Внутри оказывается не просто спортивный зал – часть пространства занимают тренажеры, а часть покрыта матами, на которых прямо сейчас Марко дрался одновременно с двумя охранниками. И если те одеты в спортивную форму, то мой муж – в одних только штанах свободного кроя.

Я так и стою, не имея ни малейшей возможности ни отступить назад, ни отвести взгляда – настолько меня завораживает происходящее в зале. Лучано двигается быстро, технично и при этом агрессивно. У него двое противников, но он успевает отражать нападение каждого из них.

Отец и Андреа никогда не демонстрировали мягкость, напротив. Они оба достаточно авторитарные и жесткие мужчины, в чем-то даже жестокие. Я выросла в атмосфере, где это считается нормой. Да я даже к оружию относилась спокойно, хотя и понимала, что вообще-то это ненормально.

И все же то, что я вижу, ввергает меня в шок.

Столько ярости и мужской энергетики в том, что происходит. Замерев, слежу за тем, как Марко ловко уходит от очередного выпада, дальше делает подсечку и, уложив одного на лопатки, отпрыгивает в сторону, перехватывая руку второго противника.

Он словно безотказная машина для убийств – действует технично и жестко, не оставляя противникам ни единого шанса.

Мелькает мысль, что нельзя оставаться, что надо уйти, но в этот момент Лучано резко поворачивается и безошибочно находит меня взглядом. Сердце в груди замирает, кажется, даже пропускает удар, затем еще один.

Эти несколько секунд растягиваются в час – уверена, я никогда не смогу забыть то, какой сейчас взгляд у Марко.

Дикий, наполненный адреналином и готовностью выгрызть победу любой ценой.

Хищник, способный одолеть свою жертву голыми руками.

Охранник нападает, и муж так же внезапно отворачивается, чтобы поставить блок, а я пользуюсь этим и сбегаю.

На лестнице падаю, неудачно наступив на одну из ступеней. Больно ударяюсь коленом, но, быстро поднявшись, бегу обратно к себе.

Мне чудится, что вот-вот за мной придет муж. Разгоряченный дракой, он ворвется, чтобы…

Кое-как придвигаю кресло к двери и забираюсь в постель. Пульс зашкаливает, а сердце так сильно колотится, что уже почти выпрыгивает из груди. Меня потряхивает, а перед глазами так и стоит Лучано с этим его хищным, голодным взглядом.

Ни разу я не видела мужчину в таком состоянии. Впрочем, я и не хотела!

У меня мороз по коже от того, что врезалось в мою память.

И вот с этим мужчиной я надеялась тягаться?

Какая же я дура! Да мне повезло, что он не нагнул меня силой и не изнасиловал! Потому что если он захочет, то я не смогу ничего сделать. Просто не смогу…

Лезу рукой под подушку, чтобы проверить нож. Он на месте. Правда, теперь уже не внушает такого спокойствия, как до этого.

Полночи я кручусь без возможности уснуть. Стоит только закрыть глаза, как в голову лезут ненужные образы, и в каждом из них – мой муж.

Дикий, неистовый, опасный.

В какой-то момент мне становится очень неуютно. Разворачиваюсь и с удивление понимаю, что во-первых, в комнате светло, хотя я точно помню, что шторы задергивала. Получается, уже утро?

А во-вторых, в кресле – том самом, что я придвинула к двери, сидит Марко. Медленно выдыхаю, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

Мы одни. В запертой комнате.

Как он здесь оказался? Зачем? Пришел, чтобы что?

На лице мужа ни единой эмоции – совершенное равнодушие и отстраненность. Как будто то, что я увидел вчера, всего лишь мираж.

Лучано сейчас в брюках и темно-серой рубашке с по-прежнему закатанными рукавами. И судя по виду, свеж и бодр.

Марко медленно поднимается из кресла, а я интуитивно пытаюсь отползти подальше.

– Что ты здесь делаешь? – хрипло спрашиваю.

Муж останавливается совсем близко с кроватью.

– Вопрос – что здесь делаешь ты, – веско роняет он. – Где ты должна ночевать?

– Я говорила, что мне нужна отдельная спальня, – вяло огрызаюсь.

