Себастьян Мортис появился ровно через десять минут, как и обещал. К тому времени Мелинда уже успела упаковать все свои вещи, одеться и мысленно проститься с обитателями дома, которые за такой короткий промежуток времени перевернули ее жизнь с ног на голову. Упаковывая чемодан, из шкафа она достала серебряную акулу с памятной гравировкой и черную кофту с белой надписью «Джими Хендрикс», которую Аллан ей подарил во второй день их приезда. Крепко стиснув пальцами мягкую темную ткань, Мелинда зарылась в нее лицом и, с трудом сдерживая слезы, вдохнула аромат еще не выветрившегося парфюма. На секунду заколебавшись, Мелинда все-таки уложила дорогие сердцу вещи в чемодан. Девушка печалилась лишь из-за того, что так и не смогла проститься с Алланом. Более того, ей было жутко стыдно от мысли, что она его обнадежила, а затем обманула. Младший Мортис действительно ей нравился, даже несмотря на тот неизменный факт, что он – стодвадцатитрехлетний вампир, питающийся человеческой кровью. Но Аллан, в отличие от всех остальных членов семейства, был по-настоящему добрым и искренним парнем, напрочь лишенным притворства. Когда Мелинда давала свое согласие на обращение и готовность сбежать в новую безбедную жизнь, она не испытывала от этого ужаса, так как знала – младший Мортис сделает все для ее счастья. Девушку пугала лишь неизвестность, новое обустройство жизни, к которой ей в конце концов пришлось бы привыкать. Но учитывая складывающиеся обстоятельства, этим мечтам не суждено было сбыться. Мелинда Джонс, постоянно вынужденная чем-то жертвовать и переступать через себя, в этот раз не смогла отказаться от главного, что у нее было в этой жизни – души. – Ты готова? – вкрадчивым голосом поинтересовался Себастьян, оказавшийся на пороге комнаты. – Могу я взять твой чемодан? – Да, спасибо. – Хорошо, тогда пошли. Они покинули комнату и спешно направились к выходу. Минуя вереницы узких запутанных коридоров, в которых девушке удалось пережить так много событий, она с радостью для себя отметила, что больше никогда не вернется в этот дом. От проскользнувшей мысли ее лицо озарила улыбка. Себастьян шел впереди и нес набитый вещами чемодан. Когда они преодолели главную лестницу и наконец покинули дом, то направились прямиком на стоянку, путь к которой проходил по узкой тропинке через лес. – Не жалеешь, что уезжаешь от нас? – спросил Себастьян, оборачиваясь к идущей позади девушке. Его лицо было освещено ярким светом повисшей в безоблачном небе полной луны, отчего кожа мужчины напоминала блестящий отполированный мрамор. – Нет, – отвечала Мелинда, однако тут же вспомнила Аллана, его серебристые глаза и прохладные губы. – Не жалею. Мелинда не могла видеть реакцию впереди идущего вампира, но готова была поспорить, что как только она произнесла эти слова, он довольно улыбнулся. По крайней мере, беспечная интонация подтверждала догадки девушки. – Что ж, твой выбор. Остаток пути Себастьян и Мелинда преодолели в молчании, потому что ни у кого не возникло желания поговорить. Да и если подумать, то говорить им было совершенно не о чем. Тишину ночи нарушали лишь звуки их шагов, заливистое пение ночных птиц, доносящееся из чащи леса, и шелест листьев, который в настоящий момент благотворно влиял на душевное равновесие девушки. Вокруг стояла атмосфера безмятежного спокойствия, и на секунду Мелинде показалось: если закрыть глаза и представить, что мама не превращалась в вампира, а ее саму не опаивали кровью, то поездка очень даже удалась. Но сможет ли она внушить себе, что череда безумных событий – это лишь бредовый сон, ставший последствием затянувшейся лихорадки? Легкий ветерок приятно ласкал кожу, а душистый воздух раскинувшегося вокруг леса заставлял с душевной теплотой подумать о родном городке, где сейчас, наверное, замело снегом все улицы. Мелинда