ИТАН ЕЩЕ ДОЛГО стоял на передней палубе, держась за перила, в то время как снизу слышались шелест и шипение водорослей. Казалось, корабль-призрак движется вокруг него, скрипя, словно усталые кости старика, беспокойный, как дом привидений в грозу. Время от времени из-под палубы доносились далекие стоны и грохот, будто скелеты пытались выбраться из своих шкафов.

Мимо проплывали призрачные нити тумана, а в голове у Итана проигрывались кошмарные события. Он видел Биссона, умирающего страшной смертью от клешней чудовищного ракообразного. Видел Брайса, кричащего в сокрушительных объятьях цефалопода. Видел Эйву, визжащую во все горло, когда тварь в трюме обгладывала ее кости.

Все это привело его сюда.

В это место.

«Ты видишь образы там, где ничего нет», — говорил себе Итан.

Но он считал, что это вовсе не так. Считал, что здесь нет никаких совпадений и всем руководит некая незримая рука. Он не был таким, как Маркус. Не мог разубедить себя. Самообман давался ему с трудом. Возможно, тот являлся мягким одеялом, в которое можно завернуться, под которое можно спрятаться, когда бука выбирается из шкафа, свирепый и желтоглазый. Но Итан отказался от его комфорта. Раз он надеялся сопротивляться — если такое вообще возможно, — ему придется принять то отчаянное положение, в котором он оказался. Если он будет притворяться, что пуля не убьет его, это не помешает ей вышибить ему мозги.

И что бы ни находилось на этом корабле, чем бы ни являлся светящийся шар в небе, ничто не помешает им уничтожить его, если он будет просто обманывать себя тем, что их не существует.

Оно здесь. Смерть находится здесь. Обитает на этой гниющей посудине.

Если оно — вампир, то корабль — его гроб.

Возможно, не узнаешь его лица, когда увидишь, но оно здесь, и уже очень давно. На переборках, потолке и полу оно отмечает дни своего одинокого, безумного существования, и когда оно найдет тебя, когда устанет играть в прятки...

Внезапно он услышал, как в тумане эхом разнесся взрыв дикого хохота. Но было ли это на самом деле, или воображение сыграло с ним злую шутку, Итан не мог сказать.

Он знал лишь, что на этом корабле они не одни.