Деревенским жителям накрыли столы во дворе замка, а все остальные гости расселись в большом зале Мак-Колкахуна. Наконец-то я увидела Айлин и Кайдена, которые держались рядом, но было видно, что кузен графа, мягко говоря, не благоволит молодой супруге. Девушка же держалась с достоинством, несмотря на любопытные взгляды, которые бросали на них со всех сторон. Всем было интересно, что же происходит в семье, образовавшейся таким скандальным образом. Я решила, что обязательно улучу минутку и поговорю с Айлин. Возможно, ей нужна какая-то помощь.

Рэналф Ларнах тоже был здесь. Он выглядел спокойным, даже немного отчужденным, но поздравил нас одним из первых.

В зале было ужасно шумно, играла музыка, слуги гремели посудой, отовсюду слышался смех и громкие разговоры. Я отыскала глазами тетушек – они раскланивались с каждым встречным, натянуто улыбались, и было понятно, что они принимают поздравления. Теперь сестры из Гэлбрейта были не просто ведьмами, а родственницами графа.

Наконец тетушки добрались до своих мест по левую сторону от меня, и Маири прошептала:

– Меня тошнит от их вежливости! Как же меняются в своем отношении люди, стоит кому-то подняться на пару ступеней выше!

– Это отношение также стремительно меняется в другую сторону, стоит кому-то опуститься на пару ступеней ниже, – в тон ей ответила Эдана. – От всех, собравшихся здесь, так и несет двуличием!

– Белла, как ты себя чувствуешь? – Маири заглянула мне в глаза. – С тобой точно все в порядке?

– Да, со мной все в порядке, – шепнула я ей в ответ. – Не волнуйтесь и развлекайтесь.

– Ох, не знаю… Не очень-то мне хочется радоваться… – вздохнула Эдана, разглядывая пьющих и жующих гостей. – Все это точно не к добру.

– Хватит! – шикнула на нее сестра. – Ты каркаешь, словно твой Леонард! Накличешь беду! Давай лучше выпьем вина!

– С этим я полностью согласна. – Эдана взяла кубок и громко сказала: – За наших молодых! Пусть ваш союз продлится как можно дольше, и от него родится много детишек!

– Счастья! Счастья молодым! – раздавалось со всех сторон. – За молодых!

Мы с графом встали, держа кубки, а из угла, где сидели музыканты, сначала раздалась красивая музыка, а потом полилась песня:

На середину начали выходить танцующие, и вскоре каждая девушка отплясывала со счастливым лицом. Где еще можно так повеселиться, как не на свадьбе! Среди танцующих я заметила Гвен, которой удивительно шло зеленое платье со светлыми вставками на рукавах. Ее густые волосы, перехваченные лентой, подпрыгивали в такт движениям, красиво рассыпаясь на волнистые пряди.

В открытых дверях показался Рэналф и направился к столу, лавируя между танцующими. В этот момент Гвен неловко крутанулась на каблуках и, громко вскрикнув, начала падать прямо ему под ноги. Мы с графом в изумлении наблюдали, как девушка цепляется за штаны Северного волка, стараясь удержаться, а они, не выдержав такого напора, медленно ползут вниз.

– Черт, леди! – зарычал он, вовремя подхватив штаны. – Вы выбрали не то место для соблазнения!

– Вы бы покрепче затягивали ремень на штанах, чтобы они не падали перед каждой девицей! – огрызнулась Гвен, и ее слова прозвучали уже в полной тишине.

Потом раздался громовой хохот… С перекошенным от ярости лицом, Рэналф схватил девушку подмышки и резко поставил на ноги. Он что-то сказал ей, от чего Гвен вспыхнула, а потом быстро пошел к своему месту за столом.

Среди толпы появился лэрд Огилви – отец Гвен, дернул ее за руку и тоже поволок к столу.

– Вот так дела! – Торнтон тоже смеялся так, что у него на глазах выступили слезы. – Леди Гвен оказалась остра на язык! Повеселила девица!

