В давние-предавние времена жил, говорят, на свете один падишах. И вот однажды гулял он в яблоневом саду, устал и прилег под деревом отдохнуть. Вскоре уснул он и увидел во сне двенадцать бравых солдат.

Был у падишаха один генерал, который сны умел разгадывать. Отправился падишах к нему.

В том же городе жила бедная женщина с сыном двенадцати лет.

– Падишах идет к генералу сон свой рассказывать, ты выйди к нему, – говорит мальчик матери, – да предупреди: когда генерал скажет: «Шесть тебе, а шесть мне», пусть не соглашается и заявляет: «Мне десять, тебе две».

Вышла женщина. Остановила она государя и предупредила.

Хорошо. Пришел падишах к генералу, поздоровался и стал рассказывать ему сон. Выслушал генерал и говорит:

– Шесть тебе и мне тоже шесть.

Отвечает ему на это падишах:

– Думаю, тебе многовато будет шести, хватит и двух, а мне как государю десять.

Согласился генерал и велел послать человек пять солдат, чтобы раскопать землю под той яблоней. Оказалось, там было зарыто двенадцать бочек с золотом. Поделили падишах и генерал золото. После этого генерал и спрашивает:

– Кто же подсказал тебе ответ? Сам бы ты не догадался.

Отвечает ему падишах:

– Да вот вышла мне навстречу нищая, она и подсказала.

На этом они и расстались.

Вот и говорит мальчик матери:

– Придет сейчас генерал, захочет купить меня. Много денег он тебе посулит, но ты не бери. Попроси то, что на телеге лежит. А там у него, кроме двух бочек золота, ничего нет.

Кое-как отыскал генерал их дом, вошел, поздоровался и спрашивает:

– Это ты разгадала сон падишаха?

– Нет, – отвечает бедная женщина, – куда мне. Это сын мой постарался.

– Так продай же ты мне своего сына, – стал просить генерал. – Я тебе за него большие деньги заплачу, старость твою обогрею, а сына выучу, человеком сделаю.

Жалко было матери продавать сына, да что делать, скрепя сердце дала согласие:

– Ладно, бери сына, только есть у меня одно условие. Мне денег не надо, а дай то, что на телеге лежит.

Не хотелось генералу расставаться с золотом, но подумал он, подумал и решил, что в будущем мальчик станет великим мудрецом и принесет ему больший барыш. Генерал забрал его с собой.

Привел домой, одел с головы до ног в новое платье, положил спать на мягкую постель.

Вот как-то ночью не ко времени распелись петухи. Генерал и спрашивает у мальчика:

– Что это они так рано проснулись?

– Да это наш падишах видит сон, – отвечает мальчик.

– Что же он видит во сне? – спрашивает генерал.

– Падишах видит во сне золотой столб, на столбе золотую тарелку, в золотой тарелке золотую ложку и золотую вилку.

– А что же значит сей сон?

– Золотой столб – это сам падишах, тарелка на золотом столбе – это его жена, золотые ложка и вилка – это его дети, сын и дочь. Я сам женю его сына и возьму дочь его замуж, а тебе за неверие отрублю в последний день голову.

Рассердился генерал, столкнул его с кровати на пол. Через некоторое время чуть поостыл и снова зовет к себе, повторяет вопрос. Мальчик по-прежнему твердит все одно и то же. Генерал его опять сталкивает.

На другой день поутру генерал собирается идти по делам из дому и наказывает жене:

– Прикажи-ка ты слугам убить этого негодного мальчишку и зажарь мне на обед его сердце.

Но жена пожалела ребенка, отпустила его домой, велела скрыться, а слугам приказала убить щенков и зажарила для мужа их сердца.

В самый полдень вернулся генерал домой, съел сердце собачье и еще больше поглупел, совсем память потерял. А тут как раз и падишах явился – сон свой разгадывать. Стал генерал листать свои сонники, но нигде не смог отыскать нужного ответа.

– Ладно, – говорит, – хан мой, султан, была у меня где-то зеленая книга, поищу-ка я еще и в ней.

Дал ему падишах сроку одну неделю.

