К концу второго дня мы подъехали к пределам города. Впереди в облачных разводах возвышался замок: крутые стены, башни, мощная громада донжона. Он был несомненно больше замка в Форт-Хоэне и выглядел более грозно. Эльза соизволила просветить меня, что здесь проживает владетельный герцог Куно фон Гогилен, а город называется Брим-на-воде. С двух сторон его окружает река, отчего возникает ощущение, что стоит он на полуострове. Река носит то же название, что и город, и не понятно, то ли это реку назвали в честь города, то ли город в честь реки.

По моим историческим представлениям все средневековые города окружались каменными стенами, дабы никто не мог приникнуть внутрь незамеченным, и дабы можно было дать отпор наступающему извне врагу. Но создатели игры, похоже, с историей были знакомы плохо, поэтому ограничились сторожевой заставой на въезде. Тут же, по законам средневекового права, стояли в ряд три виселицы. Две из них были заняты, петля третьей свободно покачивалась в лёгких порывах ветра.

Сторожевая застава походила на дощатый сарайчик, в котором можно было укрыться в непогоду. На обочине стояли четверо стражников в синего цвета сюрко поверх кольчуг, и поглядывали на проезжающие в обе стороны повозки и всадников. На пешеходов они внимания не обращали. Пока мы двигались в общем потоке, я отметил, что особый интерес у стражников вызывают люди среднего достатка: торговцы, путешественники, чья одежда не походила на нищенское рубище.

— Стой, венед! — поднял руку один из стражников, когда мы приблизились к заставе.

Он вышел на дорогу, загораживая путь. Гнедой захрапел недовольно и мотнул головой, мне пришлось натянуть поводья, осаживая его.

— Кто таков?

Хороший вопрос. За последнее время кем я только не был: подёнщиком, контролёром, капитаном клана, игровым файлом, теперь вот венедом. На чём остановиться?

— Подёнщик я.

— Подёнщик?

Вперёд выехала Эльза.

— Этот человек сопровождает меня.

— Наёмник что ли? Ладно... Ты сама кто будешь?

— Я странствующий лекарь.

— Маг? — нахмурил брови стражник. — Мы не жалуем здесь магов. Если будешь колдовать без дозволения герцога, мы тебя... — он кивнул на виселицу.

— О! — Эльза изобразила понимание. — Я законы знаю. Супруга досточтимого герцога фон Гогилена в приватной беседе сообщала мне об этом.

Стражник причмокнул, оглядывая Эльзу. Отпускать нас просто так ему не хотелось. Глаза шарились по одежде, по лошадям, выискивая за что зацепиться, и, наверное, зацепились бы, но упоминание супруги владетельного герцога сыграло свою роль.

— Вам нужно явиться в ратушу и пройти регистрацию, — разочарованно вздохнул он. — Поторопитесь.

Получено задание «Зарегистрироваться в ратуше города Брима»

Время выполнения: два часа

Штраф при невыполнении: отношения с Западными феодами: -10

Вот и первое задание. Я-то, наивный, полагал, что Большая игра избавит меня от подобного, дабы не мешать выполнению главной задача, а она с самого начала взялась копать ямы под ногами моего гнедого. Нахрена мне эти отношения? Из меня дипломат, как из Курта диктор. Я с Эльзой договориться не могу, а мне фракции подсовывают.

Первое моё желание было проигнорировать задание. Десятью единицами больше, десятью меньше, какая разница? Но Эльза придерживалась иной логики. Она сказала, что нет смысла портить отношения с горожанами на пустом месте. Регистрация всего лишь формальность, которая нас ни к чему не обязывает. Я поразмыслил, и хотя желание забраться в прохладу трактира и отдохнуть с дороги за кружечкой пива было сильнее, согласился с выводом бюргерши.

