Игорь Петрушин, двадцатипятилетний водитель «Виртуала», сосредоточенно гнал чёрную «Мазду», сбрасывая скорость только после предупредительного пронзительного писка антирадара.

Он был опытным водителем, и Саша отлично знал, что и сам не смог бы вести машину быстрее. Но всё равно с трудом сдерживался, чтобы не начать подгонять Игоря. Молчал только потому, что знал, насколько выводят из себя всевозможные советы, когда сидишь за рулём.

Саша в который раз посмотрел на часы. Почти полдень. Они выехали ночью, хотя Петрушин вполне резонно предлагал подождать до утра. Но Саша настоял на своём. Игорь смирился, всем видом выражая недовольство. Однако вслух возражать не посмел: всё-таки Саша (Александр Васильевич) был в числе руководителей их фирмы. Начнёшь возмущаться – себе дороже выйдет.

Да и, по правде говоря, Саша был отличный парень. Держался нормально, без пафоса, ломанья, высокомерия. Кто его знает, чего ему приспичило ехать ночью! Может, случилось что-то. Петрушин пару раз порывался поинтересоваться, но видел в зеркале заднего вида каменное лицо, натыкался на напряжённый Сашин взгляд и передумывал. Незачем беспокоить человека.

Саша сходил с ума. Со вчерашнего вечера он не мог дозвониться до Киры. Днём у него не было ни минуты свободной, пришлось отложить все разговоры на потом. Но после поговорить не получилось. Городской телефон молчал. Сотовый был недоступен. Безуспешно пытаясь дозвониться до жены с восьми вечера, в час ночи он не выдержал и разбудил Петрушина. Они быстро собрались, оставили консьержке ключи от съёмной служебной квартиры и выехали из Москвы.

Разумеется, Саша ни на минуту не сумел заснуть. Каждые пятнадцать минут звонил то на один номер, то на другой. Безрезультатно. Он понятия не имел, куда могла подеваться Кира. Глупость про измену даже в голову не приходила. У него была единственная версия: что-то случилось. Саша изо всех сил пытался думать о хорошем, но воображение упорно рисовало жену в больнице, в руках хулиганов, а то и ещё хуже.

Саша помотал головой, отгоняя непрошенные мысли. Набрал оба номера ещё раз. Телефоны упорно молчали.

Утром он связался с Кириными родителями. Звонить им вчера не имело смысла. Они живут за городом, и если Киры у них нет (а в этом Саша был уверен), они переполошатся, чего доброго, поедут в Казань по ночной трассе. Максим Петрович ещё и водитель-то так себе.

Дождавшись шести утра, Саша набрал номер тестя. Тот всегда вставал рано и откликнулся бодрым голосом без признаков сна. Саша, стараясь говорить спокойно, сказал, что едет из Москвы и не может дозвониться до Киры. Она, случайно, не у них?

Через пять минут вся Кирина родня была на ногах. Тёща сказала, что говорила с Кирой вчера днём. Всё у неё было хорошо. Только голос был немножко… не такой, но она не придала значения. А что, Саша думает, с Кирочкой что-то случилось? Тёща начала заводиться, переполняясь беспокойством, и Саша быстренько закончил разговор, попросив Ларису Васильевну позвонить Ирине. Со своими страхами он ещё кое-как справлялся, но если сюда будут примешиваться тёщины…

Вскоре опять позвонил тесть. Он сказал, что связался с Ириной. У неё тоже нет известий от Киры, но они с мужем уже одеваются, чтобы ехать к ней. Около половины восьмого Максим Петрович отрапортовал: дверь Ире никто не открыл. Соседка выглянула и сказала, что Кира как вчера днём ушла, так больше и не возвращалась.

Теперь уже паниковали все. Водитель Петрушин, уяснив-таки причину Сашиного беспокойства, заметно волновался и предложил обзвонить больницы. И морги. На всякий случай. В полицию, сказал, пока рано. Заявление, по всей вероятности, не примут.

К одиннадцати часам тёща и Ирина обзвонили всё, что можно. И хотя плохих новостей не было, Лариса Васильевна рыдала в полный голос. Максим Петрович, отобрав у жены сотовый, сообщил: «Кира никуда не поступала». Саша пообещал, что скоро будет в городе, и тогда сам начнёт искать Киру. Пусть они сидят и не дёргаются. Если что, на связи.