Нашел-таки генерал свою зеленую книгу, стал рыться в ней, но и там не нашел ничего путного. После этого позвал он жену и велел привести какую-нибудь старуху-вещунью. Взяла жена денег и отправилась к мальчику. Переодела, принарядила его, изменила облик и привела к мужу. Не узнал его генерал и спрашивает: не знает ли?

– Знаю! – смело отвечает мальчик. – Но это сон очень трудный, ты можешь позабыть, пойдем, я тебе по пути расскажу.

Прошли они половину пути.

– Ну же, рассказывай, – торопит его генерал.

– Давай-ка пройдем еще немного, а то, боюсь, как бы у тебя из головы не вылетело.

Так дошли они до самого дворца падишаха.

– Открывай ворота, – говорит мальчик, – я тебе вослед на ухо шепну, точно уж запомнишь.

Открыл генерал ворота.

– Да тут уж рукой подать, дойдем до дверей падишахских покоев, там и скажу. Вернее будет.

Ну не станет же генерал вступать с мальчиком в споры во дворце падишаха! Вошли они вдвоем к падишаху. Говорит ему генерал:

– О всемогущий падишах! Прости меня. Самому мне уже не под силу, видать, такой сон разгадать, вот привел к тебе мальчика. Он все знает.

– Неужто? – удивился государь.

– Да, – ответил мальчик, – но только вы дайте мне расписку, что не казните меня, а то я вам ничего не скажу.

Падишаху хочется поскорей узнать, что значит его загадочный сон, и он говорит генералу:

– Ну что ж, давай напишем расписку.

Вручили мальчику расписку с двумя подписями и казенной печатью, и начал падишах сон свой рассказывать.

– Золотой столб – это ты сам, – заговорил мальчик, выслушав падишаха, – золотая тарелка – твоя жена, а золотые ложка и вилка – твои дети, сын и дочь. Сон этот означает, что я женю вскорости твоего сына, возьму замуж твою дочь, а генералу за его неверие отрублю в последний день голову!

…Время летит быстро. Вот и сын падишаха подрос и пришла ему пора жениться. Посоветовались меж собой падишах с генералом и решили, раз убить мальчика они не могут, запрятать его в тюрьму, пока сын падишаха не женится.

Сказано – сделано. Посадили в тюрьму, приставили человека для услуг. Жил он там как в раю: ел и пил, чего душа пожелает.

Вот и говорит однажды сын падишаху:

– Дай мне, отец, благословение, задумал я жениться.

Показал ему падишах портреты самых красивых и знатных девушек на земле, сказал:

– Выбирай, которая по сердцу придется, на той и женишься.

Три дня и три ночи выбирал сын падишаха, пока, наконец, не выбрал. Показал он отцу портрет избранницы и спрашивает:

– Скажи, отец, из каких краев будет эта красавица?

– Ох, сынок, – печально вздохнул владыка, – красавица эта шахиня, и правит она страной, до которой три года надо верхом ехать да три года обратно.

– Будь что будет, – решил сын, – но я непременно должен отыскать эту красавицу: жить без нее не могу!

Велел он приготовить двадцать пять возов провианта, приставить к каждому возу по солдату. После этого отправились они в путь-дорогу.

Им оставалось еще два месяца ехать до красавицы-шахини, как юноша в тюрьме стал просить своего слугу:

– Отпусти меня на два месяца, обещаю тебя не подвести и вернуться вовремя.

Согласился слуга, и отправился юноша в путь. Вот выходит он из города и видит, что на опушке леса два чертенка дерутся. Подошел к ним и спрашивает, отчего они дерутся.

– Да вот наследство делим, – показывают ему палку.

Усмехнулся юноша:

– Да на что она может сгодиться-то, ваша палка?!

– А как сядешь на нее верхом, то мигом окажешься там, куда тебе надо.

– Ну тогда давайте-ка сюда вашу палку – я ее подержу, а вы тем временем бегите за стрелой, которую я из своего лука выпущу. Кто первым принесет, тому и палка достанется.