В потоке повозок и пешеходов мы проехали окраины. Глинобитные хижины бедняцких кварталов сменили фахверковые и кирпичные дома респектабельных районов, копыта жеребцов застучали по брусчатке чистых ухоженных улиц. Поток попутчиков рассосался, большая часть свернула к рынку, другие направились к портовым причалам. Встречная публика выглядела солиднее предыдущей, и оглядывалась на меня с толикой брезгливости. Я не обращал на их взгляды внимания. Меня, как бы глупо это не прозвучало, привлекли вывески над входами в лавки. Они были жестяные, как флюгера, и крепились на вынесенных вперёд металлических штырях. Если ударить по такой, то она начинала крутиться, и я устроил состязание: какая вывеска более всего раз обернётся вокруг своей оси. Я колошматил ладонью по этим жестянкам и считал обороты. К тому времени, когда Эльза назвала меня дебилом, сбежавшим из детского сада, побеждала вывеска мясной лавки. Она сделала аж целых двенадцать сальто.

Мы выехали на главную площадь. По центру бил фонтан, вокруг установилось засилье трёхэтажных зданий готического типа с башенками и эркерами[1]. Меж ними затесалась такая же готическая ратуша. Часы на башне показывали без четверти пять, и следовало поспешить, дабы успеть пройти регистрацию.

Я привязал жеребцов к длинной коновязи, кинул медяк тощему служке за парковку и потопал вслед за Эльзой. Рабочий день заканчивался, народ торопился завершить дела. Мы пристроились в хвост очереди к конторкам клириков. Очередь двигалась быстро.

— Следующий! Имя?

— Эльза Мария Гертруда фон дер Хекманн цу Сакс, — представилась Эльза.

Я посмотрел на неё с удивлением. Ничего себе разнообразие имён. А мне как представляться?

— Цель приезда в Брим-на-воде?

— Бримская ярмарка.

Клирик поставил оттиск на бумаге, лёгким движением пальцев отправил её Эльзе и воскликнул:

— Следующий! Имя?

— Кхе... Соло...

— Цель приезда в Брим-на-воде?

— Э-э-э... Сопровождение Эльзы Марии Гертруды фон дер Хекманн цу Сакс на Бримскую ярмарку.

Я пытался иронизировать, но клирику было не до иронии. Он швырнул мне аусвайс и выкрикнул:

— Следующий! Имя?

Задание «Зарегистрироваться в ратуше города Брим-на-воде» выполнено

Отношения с Западными феодами: + 10

Вам стали чаще улыбаться.

Ложь. Как я ни вглядывался в окружающие лица, никто не улыбнулся ни разу. Даже Эльза. Впрочем, от Эльзы я улыбок и не ждал.

Из ратуши пришлось возвращаться на окраину. Пришла пора позаботиться о жилище. Меня вполне устраивал любой постоялый двор, предлагающий стол и комнату не дороже полтинника в день. Правда, там будет достаточно шумно и не вполне чисто, но когда имеешь только одно имя в паспорте, подобные мелочи кажутся несущественными. Эльза придерживалась иного мнения. Она одёргивала меня каждый раз, когда мы проезжали мимо гостиницы с занавесками на окнах, но проблема заключалась в том, что за занавески и прочие удобства взимали дополнительную плату, а я решил перейти в режим строгой экономии. И вообще, как-то так получилось, что из сопровождаемого я вдруг превратился в сопровождателя. По словам барона Геннегау, Эльза должна была стать моим помощником, но каким-то образом ей удалось перевернуть всё так, что теперь я становился её слугой. Я открывал ей двери, седлал солового, бодался с разбойниками, платил по счетам. Ладно, насчёт разбойников я согласен, не женское дело бить морды, но всё остальное нужно было срочно менять.

Более-менее приличное заведение я нашёл неподалёку от речных причалов. Вывеска над дверью гласила: «Удача моряка». Возле ступеней валялся полуголый человек и спал. Ещё парочка пьяниц мочилась на стену заведения, одновременно пытаясь обсуждать какую-то Анхен. Хорошее место. Здесь точно не удастся заснуть слишком рано, зато хозяин потребовал за всё лишь двадцать три медных монеты в день.

— Комната небольшая, но фрау там не будет чувствовать себя ущемлённой, — заявил он. — А лошадей я отправлю в городскую конюшню. Это неподалёку. Будет нужда, так мой мальчишка быстро приведёт их обратно.

Условия меня устроили, и я заплатил сразу за тайм вперёд.

