Как-то в таверне Человек – лицом к черепу – столкнулся со Смертью. Человек весело поздоровался, но Смерть не ответила на приветствие – подперев челюсть, мрачно сидела над зловещим вином.

– Ну-ну, – сказал Человек. – Мы так долго были противниками, что, если бы я проиграл, я бы так не злился.

Но Смерть оставалась враждебной – уткнулась в чашу с вином и не сказала ни слова в ответ.

Тогда Человек заботливо придвинулся к ней и все так же ласково сказал:

– Ну-ну, не стоит так сердиться из-за проигрыша.

Смерть, все так же угрюмо кривясь, отхлебнула своего отвратительного пойла, даже не взглянув на него.

Но Человек ненавидел мрачность даже в зверях и богах; ему неприятно было видеть противника несчастным, особенно если причиной был он сам; и он снова попытался развеселить Смерть.

– Не ты ли погубила дейнотериев?[21] – сказал он. – Не ты ли погасила Луну? Так ты меня еще настигнешь!

Смерть ничего не сказала, только взрыднула сухо и лающе. И тогда Человек встал и ушел в чрезвычайном удивлении. Ибо не знал он, что, если Смерть заплачет – от жалости ли к противнику, или оттого, что больше такой забавы у нее не будет, раз игра закончена и Человек ушел, или еще по каким-то причинам, – ей никогда уже не удастся повторить на Земле свою победу над Луной.