Припустили чертенята в сторону леса, а юноша дальше пошел своей дорогой. Через некоторое время видит он, снова два чертенка дерутся.

– Из-за чего деретесь?

– Да вот наследство никак не поделим.

– Какое наследство?

– Да вот эта шапка.

Усмехнулся юноша:

– А на что годится ваша шапка?

– Да как только наденешь эту шапку, сразу же станешь невидимым.

– Давайте-ка сюда вашу шапку, а вы за стрелой бегите, кто первым принесет, тому шапка и достанется.

Пустились чертенята сломя голову за стрелой, а юноша надел шапку и был таков.

Вот прошел он немного и видит, снова два чертенка дерутся.

– Ну, чего не поделили? – спрашивает их юноша.

– Да вот этой плетки. Нам она от отца досталась.

– Да на что она годится-то, ваша плетка?

– Стоит только ударить плеткой о землю, как, что ни пожелаешь, все исполнится.

– Ну-ка, ну-ка, дайте я посмотрю…

Взял юноша в руки плетку, надел шапку-невидимку, сел верхом на палку и не успел глазом моргнуть, как очутился рядом с сыном падишаха. Как раз в это время стояли они на привале возле реки. Провизия у них вся вышла, сидят, бедные, горюют. Подошел к ним юноша, поздоровался.

– Идите, – говорит, – пока к реке, умойтесь, а я к вашему приходу приготовлю стол.

Только ушли они, ударил он плеткой оземь – и появились на скатерти всякие яства. Вернулся сын падишаха со своими солдатами и ахнул. Сели они вокруг скатерти, стали пировать да благодарить его, а юноша начал расспрашивать сына падишаха: кто, мол, он, откуда и куда путь держит.

– Я сын падишаха, – отвечает тот, – задумал было жениться, да, видно уж, не судьба мне. Вот не можем никак перебраться на тот берег.

– Я помогу вам. Идите следом за мной, да только не оглядывайтесь.

Ударил он оземь плеткой – и перекинулся над рекой мост. Не успели они ступить на берег, как мост тут же растворился в воздухе. После этого все вместе направились они в город, где жила та шахиня.

– Ты ведь падишахский сын, – говорит юноша. – Поди попроси у шахини ночлега.

Вошел сын падишаха к шахине, поздоровался.

– Ты кто такой будешь? – спрашивает его шахиня.

– Я сын падишаха, а с чем я пришел к тебе, о том завтра поведаю. Мы с дороги притомились, не окажешь ли милость, не дашь ли пристанища на ночь?

Велела ему шахиня идти в покои для гостей, что были при дворце. Попрощался сын падишаха и ушел, обещав завтра наведаться.

Наутро явился он во дворец. Начала его шахиня расспрашивать.

– Дело у меня к тебе великое, – говорит сын падишаха. – Хотел я, государыня, руки твоей просить.

– Да знаешь ли, что ты уже сотый человек, кто осмелился просить моей руки?! – засмеялась шахиня. – Ну да ладно, дам я тебе три задания, выполнишь – так и быть, стану твоей женой. Вот первое. Есть у меня туфли. Принеси завтра ровно в восемь точно такие же.

Опечаленный вернулся к себе сын падишаха. Начал его юноша расспрашивать.

– Видно, не бывать этому, – говорит сын падишаха. И рассказал ему об условиях шахини.

– Ничего, не горюй, а ложись-ка ты лучше спать, – советует юноша, а сам надевает шапку-невидимку и отправляется к шахине. А она как раз собирается в обувную лавку. Вот приходит она в лавку, тот следом проскальзывает. Шахиня выпроваживает всех покупателей и просит продавца принести туфли по ее мерке. Продавец показывает ей туфли, заворачивает в бумагу и кладет на прилавок. Между тем, пока шахиня и продавец обсуждают цены на товары, мальчик незаметно берет сверток и прячет его за пазуху.

Через некоторое время хватилась шахиня туфелек, а их как не бывало – пусто на прилавке.

– Да точно ли ты дал мне туфли? – спрашивает она продавца.

– Да будто бы, – отвечает продавец нерешительно. – Может быть, и нет… Я принесу вам точно такие же.

