Ко второй трети XIX века множество изобретений и быстрое развитие инженерного дела и высокотехнологичного бизнеса сделали Америку конкурентом британской «мастерской мира» и значительно изменили ее образ в глазах других народов. Пароходы, железные дороги и телеграфные линии, строившиеся американскими инженерами по всему миру, постепенно становились инструментом американского влияния, а начиная с «открытия Японии» в 1854 году — и внешней политики.

В то же время европейские революции 1848–1849 годов, проходившие под лозунгами демократии и национального самоопределения, открыли самим американцам привлекательность их модели политического устройства. Победа над Мексикой в том же 1848 году принесла США новые территории и новое население — не белое, не англосаксонское и не протестантское. В то же десятилетие миллионы иммигрантов-католиков прибыли в США из Ирландии, спасаясь от голода, а после 1849 года к ним присоединились бежавшие от репрессий революционеры.

Все это привело к паническому поиску Других среди новых сограждан. Пока часть американских политиков искала пути нейтрализации влияния новых иммигрантов или выселения черных американцев «обратно» в Африку, считая невозможным сосуществование разных рас в одном политическом сообществе, главный раскол вызревал в отношениях между «старыми» американцами, белыми англосаксонскими протестантами, жившими на Американском континенте уже несколько поколений, — между северянами и южанами.