Он недовольно хмурится.

– То есть мои вчерашние слова ты не услышала?

– О чем? Что нужно купить платье? Ладно, у меня еще есть время.

Я никак не могу разгадать, что на уме у Марко – он смотрит на меня задумчиво, но при этом ни единой эмоции не позволяет увидеть. Совсем не так, как вчера ночью.

– Ты кое-что забрала, Аделина. Верни.

– Не понимаю, о чем ты.

– Мои ножи.

Натянуто улыбаюсь. Мне кажется, в этот момент я как гимнаст, который балансирует на канате над пропастью. Единственная разница – у меня совершенно нет страховки. Один неверный шаг, и я разобьюсь. Приходится действовать только на интуиции.

– Я всего лишь взяла то, что мое, – как можно увереннее отвечаю, прикидываясь дурочкой. – Мы ведь женаты, так? Значит, все твое – мое.

Сама себе поражаюсь, но, похоже, рядом с мужем это уже становится традицией – вести себя нелогично и непредсказуемо. Как будто инстинкт самосохранения работает с перебоями.

Лучано довольно ухмыляется, словно я сделала ему подарок. Резко наклоняется, так что нависает надо мной и заявляет:

– Тогда и я возьму то, что мне принадлежит. Согласна?

Едва до меня доходит смысл его слов, как внутри леденеет от мысли, что Лучано ведь и правда возьмет.

– А твоя сестра считает, что ты – хороший, порядочный мужчина! – тараторю первое, что приходит в голову, пока судорожно нащупываю нож под подушкой.

Я не успеваю осознать, как Марко резко подается ко мне. От испуга я выставляю перед собой руку с ножом, который смогла найти. Муж буквально в последний момент уходит чуть влево, при этом отбивая мою руку так, что лезвие чиркает его по предплечью.

Естественно, и этот нож он у меня забирает. Оценивающе смотрит на него, затем на порез, на котором выступает кровь.

А после переводит взгляд на меня.

– Один-один, – тихо ухмыляется Марко.

– Я не стану…

Окончание фразы тонет в поцелуе. Пока я собираюсь заявить, что не стану с ним спать, Лучано не теряет времени и буквально вгрызается в мой рот.

Жестко и бескомпромиссно. Агрессивно и подавляюще.

Его язык врывается в мой рот, заявляя права на все. Наш поцелуй похож на цунами, в котором я не просто тону – я захлебываюсь, не имея возможности сопротивляться. Просто потому что эта стихия захлестывает с головой, лишая понимания происходящего.

Прихожу в себя, когда в груди уже начинает гореть. Жадно дышу и смотрю на мужа, который выглядит весьма довольным.

Радужка его глаз снова потемнела, и я улавливаю те же подавляющие волны, что и вчера. Хищное желание, которое вот-вот вырвется на свободу, дурманит, парализуя мое тело.

– Нет, – хриплю. – Я не стану.

Лучано пальцами удерживает мое лицо за подбородок, не позволяя отвернуться.

– Станешь, – буквально припечатывает он бескомпромиссным тоном. А затем резко отстраняется. – Это последняя ночь, которую ты провела здесь.

– Мне тут нравится, – упрямо повторяю.

– Не провоцируй, Аделина. Результат тебе не понравится.

Марко медленно проходится по мне взглядом, а я радуюсь, что практически полностью укрыта одеялом. Правда, от того, как смотрит муж, мне кажется, что я словно раздетая перед ним лежу.

– Завтра в семь вечера, – бросает он и, развернувшись, направляется к двери.

Кресло муж отодвигает совершенно без проблем, после чего выходит из комнаты. А я еще несколько минут так и лежу, приходя в себя.

Губы горят от поцелуя. Да что там – я вся горю. Сползаю с кровати. Подхожу к окну и, отдернув штору до конца, разочарованно вздыхаю.

Балкон. Неужели все так просто? Открыв дверь, выглядываю наружу, и становится ясно, что смежная комната тоже соединена с этим балконом. Вот как Марко оказался в спальне.

Вопрос только – как он узнал, где именно меня искать?

Пока ломаю голову над этим вопросом, раздается настойчивый стук в дверь.