Берет шахиня сверток, прощается с продавцом и уходит.

Возвращается юноша к сыну падишаха, подает ему туфли и предупреждает:

– Но ты остерегись, не клади туфли первым на стол, а то как бы она тебя не провела.

Явился сын падишаха к шахине.

– Ну как, джигит, принес ты мне туфли? – насмешливо спросила шахиня. – В точности такие, как вот эти?

– Вот тебе туфли, – говорит сын падишаха и ставит на стол такую же пару.

– Коли так, вот тебе мое второе задание, – говорит шахиня. – Есть у меня платье, принеси завтра поутру такое же.

Невеселый вернулся сын падишаха в свои покои, рассказал обо всем юноше.

Надел тот шапку-невидимку и отправился во дворец. Как раз в это время собиралась шахиня к купцам за новым нарядом. Последовал юноша за ней и снова незамеченным прокрался. Начала шахиня ткань себе на платье выбирать. Улучив момент, мальчик приноровился, схватил сверток с прилавка и спрятал себе за пазуху. Обернулась шахиня, хватилась отреза материи, а его нет как нет.

– Ума не приложу, куда мой отрез мог подеваться. Уж не забыл ли ты, случаем, принести мне его?

Продавец в нерешительности замялся и через некоторое время принес ей такой же второй отрез. Взяла она сверток и направилась прямиком в швейную мастерскую. Там работали трое портных.

– Сшейте к утру платье по моим меркам, – наказала им шахиня и щедро наградила их за предстоящую работу. Потом она ушла, а юноша в шапке-невидимке остался в мастерской.

Сели портные за работу, и через какие-то полчаса платье уже было готово. Завернули они его в бумагу и положили сверток на стол, а сами, притомившись, прилегли отдохнуть и уснули. В это время юноша взял готовое платье и завернул в бумагу свой отрез.

Через некоторое время один из портных проснулся и стал в испуге тормошить своих товарищей:

– Вставайте, не время спать, неужто вы забыли, что шахиня наказала завтра к утру приготовить ей платье?!

А те знай отмахиваются: мол, не приставай, давно уж мы то платье сшили, вон готовое в свертке лежит.

Решил первый портной сам проверить, развернул бумагу, а там нетронутый отрез.

Что тут началось! Вскочили и те двое, стали кроить да метать, и через полчаса и второе платье было уже готово.

Юноша тем временем вернулся к сыну падишаха, отдал платье и велел отнести шахине.

– Но остерегись, не показывай платье первым, а то как бы она не провела тебя, – предупредил его юноша.

– Ну что, джигит, принес? – спросила шахиня, едва завидев его, и вынесла из спальни свое платье.

– Посмотрим, быть может, у меня такое! – ответил джигит и развернул сверток.

Как ни приглядывалась шахиня, не смогла она отличить одно платье от другого.

После этого дала она ему третье, самое трудное задание:

– Знаешь, джигит, есть у меня три золотых волоса. Так вот, принеси мне завтра ровно в восемь такие же.

Пуще прежнего опечалился сын падишаха, рассказал обо всем юноше.

Надел тот шапку-невидимку и пробрался во дворец. Видит: во дворе коней запрягают, сама шахиня собирается куда-то выезжать. Примостился и юноша на задок, вместе с нею поехал. По дороге слышит он, как шахиня говорит кучеру: «Ну, золотых волос ему вовек не раздобыть!» – а про себя думает: «Это мы еще посмотрим!»

Вот подъезжают они к какой-то речке. На берегу землянка вырыта. Выходит шахиня из кареты, входит в ту землянку. Следом за ней и юноша пробирается. Видит он: старик в землянке лежит, старый-престарый, еле дышит, а волосы-то у него золотые. Подошла к нему шахиня, схватила три волоса, а юноша захватил целую прядь. Рванули они разом, так что старик аж взвыл от боли, стал кричать и бранить шахиню, вот и поспешила она унести ноги подобру-поздорову.

Вернулись они в город. Юноша отдал золотые волосы падишахскому сыну:

– Ты все сразу-то не выкладывай, покажи сначала только три волоса, а потом еще и еще… Пусть знает!