вспоминала, что зимой у них с мамой всегда было много хлопот по хозяйству. Зима в их края приходила холодная, и чтобы вконец не замерзнуть и хорошенько обогреть дом, им с Кларой приходить топить огромный камин в гостиной, делать горячий шоколад, запасаться теплыми свитерами и вязаными носками. Все эти воспоминания, прокрученные ею во время спуска по крутой извилистой тропинке, отзывались в душе приятной грустной ностальгией. Это были воспоминания, в которые всегда хочется вернуться. Близкие сердцу дни, которые не забываются до самой смерти. Мелинда знала, что совсем скоро окажется в своем родном городке, среди привычного окружения и нормального ритма жизни, где не будет места ни излишней музейной роскоши, ни древним сверхъестественным сущностям, в головах которых водятся самые немыслимые планы. Скоро все наладится: Мелинда сядет в самолет, прилетит домой, распакует чемодан и уляжется на свою любимую кровать, где до нее никогда не доберутся вампиры и другие чудовища. Девушка пришла к выводу, что только дома она могла чувствовать себя по-настоящему счастливой, наслаждаться стабильностью наступившего дня и быть уверенной в том, что ее жизнь не перевернут с ног на голову. Голос Себастьяна вывел девушку из размышлений. Они уже спустились на забетонированную площадку, где был припаркован знакомый черный автомобиль. Элегантный спортивный «Ягуар», в котором несколько недель назад они с мамой пожаловали в поместье Мортисов. «Ягуар», в котором они с Алланом не так давно отправились в город, и он рассказал ей множество захватывающих историй о своей семье. «Ягуар», в котором у девушки впервые зародились какие-то надежды на то, что на этот раз мама сможет выстроить свою личную жизнь, и у них все будет хорошо. Что ж, подумала Мелинда, хоть последнее сбылось: мама очень быстро построила личную жизнь. – Можешь присаживаться, принцесса, – проговорил Себастьян, открывая перед девушкой заднюю дверь. – Если хочешь, садись вперед. – Нет, спасибо, – ответила она и, устраиваясь в салоне, добавила: – Предпочитаю ездить на заднем сидении. Ничего не ответив, Себастьян захлопнул дверь и, огибая автомобиль, направился к багажнику, куда уместил чемодан. Вскоре мужчина уже сидел на водительском кресле и заводил мотор. Все манипуляции Себастьяна Мортиса сопровождались равнодушным молчанием, что очень быстро наскучило Мелинде. – Может быть, послушаем радио? – предложила она, когда мужчина выруливал с парковки. – Какую музыку ты предпочитаешь? – Старый рок-н-ролл, если можно. – Как скажешь. Себастьян потянулся к панели и, покрутив микшер, настроился на нужную станцию. Из колонок, лаская слух, стали доноситься знакомые звуки «Return to Sender» в исполнении Элвиса Пресли. – Слушаешь Элвиса? – заглянув в зеркало дальнего вида, спросил Себастьян. – Да, мне с детства он нравится. – Как здорово, мне тоже он раньше очень нравился. В конце пятидесятых Аллан вообще считал его своим идолом и все уговаривал меня, чтобы я достал ему билет на концерт… – А что вы? – Что – я? – Ну, достали Аллану проходной? – Нет, – покачав головой, ответил Себастьян. – К сожалению, не достал. Видишь ли, Мелинда, мы редко покидаем эти окрестности, потому что хлопот по дому и бизнесу всегда очень много. А на момент, когда Аллан грезил побывать на концерте Пресли, я не мог отпустить его одного, потому что мой братец был еще крайне неопытным, кх-м, вампиром. Могло случиться непоправимое. – А как часто Аллан вообще выезжает из поместья? – В последние годы нечасто, но раньше мы всей семьей путешествовали по свету. Мелинда лишь легонько кивнула. От упоминания имени Аллана в животе по-прежнему что-то болезненно скручивалось и трепетало. Девушка призналась, что скучает по парню. Скучает по мягкому спокойному голосу, озорному огоньку в глазах, заливистому смеху, объятиям, пряному кофейному аромату