, – снова попытался я, вложив в эти два слова всю силу убеждения.

Судя по тому, как она покраснела, Эверли, очевидно, поймала нас на горячем моменте. Маленькая ведьма и я в кровати… у стены, в ее ванной… все равно где, сама идея была… соблазнительной. И возбуждающей. И совсем не тем, о чем я должен думать в первую очередь. Спустя столько времени нам наконец открылось решение, а Эверли забаррикадировалась в своей комнате!

– Уходи!

– Нет, пока ты не поговоришь со мной.

– Я хочу побыть одна!

В нетерпении я опять стукнул в дверь:

– Побудешь одна после того, как мы поговорим!

– Нет!

Что за упрямая женщина!

– Эверли…

– Уйди. Отсюда. Данте!

Разочарованный, я оттолкнулся от двери. Надо просто выломать эту чертову штуковину!

Однако вместо того, чтобы поддаться порыву, я материализовался в своей комнате и сообщил Высоте, что хочу поговорить с Рорком и Амидой.

Грейден появился мгновенно:

– Чего изволите, господин?

– Где Рорк и Амида?

– Мастер Рорк снова в Пустоши, а госпожа Амида в конюшне.

Значит, она еще не отправилась в Огненные земли. Хорошо.

– Приведи их сюда. Немедленно.

Грейден кивнул:

– Конечно, господин.

Он исчез, а вскоре вернулся с Рорком и Амидой. Одно из самых ценных умений Грейдена: он был спорром. Многие синехвостые даймоны обладали даром слежения. Грейден же являлся среди них лучшим. Он мог найти любого. Всегда и везде.

– Что происходит, Ди? Я как раз собирался…

– Сядьте, – велел я, расхаживая по комнате, как сумасшедший.

Друзья внимательно наблюдали за мной.

– Выглядишь так, будто тебе не помешало бы выпить, – заметила Амида. Она вальяжно развалилась в кресле, скрестив руки на груди. – Не то чтобы нам нечем было заняться, Данте. Поэтому выкладывай: что случилось?

– Невина, – простонал я. – Эверли…

Амида выпрямилась. Рорк, который до этого момента стоял за ее креслом, обошел его и тоже сел.

– Вы что-то нашли.

– Что-то. – Я фыркнул; что-то мы определенно нашли.

– Полные предложения, – пробурчала Амида. – Попробуй составлять полные предложения.

Сделав глубокий вдох, я остановился и взглянул на друзей, свою семью:

– Невина настояла, чтобы мы с Эверли прикоснулись к кристаллу вместе с ней.

Рорк присвистнул:

– Ты делал это раньше?

– Нет.

Амида напряженно подалась вперед:

– И что произошло?

Я рассказал им, что видела Невина и что кристалл, возможно – вполне возможно, – показал Эверли.

– Что? – воскликнул Рорк, в то время как Амида притихла. – В смысле, я в курсе, что ты запал на ведьму, но это, похоже, уже другая лига…

Я не запал на ведьму, я… Ладно. Я запал на ведьму.

– И как это должно работать? – спросил Рорк. – Вы возьметесь за ручки, и легендарные жар-птицы Инфернаса вернутся? Наша земля снова станет плодородной? Восстание прекратится? – Он покачал головой. – Прости, Данте, но звучит не очень правдоподобно.

– Сам знаю, – огрызнулся я.

– А что ты видел?

Озадаченный, я посмотрел на Амиду:

– Прости?

– Ты сказал, что Невина видела вас вместе, и ведьма тоже. А ты что видел?

– Инфернас, – туманно откликнулся я.

– Только Инфернас? – Она пронзила меня лазерным взглядом.

– К чему ты клонишь, Ами?

– Я хочу знать, что он видел. Для того, кто якобы смотрел на зеленые холмы и пиролей, он выглядит немного… взвинченным, тебе не кажется? – спросила она Рорка, и теперь на меня уставились уже два лазерных взгляда.

Проклятье, они слишком хорошо меня знали. Громко вздохнув, я опустился в кресло.

– Я тоже видел ее, – тихо признался я.