Так и поступил сын падишаха. Растерялась шахиня, уж и не знает, как теперь ей быть. И вот решила она пойти на хитрость.

– Хорошо, – молвит, – отправляйся-ка ты домой, завтра утром снова придешь, окончательный ответ получишь.

«По всему видно, что есть у этого жениха умный помощник», – думает шахиня.

Посреди ночи прокралась она в покои к гостям и поставила на лбу юноши отметину. А тот не спал, а лишь притворился спящим, и как только шахиня ушла, поставил такие же отметины на лбу каждого из слуг.

Поутру шахиня объявляет:

– Выйду я замуж только за того, у кого на лбу есть отметина.

Глядь, а отметины-то у всех!

– Ты уж лучше иди замуж за того, кто желает этого больше всего на свете, – говорит ей юноша.

Согласилась шахиня, но испросила двадцать пять дней, чтобы передать государство другому правителю и собраться в дорогу.

Двадцать пять дней жили сын падишаха и его слуги как в раю. По истечении этого срока взяли они двадцать пять возов провизии и отправились в обратный путь.

Вот доехали они до реки и остановились: не знают, как переправиться, ведь пароходов, кораблей тогда и в помине не было. Тут юноша и говорит сыну падишаха:

– Я помогу вам перебраться на тот берег, если дашь расписку, что я женил тебя и ты согласен в благодарность отдать за меня свою сестру.

Получил он расписку с подписью и печатью, ударил плеткой оземь – и перекинулся через реку мост. Перебрались они на тот берег. Сел юноша верхом на палку и в мгновение ока очутился в тюрьме.

А во дворце падишаха давно ожидали молодых, шли приготовления к свадьбе. Весь город был приглашен на праздник, и с возвращением молодых начался пышный пир.

А юношу за то, что он оказался лгуном, падишах приказал перевести в камеру к другим узникам. Перевели его. Поздоровался он да как ударит плеткой об пол – и на скатерти появились всякие яства, чего только душеньке угодно. Набросились узники на еду, тоже стали пировать. Тут для них и чудесная музыка заиграла.

Сообщили об этом падишаху. Приказал он отобрать все и снова запереть камеру.

Но юноша не унывает и других утешает. Еще раз бьет он плеткой об пол – и на скатерти появляются кушанья лучше прежних. И в тюрьме продолжается праздник.

Снова стражники докладывают обо всем правителю. «Наверняка это все проделки того юноши», – думает падишах и приказывает привести его, чтобы казнить.

– Что там у вас такое происходит? – грозно спрашивает владыка у юноши.

– Как что? Да это я свадьбу свою справляю, на дочке твоей женюсь! – отвечает узник.

– Да как ты смеешь, негодный! – закричал падишах и приказал тут же отсечь ему голову.

– Не спеши, падишах, казнить ты меня всегда успеешь, – остановил его юноша. – А прочитай-ка лучше вот эту бумагу, – и протянул расписку его сына. – Вслух читай.

– Ну что же ты, сынок, неужели и жениться-то не смог без помощи этого голодранца? – стал попрекать падишах своего сына. – Ведь он же в тюрьме сидел за толстыми стенами! Да как же он мог выбраться оттуда и очутиться за тридевять земель рядом с тобой?

Во всем чистосердечно признался сын падишаха, рассказал, что и от смерти тот его спас, и на шахине женил.

– Ну что, отдаешь мне теперь дочь свою в жены? – спросил джигит.

Делать нечего падишаху, пришлось согласиться, и свадьбы продолжились с еще большим весельем.

Стал теперь джигит зятем падишаха и говорит своему тестю:

– А теперь прикажи отрубить генералу голову, чтоб другим неповадно было лгать и не верить мне.

И сам же привел приговор в исполнение.

После свадьбы стали они жить-поживать да добра наживать. Я и сам был на той свадьбе, черпал воду решетом. Вино пили из ковша, а кто из ручки от ковша. Диво-дивное повидал я, сегодня пошел, а вчера пришел. Вот вам и сказке конец!