Комната и впрямь оказалась небольшой. Почти всю площадь занимала кровать, и я с тоской подумал, что спать придётся в узком проходе у окна. Несущие стены были сложены из камня, а вот внутренняя переборка оказалась деревянной и звукопроницаемой. Из соседней комнаты доносилась ругань. Слова разбирались с трудом, но по голосовым вибрациям и тембру я предположил, что жена ругает мужа, а тот, кажется, спит, потому что визгливые интонации время от времени разбавлялись смачным храпом.

— Я здесь не останусь! — вдохновлённая агрессией соседки, заявила Эльза.

— Вон койка, — указал я на кровать, — занимай. А не нравится, — я указал в окно, — будешь спать на улице.

— У тебя же есть деньги!

— И десять таймов времени, чтобы их потратить. Я понятия не имею, что делать, как выполнять задание барона. Не знаю, с чего начать. А ты, вместо того, чтобы истерить, лучше бы помогла мне. Глядишь, жизнь и наладится. А то получается, бросили как котёнка в реку и выплывай. Так? Хрен тебе! Барон сказал, что ты мне хорошие советы давать будешь, вот и давай, помогай принять правильное решение.

— А мне плевать, что там барон говорил! — с вызовом ответила Эльза, и добавила не без удовольствия. — Через десять таймов прибудет ликвидатор, и хана тебе, юноша.

Я в долгу не остался.

— Надеюсь какой-нибудь медбрат за эти десять таймов тебя во всех извращённых позах отымеет. И товарищей своих приведёт.

Эльза попыталась влепить мне пощёчину, я увернулся, закрутил ей руки и толкнул на кровать. При этом подол её платья задрался, оголяя бёдра. Поправлять одежды Эльза не спешила. Она лежала на кровати, издавая плачущие звуки, а я поспешно отвернулся, делая вид, что пейзаж за окном лучше кроватного натюрморта.

В общем, помогать мне Эльза не собиралась. Я спустился вниз к стойке, взял кружку пива и сел в уголочке, подальше от любопытных глаз. Общество в трактире подобралось сообразно вывеске: моряки, рыбаки, портовые грузчики. Гвалт стоял, хоть святых выноси. Кто-то пел, шлюхи визжали, а я думал: к Западным феодам приближается армия кадавров, по словам деревенского трактирщика, она уже стоит возле Узкого прохода. Герцог Куно фон Гогилен собирает войска, его клирики свозят в город продовольствие. Вряд ли герцог будет садиться в осаду, город ничем не защищён, а укрыть всех жителей в замке не получится, стало быть, намечается поход. Прочие владетельные герцоги наверняка так же готовятся к войне, и поход будет совместный. Возможно, мне и делать ничего не придётся, просто ждать, когда объединённые силы Западных феодов разгромят армию кадавров, и моя миссия потеряет смысл. Вот только напрягал вопрос времени. Успеют они сделать это за десять таймов?

— Приятель, — ко мне подсел мужчина в потёртом камзоле, поставил на стол кувшин вина. — Такой хороший вечер, а ты сидишь один, тягаешь это вонючее пойло. Не хочу видеть сегодня кислых рож. Выпей со мной.

На лице его, изрядно попорченном пылью и ветром, застыла маска добродушия. Толстые губы растянулись в широкой улыбке, а маленькие глазки беспокойно елозили по мне, стараясь заглянуть под кожу. Я сразу догадался, кто это. В детстве я прочитал достаточное количество приключенческих книг и пересмотрел не мало фильмов, чтобы даже после повреждения вертикальных нервных клеток память отозвалась чётким воспоминанием: вербовщик. В вино наверняка добавлен какой-нибудь маковый настой, я выпью, разговорюсь, расслаблюсь, начну засыпать, а он подсунет бумагу под мой палец, поставит отпечаток, и станет подёнщик Соло рядовым какой-нибудь банды ландскнехтов или пехотной компании герцога фон Гогилена. Классика. Может быть, в этом есть смысл? Поступлю на службу, смогу как-то поторопить события.

Вряд ли. Рядовые солдаты на события не влияют.

