ОНИ ДВИГАЛИСЬ ВДОЛЬ главной палубы, пока не достигли носового кубрика. Силы у обоих были на исходе. В тот момент они нуждались во сне больше всего, хотя Итан отлично понимал, какую опасность тот в себе таит.

— Кубрик, — пробормотал Маркус, — Это где спала команда.

Они спустились по сходному трапу и оказались в просторной каюте с койками, встроенными в стены, маленькой печкой и разбросанными вокруг матросскими сундуками. Со стропил на крюке свисала еще одна масляная лампа. Маркус зажег ее. С двумя горящими лампами было уже не так мрачно.

— А здесь чище, — заметил Итан.

Действительно. Хотя и пыльно, но далеко не так, как в других каютах. Ни плесени, ни странного грибка. Пол был крепким, как и переборки. Казалось, будто в каюте недавно прибирались, по крайней мере в течение последних двух лет, чего не скажешь про другие помещения.

Маркус принялся рыться в матросских сундуках с выражением интереса и восхищения, как ребенок в рождественское утро. С помощью найденной рубашки Итан вытер пыль с одной из коек.

Сел на нее и стал наблюдать за Маркусом.

— Что нашел? — спросил он его.

— Всякое-разное.

Маркус продолжал копаться в сундуках, которые были наполнены в основном заплесневелым хламом — старой одеждой, крошащимися книгами, башмаками, предметами личного обихода. Много вещей, которые могли бы заинтересовать антиквара, но не представляли практической Ценности.

Наконец Итан устал за ним наблюдать и, вытянувшись на койке, закрыл глаза. Он дремал примерно полчаса, когда Маркус его разбудил.

— Ты должен увидеть, что я нашел, — сказал он.

Все, чего хотел Итан, — это спать, только спать. Пока дремал, он набрасывал в голове график: когда один будет спать, другой будет дежурить. Но все дело продолжало разваливаться, поскольку он знал, что никогда не сможет сомкнуть глаза и доверить Маркусу наблюдение за обстановкой.

И тем не менее он составил этот график.

Со стоном Итан проследовал за Маркусом к матросскому сундуку в другом конце каюты.

Маркус опустился рядом с ним на колени и протянул ему что-то. Бутылка из-под колы. Причем древняя.

— Видишь? Этот корабль кем-то навещался, когда времена парусников уже прошли, — сказал Маркус.

Для Итана это не стало чем-то шокирующим. После обнаружения ветровки это было вполне очевидно.

— А есть полные? Я бы выпил.

— Нет, но есть кое-что получше.

Маркус поднял громоздкий радиоприемник, который с виду весил фунтов пятьдесят. Он был серовато-зеленого цвета, как старое армейское оборудование.

— Это старый приемопередатчик, — произнес Маркус, явно возбужденный. — Наверное, годов шестидесятых, если не пятидесятых. Похоже, он в порядке.

Должно быть, принадлежал тому, кто принес сюда бутылку из-под колы.

— Отлично, Маркус... но куда ты собираешься его воткнуть?

— Его не надо втыкать, дурень. — Он показал зеленый металлический ящичек с рукояткой.— Аварийный ручной генератор.

О господи! Маркус приходил в норму, что уже было хорошо, но Итану не нравилось, что его трансляцию может услышать любой из местных обитателей. Одна мысль об этом заставила его похолодеть.

— И с кем ты собираешься связаться? Здесь никого нет, Маркус. Разве тебе это не приходило в голову?

— Послушай. Не начинай снова травить свои байки про призраков. Не хочу слушать эту чушь.

— Маркус, — произнес Итан, пытаясь говорить вежливо, — ты же видел тварь, окружающую этот корабль... такого в наших океанах не водится. Это не Атлантический и не Тихий океан. Это что-то другое. Где-то в другом месте.

— Просто заткнись, Итан. А я пока попробую вытащить отсюда наши задницы.

Итан понимал, что отговаривать его бесполезно. Маркус уже принял решение, и убедить его, что он заблуждается, было невозможно. Он не мог объять своим мозгом концепцию Мертвого моря (теперь оно оправдывало свое название) и Дьявольского кладбища, поэтому отвергал ее.

Итан вернулся на свою койку и растянулся на ней. Закрыл глаза и стал засыпать, слушая, как Маркус возится с новой игрушкой.