и таким таинственным «хэй» при встрече. На глаза навернулись слезы, которые девушка быстро смахнула тыльной стороной ладони. С трудом проглотив вставший в горле ком, Мелинда постаралась перевести мысли в другое русло: на планирование предстоящей взрослой жизни, которая настигнет ее уже в ближайшие часы. Полностью погрузившись в размышления, Мелинда задумчиво уставилась в окно, за которым мелькали смазано-сумрачные пейзажи спящего леса. «Погода,– думала про себя Мелинда, – сегодня особенно необычная, потому что все вокруг начинает обволакивать густой сизый туман». Загадочное сочетание полупрозрачной белесой дымки и дремучего зеленого леса заставило Мелинду почувствовать себя героиней одного из рассказов Эдгара Аллана По. На дорогах было пусто. Изредка по встречной полосе проносилась какая-нибудь одинокая фура, которую Мелинде удавалось рассмотреть лишь мельком. «Ягуар» ехал очень быстро, из-за чего девушка не могла предположить, сколько миль они уже оставили позади. Девушка была уверена лишь в том, что сегодня поездка продолжалась уже очень долго – гораздо дольше, чем они ехали с Бенджамином. – Мистер Мортис, как долго нам еще ехать? – Почти приехали. Буквально через несколько мгновений после того, как Себастьян ответил на вопрос Мелинды, машина начала плавно сбрасывать скорость. Еще через несколько минут «Ягуар» свернул на обочину. Мелинда не могла понять, почему Себастьян привез ее в это странное место, хотя им надо было ехать в город. В молчании мужчина заглушил двигатель и устало откинулся на спинку сидения, устремив взгляд на пустынную трассу. – Почему мы остановились? Прежде чем ответить, Себастьян предпочел выдержать небольшую паузу. – Потому что мы приехали, – безжизненным голосом произнес он. – В смысле? Вы же сказали, что повезете меня в аэропорт! Через час мой рейс… – Никакого рейса не было, Мелинда. – Но я не понимаю… – А тут и не нужно ничего понимать, – положив правую руку на руль, проговорил Бастьян, – мне просто нужен был хороший повод, чтобы выманить тебя из дома. В это мгновение липкие ледяные пальцы страха сжали горло девушки. Она нервно сглотнула, а Себастьян тем временем продолжил: – Прости, но я не мог позволить, чтобы ты осталась с нами, Мелинда. Ты помеха для нашей семьи, и я понял это сразу, как только увидел тебя. Мне придется убить тебя, дорогая. – Ч-что? – не веря своим ушам, отрывисто переспросила Мелинда, и ее вопрос утонул в словах льющейся из динамиков песни, где Элвис пел, что отправленное письмо вручили ему обратно, так как указанного на конверте адреса просто-напросто не существует. – Мелинда, – тем же беспристрастным голосом продолжил Себастьян, – мне очень, очень жаль, но боюсь, я не смогу отпустить тебя. Ты должна понять, что этот поступок я совершаю во благо всей своей семьи, и твоей мамы прежде всего. Она не сможет нормально жить, если ты будешь находиться где-то рядом. К сожалению, это и есть сила материнства, уничтожение которой не подвластно даже сверхъестественной крови. Рядом с тобой мы не сможем быть счастливы. Благополучие всей семьи Мортис, как ты уже могла понять, напрямую зависит от меня, но если мне каждый день будут капать на нервы, я сорвусь. А это, в свою очередь, сильно отразится на всех моих родственниках и бизнесе, который помогает нам существовать на этом свете. У меня большие планы на Клару – ей предстоит еще многому научиться, а ты будешь путаться под ногами и мешать. Твой отказ от обращения удивил меня больше всего. Такое решение я, если честно, слышу впервые. Все смертные, которых мне приходилось наделять чудесным даром, изнемогали от желания поскорее измениться, а ты… Ты другая, не такая, как все, а значит, автоматически становишься препятствием. Я прекрасно понимаю, что ты – единственная, кто в силах убедить Клару отказаться от обращения, и именно