ЕЩЕ ДВАДЦАТЬ МИНУТ они гребли, углубляясь в туман, но больше не видели того мигающего света. Сложно было понять, плывут они в его сторону или противоположную. Окруженный клубящимся туманом и повторяющимися островами сорняков, он мог находиться где угодно.

Они потушили лампу и перестали пользоваться фонариками. Единственным источником света для них была светящаяся палочка, найденная на плоту среди снаряжения. Глаза уже привыкли к сумеречной мгле, и, если бы рядом что-то мигало, они непременно заметили бы.

— Попробую выпустить еще одну ракету,— предложил Маркус.

Общего согласия он, конечно же, не спрашивал. Поднявшись на ноги, Маркус выстрелил из ракетницы. Заряд улетел вверх под углом в пятьдесят градусов, взорвался вдалеке снопом красных и оранжевых искр и сияющим огненным шаром стал медленно спускаться. Туман был густым, плотнее, чем когда они находились в самолете. И все же Итан был уверен, что увидел вдалеке силуэты, окутанные мглой, — огромные, аморфные фигуры, которые появились на пару секунд и снова растворились во тьме. Он мог бы дать им название, но не осмелился.

Итан знал, что, если долго вглядываться в туман, начинает мерещиться всякое: лица, фигуры, крадущиеся тени.

— Кажется, я что-то видела,— сказала Эйва.

— Например? — спросил Маркус.

— Не знаю.

— У тебя же должны быть какие-то мысли.

«Конечно, должны быть, — подумал Итан. — Скажи, что ты думаешь, Эйва. Скажи нам, что ты там видела».

Он услышал, как она сглотнула в темноте.

— Корабль, — сказала она.— Кажется, я видела корабль. Большой корабль.

— Ну, это уже кое-что, — обрадовался Маркус.— Должно быть, тот мигающий свет шел от него.

— Нет, я так не думаю.

— Ты ничего не понимаешь.

Но Итан знал, что все прекрасно понимает, просто Маркус был слишком глуп и упрям, чтобы это принять. Он собирался упорствовать, как и всегда.

— Маркус... это был старый корабль, понимаешь? Парусник, как у пиратов. Вроде тех, которые показывают по телевизору.

Какое-то время Маркус молчал, затем произнес:

— Здесь? Почему такой старый корабль находится здесь?

— По той же причине, что и мы, — ответил Итан. И про себя подумал: «Потому что он ждет нас».

— Давайте взглянем на этот корабль, — сказал Маркус.

Но Эйва покачала головой:

— Наверное, не стоит.

Точно так же считал Итан. Хотя это мало что значило: Маркус погреб в сторону корабля, и Итану ничего не оставалось, кроме как грести вместе с ним.

— Водоросли... они расступаются, — указала вперед Эйва.

Итан увидел, как это происходит. Скопления водорослей разделялись, образуя для них идеальный канал. Это было не случайно: они находились в движении, с шелестом сбивались в кучи, расступаясь, как Красное море[5].

«Конечно, — сказал себе Итан, — ведь они нас ждали. Они указывают нам путь. И приветствуют нас».

— Не нравится мне это, — заявила Эйва. — Раньше они не хотели уступать нам дорогу, почему делают это сейчас?

Маркус покачал головой:

— По кочану, вот почему. Господи, женщина! Просто скажи спасибо, что они не окружили и не загнали нас в ловушку.

Они гребли еще минут пять, шли с хорошей скоростью, поскольку водоросли им не мешали. Туман висел смрадным саваном.

Итан знал, что они уже близко. Ему не нужно было видеть корабль, чтобы знать наверняка, — он чувствовал это нутром, как приближение неминуемой опасности.