В башне мне не хватило смелости об этом сказать, сначала я хотел осознать увиденное, но да, я видел Эверли рядом, и я положил весь мир к ее ногам. Мой мир.

– Значит, у вас троих были видения, в которых вы с Эверли занимаетесь сексом? – Рорк нахмурился. – Я до сих пор не понимаю, что из этого следует. Как это должно нам помочь?

Речь не о сексе, не только о сексе. Я ощутил что-то во время видения, близость и интимность, которые меня пугали. Никогда раньше не испытывал подобных чувств, а ведь это лишь видение. Но на те несколько минут Эверли была для меня всем. Не Инфернас. Эверли.

– Спроси меня о чем-то попроще, – уклонился от ответа я. Затем поднял руку и попросил выпить.

Высота отреагировала на мою просьбу стаканом огненной воды. Амида и Рорк выгнули брови. Обычно я не пил ничего крепче эля.

Рорк продолжал засыпать меня вопросами. Вопросами, на которые я не мог ответить. Амида, напротив, молчала и не сводила с меня глаз. Когда я наполовину опустошил стакан, подруга выругалась.

– Мужчины! – воскликнула она. – Поверить не могу, что Инфернас избирает правителями вас.

Я возмущенно поднял глаза:

– Что-что?

– Тебе никогда не приходило в голову, что ведьма может сделать тебя сильнее, сделав счастливым? – Амида скривилась на слове «счастливым», но продолжила: – Когда ты в последний раз делал что-то только для себя, Данте? Не для нас, не для Инфернаса, а для себя?

– Я… – Я растерянно замолчал. Без понятия. Если она имела в виду мой последний роман, то это было несколько десятилетий назад. Печально, но факт. Управление королевством, которое разваливалось на части, не оставляло времени на романтику и мимолетные свидания.

– Я не говорю, что рада ее появлению, потому что это не так, но, очевидно, для ее присутствия здесь есть причина. Ты преследовал ее семь лет. Неужели нет и малейшего шанса, что твои силы восстановятся, если ты расслабишься и позволишь себе заняться собой?

– Я не слаб. – И я ненавидел, когда меня таковым считали.

– Сбрось свои чары, – потребовала она.

Я покачал головой. Они подозревали, что дела у меня идут не лучшим образом, но я не собирался показывать, насколько они правы, и усиливать тревогу. Амида и так проводила достаточно времени в Огненных землях, а Рорк постоянно перемещался по Инфернасу, улаживая проблемы разного рода.

Рорк посерьезнел:

– Насколько все плохо, Ди?

– Со мной все будет в порядке, – заверил я обоих.

Амида вздохнула:

– Что бы там ни крылось в этой ведьме, Данте, она тебе нравится. И видимо, это ключ к нашему выживанию. Так что, – помахала она рукой перед лицом, – очаруй ее, подключись к ее энергии или к ее магии, не важно. Уложи ее в постель… да что угодно, но сделай это, потому что, как бы ни было неприятно признавать, она может оказаться тем шансом, которого мы так долго ждали.

Я не смел поверить, что эти слова исходят от Амиды.

– А если это заведет в тупик, – добавила она, – просто убьем ее и похороним в Красном лесу.

Рорк разразился хохотом. А я не представлял, что чувствовать.

Неужели подобное возможно? Эверли делала меня сильнее, пока просто находилась здесь, а я проводил с ней время?

Я вспомнил последние несколько дней и то, как часто думал о маленькой ведьме. Словесных баталий с ней я ждал с нетерпением, потому что с Эверли невозможно предугадать, что будет дальше. Она словно роза среди лютиков. Остра и полна шипов, но в то же время прекрасна и желанна. При мысли о ней я чувствовал… что-то. Определенно вожделение, но и нечто большее.

«Тебе никогда не приходило в голову, что ведьма может сделать тебя сильнее, сделав счастливым?» Подобный поворот событий оказался… неожиданным. Я предполагал, что мне понадобится магия Эверли, даже боялся, что придется принести ее в жертву, но такого… не ожидал. Неужели проблема во мне, а не в Инфернасе?

Пока я сидел в кресле и наблюдал, как друзья обсуждают Эверли и предстоящий день, мне показалось, что я услышал тихий смех Высоты.