это больше всего меня и пугает. Вспомни вчерашний вечер, когда ты, заплаканная девочка, бьющаяся в истерике, повалилась на пол и принялась кричать, чтобы тебя убили. Весь ужас заключается в том, что вчера Клара действительно была готова отправиться на тот свет вслед за тобой. Если бы нам с Алланом не удалось убедить Бенджамина перенести церемонию на следующий день, то я уверен, ситуация обернулась бы катастрофой… – Боже! – воскликнула Мелинда, перебив Себастьяна на полуслове. – Все это время Аллан был с вами в сговоре?! Себастьян громко расхохотался, отчего по коже Мелинды стал расползаться неприятный жар. Руки предательски затряслись, а на глаза навернулись слезы. – Ох, ну ты меня просто удивляешь! – воскликнул мужчина, пытаясь подавить приступ смеха. – Я отвез тебя, черт знает куда, чтобы рассказать, что я о тебе думаю и в конце концов убить, а ты… Ты в этот момент продолжаешь расспрашивать о моем младшем брате! Потрясающе, Мелинда, просто потрясающе! Если для тебя так важно это знать, то нет, Аллан не был со мной в сговоре. Если честно, за все эти дни он так же, как и ты, стал помехой всем моим планам. Я и подумать не мог, что Аллан настолько влюбится в тебя, что решится на обращение. Мой брат очень преданный по своей натуре человек, так что ни за что в жизни не смог бы простить меня, узнав, что к вашим отношениям я настроен крайне отрицательно. Сейчас же все складывается как никогда лучше. Полагаю, когда Аллан уговаривал Бенджамина перенести испитие на следующий день, то надеялся убедить тебя в необходимости принять дар и спасти жизнь. Мой старший брат, конечно, не врал, но слегка преуменьшил срок жизни человека при незаконченном обращении. – Почему вы препятствуете счастью Аллана? Неужели вы не хотите, чтобы ваш младший брат был счастлив? Себастьян повернулся к Мелинде. На его губах играла лукавая усмешка. – Мой брат никогда не будет счастлив с такой, как ты. – Как вы можете решать за него? Да и откуда, в конце концов, вам знать, с кем Аллан будет чувствовать себя счастливым, а с кем – нет? – Мелинда, я прожил на этом свете достаточно долго, чтобы точно знать, как правильнее поступать моему брату. Аллан, как любит утверждать Бенджамин, будет счастлив только с представительницей семьи Форбс. Понимаешь, нашей семье необходимо поддерживать связь с этой семьей, потому что они, как и мы, такие же древние и могущественные вампиры, благодаря которым наш род существует по сей день. К сожалению, из-за нашего кровного родства с Форбсами, в настоящее время мы с Бенджи не можем брать себе в жены кого-нибудь из них, это будет, как минимум, недопустимо. Но Аллан… Аллан не имеет кровного родства с этой семьей, поэтому, как только он появился на этот свет, все уже было решено. Союз Аллана и Джубили в очередной раз укрепит наши кровные узы и сделает новое потомство Мортисов гораздо более могущественным и сильным. – Потомство? – недоуменно спросила Мелинда. – О каком потомстве вы говорите? Разве такие, как вы, могут давать потомство? – Вампиры могут размножаться. Мы рождаем себе подобных. Я в курсе, что к двадцать первому веку понятие о вампирах успели перетрактовать самыми различными сказками, и во многих из них ясно дается понять, что вампиры не размножаются. Но, как я уже сказал, все это вздор. На деле мы точно такие же существа, как и люди, только живем гораздо дольше и обладаем немыслимым иммунитетом к болезням и старости. Последнее потомство было рождено очень, очень давно, – сказал Себастьян, глядя на Мелинду через зеркало заднего вида. – Семьдесят лет назад на свет появились мои дорогие племянники, дети Алессандры. Их отцом стал Адреано Алерамичи, принадлежащий к древнему роду итальянских вампиров. С ним сестра познакомилась, когда отправилась учиться. Никто и думать не мог, что Алессандра вернется из отпуска беременной, но