Он повернулся к другу и крикнул:

– Эй, Рэналф! Если леди Гвен успела увидеть что-то ниже твоих бедер, то тебе придется жениться на ней!

Гости снова принялись смеяться, а я подумала, что зря Торнтон дразнит Рэналфа. Мужчина был зол и вполне мог вспыхнуть. Но, к моему удивлению, Ларнах тоже громко рассмеялся.

– Если она каждый день станет так встречать меня дома, то я готов предложить ей руку, сердце и… – Последнее слово утонуло во взрыве хохота, а я покачала головой. Ну и похабники!

Мой взгляд устремился к Гвен. Лэрд Огилви отчитывал ее с трясущимися щеками, а девушка сидела, опустив голову. Леди Огилви находилась в предобморочном состоянии и обмахивалась платочком, закатывая глаза.

– Король! Прибыл король! – раздались взволнованные крики. – Его Величество собственной персоной!

В зал широким шагом вошел Яков, а за ним слуги тащили сундуки с подарками. Гости принялись расшаркиваться перед ним – мужчины кланялись, а женщины приседали в таких глубоких реверансах, что их юбки лежали прямо под его ногами.

Мы с графом поднялись, и король громко сказал, подойдя к столу:

– Как мне нравится то, что я вижу! Чудесное разрешение всех споров! Поздравляю, милорд! Леди, вы сделали правильный выбор!

Мы поблагодарили его за поздравления, и Торнтон усадил его на место хозяина замка, сдвинув немного в сторону наши кресла.

Яков находился в хорошем расположении духа, это было видно по его широкой улыбке, которой он одаривал всех подряд.

– Ее Величество не смогла приехать? – спросил граф. – Надеюсь, с ней все в порядке?

– Она на сносях, – не заботясь о приличиях, ответил Яков. – Скоро королева родит мне наследника, но если это будет девочка, я перееду свою жену каретой!

Заметив мой шокированный взгляд, Яков принялся хохотать:

– Дитя мое, я пошутил! Не принимайте все так близко к сердцу! Я люблю свою английскую розу!

– Ваше Величество! Прошу вас выслушать меня! – раздался внезапно чей-то голос и, подняв голову, я увидела Кайдена.

– Что случилось, лорд? – Яков удивленно воззрился на его бледное, нервное лицо. – Да вы не в себе!

– Прошу у вас разрешения расторгнуть брак, заключенный обманным способом! – прошипел кузен графа, стрельнув в меня злым взглядом.

– Обманным способом? – Брови короля выгнулись домиком. – Это очень любопытно… Расскажите мне все.

Пока Кайден объяснял королю суть проблемы, я посмотрела на Айлин. Девушка застыла, словно мраморная статуя, лишь ее горящий взгляд был прикован к беседующим мужчинам. О Боже… Бедная, бедная малышка…

Кайден замолчал, в ожидании глядя на Якова, а тот вдруг поднял на него глаза, в которых сгустилась тьма.

– Лорд Кайден Мак-Колкахун, ваше прошение отклонено. Если Господь так решил, то так тому и быть. Вы обесчестили девушку?

– Нет! Я и пальцем к ней не прикоснулся! – В глазах кузена графа загорелась надежда. – Если она не девица, то я в этом точно не замешан!

– Вот мое повеление. – Король стукнул кулаком по столу, и кубок с вином упал на пол. – Я желаю, чтобы этот брак был консумирован в течение трех дней. Вам понятно, лорд?

Кайден побледнел еще сильнее.

– Вам понятно, лорд?! – голос Якова прозвучал угрожающе. – Все мои подданные должны уважать семейные ценности, и ваше поведение неуместно! Как юнец, ей-богу!

– Да, Ваше Величество. – Кузен поклонился и, сжав кулаки, пошел прочь.

– Я вас всех заставлю жениться! – раздраженно рявкнул Яков. – Ваш король счастлив в браке и хочет того же для вас! Выпьем же за семейное счастье!