— Спасибо, предпочитаю пиво, — отказался я.

— Эй, да ты что? Какое пиво? Смотри, это не просто вино — амброзия! А запах? Понюхай.

Он сунул кувшин мне под нос, но я резко отбросил его руку.

— Сам нюхай. Я тебе не собака.

Подошёл трактирщик, навис горой над вербовщиком.

— Снова ты здесь, Гнус? Я тебе говорил, чтоб не лез к моим постояльцам? Говорил? А ты что?

— Просто хотел выпить с человеком, — начал оправдываться вербовщик. — Сидит невесёлый, дай, думаю, угощу...

— Пошёл прочь!

Вербовщик поднялся, усмехнулся недобро.

— Верно говорят про вас венедов — колоды отмороженные, — и ушёл.

Трактирщик махнул ему в спину, дескать, сам дурак, и повернулся ко мне.

— Не обращай внимания. Ходит тут, пристаёт к людям. Ты его в следующий раз по морде, чтоб не лез.

За соседним столом зашумели, дылда в кожаном жилете и в цветастой бандане схватил за грудки собутыльника и борцовским приёмом швырнул через бедро. Тот начал подниматься, матерясь и обещая обидчику кару господню. Трактирщик поспешил разнимать намечающуюся драку.

Я допил кружку, взял ещё одну. В голове захмелело, душа расслабилась. Мелькнула мысль подхватить одну из портовых шлюх, уволочь за угол и снять напряжение. Но для этого я пока ещё недостаточно пьян. И слишком брезглив. Пойду-ка лучше спать.

Когда я поднялся в комнату, на столике у зеркала горела свеча. Эльза спала. Стаскивая сапоги, я споткнулся взглядом о её тело под простынями — и меня прострелило. Эта стерва специально легла так, чтоб я смотрел на неё, чтоб страдал, чтоб... Но я не дам ей повода думать, будто хочу её до судорог в паху. Надо только погасить свечку, чтоб не видеть этих линий, эту просвечивающую сквозь простыню попу, эти бёдра... Эльза повернулась во сне на спину, и простыня съехала с плеч, открывая взгляду грудь... Сука! Она ещё и сорочку не надела.

Осторожно, чтоб не разбудить блондинку, я взял простыню за край, но вместо того, чтобы прикрыть тело, наоборот, медленно потянул её на себя, полностью обнажая сначала грудь, потом живот и наконец...

Горло пережало от сухости. Воды бы мне! Но для этого надо идти вниз, а я не мог. Я провёл пальцем по линии бёдер, Эльза выгнулась, поджала ноги к животу, развела колени. Она дышала ровно и часто, и это напомнило нашу первую с ней встречу. В тот раз она дышала так же, и темп наших дыханий соответствовал темпу движений.

Голову мою свезло окончательно, одной рукой я начал стаскивать штаны, ладонью второй накрыл горячий треугольник. В мозгах творился кавардак, хотелось выть и петь одновременно.

— Ты чё делаешь, придурок? — всхлипнула Эльза спросонья. — Руки убрал!

Тембр её голоса лишь раззадорил меня. Я навалился на неё всем телом, она взбрыкнула, но я был тяжелее, сбросить меня было не просто. Я впился губами в её губы, она заколотила меня кулаками по спине, а я наконец-то смог спустить штаны...

Хмель выветрился. Эльза лежала спиной ко мне, натянув простыню до подбородка. Мне было стыдно, но хорошо. Эльзе тоже было хорошо, хотя она строила из себя обиженку. Я погладил её по ягодице. Чем чёрт не шутит, вдруг удастся на второй круг зайти.

— Имбицыл, — выругалась Эльза.

Не удастся.

— Тебе было плохо?

— Пёс шелудивый. Ты хоть иногда моешься?

— Иногда моюсь. А ты хоть иногда надеваешь что-нибудь поскромнее?

— Иногда надеваю.

Больше говорить было не о чем. Возможно, позже она станет более сговорчивей, а пока лучше избавить её от своего присутствия. Я оделся, спустился вниз, выпил у стойки ещё кружку пива.