так или иначе наша семья была невероятно рада, узнав, кто стал вторым родителем наших дорогих племяшек. Благодаря сестре наша семья регулярно поддерживает связь с еще несколькими древними кланами, и это, несомненно, не может не радовать. Вся загвоздка в том, что потомство необходимо пополнять, поэтому совсем скоро и я смогу стать отцом… – Что? – воскликнула Мелинда. – Вы хотите сказать, что моя мама… Но Себастьян перебил девушку. – Да, Мелинда, я хочу сделать твою маму не просто своей возлюбленной, а жениться на ней и наделить статусом полноправного члена семейства. Иными словами, я хочу, чтобы у нас появились дети. Клара стала первой женщиной за эти долгие годы, к которой я испытал действительно сильные чувства, а для меня, как ты, наверное, уже смогла понять, любовь – основополагающее чувство для построения семейных отношений. – Нет, – прошептала Мелинда, – нет, нет, нет! Этого не может быть! – Твоя мама беременна, Мелинда, – подтвердил Себастьян, услышав судорожный шепот девушки, доносящийся с заднего сиденья автомобиля. – Ты, как бы грустно это ни звучало, не в силах ничего изменить. Я бы рад тебе помочь, но это совсем не входит в мои планы… Себастьян не смог договорить, потому что в этот момент Мелинда открыла дверь, выбежала из машины и со всех ног припустила вправо – устремившись в глубокую лесную чащу. – Мелинда! Стой, черт тебя побери! Тебе не уйти! Слова Себастьяна лишь подстегнули Мелинду ускорить бег. Даже не думая оглядываться или снижать скорость, девушка в глубине души понимала, что ей не удастся скрыться от могущественного сверхъестественного существа и вымолить у него пощады. С одной стороны, как только она оказалась в лесу, то очень пожалела, что не побежала вдоль дороги. Но с другой… Мелинда вдруг вспомнила, что пока они ехали, им навстречу практически не попадались машины, даже если она бы и смогла спастись, умоляя встречного водителя отвезти ее в полицию, Себастьян Мортис нашел бы способ откупиться от местных властей и довести начатое до конца. Мелинде было страшно как никогда; устремляясь в лес, она толком и не понимала, куда несут ее ноги, но была обязана хотя бы попытаться сохранить свою жизнь. – Мелинда, тебе не убежать! Позади себя она услышала голос Себастьяна и грузные шаги, которые только подначивали ее быстрее пробираться сквозь лесные дебри. Вскоре к учащенному дыханию добавился и бешеный стук сердца, который напоминал девушке, что над ней нависает смертельная опасность. Мелинда то и дело спотыкалась о выступающие из-под земли корни и отодвигала руками склонившиеся ветки, когда сквозь сгустившуюся темноту пыталась преодолеть еще один участок леса. Время шло нестерпимо медленно, и Мелинда не могла даже предположить, сколько она уже блуждает в чаще леса. Когда она подумала, что шаги преследователя стихли, ее нога угодила в какую-то яму. Последовал укол сильнейшей боли в лодыжке, а за ним – пронзительный стон, невольно сорвавшийся с ее губ. В следующую секунду Мелинда уже лежала на холодной, усыпанной листвой земле, обеими руками ухватившись за травмированную ногу. Не в силах подняться и продолжить бег, девушка ощущала, как по щекам скатываются ручейки горьких слез. Судьба снова сыграла с ней злую шутку. Обдумывая все возможные варианты развития событий, Мелинда почему-то вспомнила день отъезда, когда она прощальным взглядом обводила свою маленькую комнатушку в родном городке и была уверена, что скоро вернется обратно, но… Но прекрасные воспоминания сменились ужасом: совсем рядом раздались тяжелые шаги. А в следующее мгновение перед ней вырос силуэт мужчины, в котором она безошибочно узнала Себастьяна. Глядя на исказившееся в зловещей ухмылке лицо мужчины, Мелинда смогла выдавить лишь жалобно-страдальческий стон, прежде чем острые зубы впились в ее шею и девушка провалилась в темноту.