— Фрау Эльза так кричала, — подмигнул мне трактирщик. — Я уже собирался стражу вызывать.

Наверное, он хотел пошутить, но мне было не до смеха. Он понял это, и денег за пиво брать не стал.

Толкаясь локтями с посетителями, я выбрался на улицу. После жаркой и гиблой атмосферы трактира уличный воздух показался чересчур свежим, хотя в нём явственно присутствовал дух гниющей рыбы. Я сделал несколько глубоких вдохов и пошёл в сторону причалов. На небе отражалось звёздное полотно, полная луна заливала мостовую и стены домов белёсым светом. Здесь это тоже считается багом?

Из узкого проулка выскользнула тень, за ней ещё две. Лунного света вполне хватило, чтоб разглядеть лица, одно из них показалось знакомым.

— А-а-а, приятель! — отразился в отзывчатом воздухе гнусный голос Гнуса. — Вот я и дождался тебя, венед.

— Это ты, вербовщик? — отбрасывая полу плаща и открывая меч, спросил я.

— О, — указывая пальцем на Бастарда, протянул Гнус, — это не понадобиться. Убивать тебя я не собираюсь. Ты нужен мне живой и здоровый.

— А ты мне нет.

Я медленно вытянул меч и поворотом плеча перевёл щит из-за спины в левую руку. Я отрабатывал этот приём на каждом привале, пока мы добирались до города, и, наконец, он начал у меня получаться. На Гнуса это движение произвело впечатление.

— Ловко, ловко... Если и в остальном ты так же хорош, то трёх серебряных монет за тебя будет мало, — и кивнул подельникам. — Берём его.

Оружие никто не вынул. Один зашёл с левой стороны, другой с правой. Я махнул мечом перед собой, указываю дистанцию, за которой для каждого из них игра закончится. Странно, но они не испугались, наоборот, им стало весело. Гнус хихикнул, и в тот же миг сделал выпад. В лоб мне прилетел камень.

Вы получили дебафф «Оглушение». Ваши сила и выносливость понижены на 25% на сто восемьдесят секунд

Я покачнулся, в голове загудело, по лицу потекла кровь. Первый порыв был броситься на него, изрубить в капусту, но именно этого они и ждали. Я мысленно показал вербовщику средний палец, вскинул щит и попятился. Надо выиграть время, дождаться, когда действие дебаффа истечёт. Они потянулись за мной, тот, что стоял справа, замахнулся, приготовившись кинуть второй камень, но теперь, несмотря на головокружение, я был готов. Не дожидаясь броска, я резко присел, выставил щит перед собой и прыгнул на Гнуса. Удар всей силой пришёлся в грудь. Я услышал, как из раззявленного рта вербовщика с шипением вышел воздух, руки безвольно подскочили вверх, и он отлетел на несколько шагов назад.

Вы получаете способность «Удар щитом»

Этот приём используют варвары северных кантонов. Перепрыгивая через борта своих драккаров, они наваливаются на врага, отбрасывают его ударом щита, а потом добивают топорами.

Вероятность отбросить противника 55%. Возможность повторного использования через сто восемьдесят секунд.

Не хреново! Я получил первый боевой бафф! Не эти болталки, типа «Коварства» и «Угрозы», а нечто настоящее, способное нанести противнику реальный урон. Потренируюсь на досуге, определю точки, в которые лучше всего бить, чтобы достичь максимальной пользы.

А пока я решил отступить к трактиру. Помощники Гнуса оказались очень уж чудными, если не сказать больше. Не смотря на то, что я вывел из строя их главаря, они по-прежнему держались от меня на расстоянии пары метров. Они не позволяли мне приблизиться, отскакивая назад, едва я делал шаг вперёд, и начинали наступать, стоило мне остановиться. Бегать за ними, играть в догонялки желания у меня не было, но и поворачиваться к ним спиной тоже было опасно, поэтому отступать пришлось полубоком.

Когда я приблизился к проулку, из которого появился Гнус с товарищами, что-то тяжёлое ударило меня по голове. Теряя сознание, я успел подумать: надо было надеть шлем.

[1] Выходящая из фасада часть помещения.