Он откинулся на сиденье и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Петрушин сочувственно смотрел на него и думал, что, пропади его собственная жена, Маринка, он бы, пожалуй, не возражал. За два года семейной жизни она успела достать так, как другая не сумеет и за двадцать.

Саша ругал себя последними словами: как он мог оставить Киру? Ведь чувствовал, что с ней в последнее время творится что-то не то! Нельзя, нельзя было ехать! «Господи, – думал Саша, коченея от страха за жену, – если с ней что-нибудь случится, я не переживу».

С самой первой встречи Кира стала для него всем. Заслонила собой целый мир. Наверное, только ребёнок смог бы потеснить её в Сашином сердце, но он пока с трудом представлял себе, что такое отцовская любовь.

Саша вспомнил вечер, когда впервые увидел Киру в холле ресторана. Она стояла у огромного, от пола до потолка, панорамного окна, спиной к нему. Сверкающий огнями ночной город лежал у её ног, и это было удивительное зрелище. Саша не смог пройти мимо. Остановился в двух шагах. Надо было что-то сказать, но слова не шли с языка. Хотя обычно с этим проблем не было.

Вдруг Кира – тогда он, правда, ещё не знал её имени – обернулась и улыбнулась ему. Саша увидел эту улыбку и сразу всё понял. Оказывается, он всегда ждал именно эту девушку.

Наверное, так веками улыбались женщины, встречая своих мужчин, когда те возвращались живыми с войны, из похода или долгого плавания. В этих улыбках были горечь ожидания, тревога бессонных одиноких ночей, надежда, радость встречи, признание, тёплый свет, нежность, желание, мудрость и обещание покоя – всё сразу.

С тех пор Кира и Саша не расставались. Если приходилось дневать или ночевать по отдельности, они всё равно были рядом. Как она любила говорить, на расстоянии телефонного звонка. Нынешний случай оказался первым, когда один из них не мог дотянуться до другого.

Конечно, до Киры у Саши были женщины. Он быстро сходился с людьми, и девушки не составляли исключения. Отношения всегда были лёгкими, более или менее приятными, не обременительными.

Правда, однажды Саша едва не женился. На девушке по имени Полина. Она никому не разрешала обрезать своё имя до «Поли». Полина была настолько красива, что это казалось нереальным. Саше нравилось любоваться ею, и он почти захотел видеть эту красоту рядом с собой всю жизнь. Они всерьёз поговаривали о свадьбе.

Справедливости ради нужно сказать, что Полина оказалась не только красива, но ещё и умна, образована, хорошо воспитана. У неё был весьма ценный в семейной жизни уравновешенный характер и глубоко запрятанная горделивая уверенность в отсутствии конкуренток. Наверное, она с детства была убеждена, что свет её красоты настолько ярок, что мужчины слепнут и не могут разглядеть других женщин.

Но Полина ошиблась. Саша смог. Так уж вышло, что он почти год встречался с Полиной, когда встретил Киру. На следующий день пришёл к Полине и сказал, что они больше не могут быть вместе. Он сознавал, что делает ей больно, но это было неизбежно. Саша каялся и просил прощения за разбитые Полинины надежды, но в глубине души ему не было стыдно. Он не обманывал Полину, никогда не изменял ей. Как бы высокопарно это ни звучало, он просто встретил настоящую любовь. Так что другого выхода не было. К тому же Саша считал, что с её красотой Полина быстро сумеет найти ему замену.

Полина отреагировала спокойно. Поинтересовалась, кто его избранница, и пожелала счастья. Они распрощались, и Саша забыл о её существовании. Он так никогда и не узнал, что Полина, уволившись с работы, несколько месяцев после их расставания пролежала на диване, отвернувшись к стене и отказываясь от еды.

Прошлой весной Саша случайно встретил бывшую девушку в торговом центре. Она ещё больше похорошела, превратившись из юной девочки в шикарную молодую женщину. Свои роскошные тёмные волосы Полина выкрасила в рыжий цвет, отчего её ярко-зелёные глаза стали казаться глубже, больше и прозрачнее. Она пригласила Сашу пообедать вместе в кафетерии на четвёртом этаже, и он не нашёл повода отказаться.

Заказав какой-то ерунды, они уселись за хрупкий белый столик. Если честно, им было трудно общаться. Говорить совершенно не о чем. То и дело повисали тяжёлые тягучие паузы, которые нечем было заполнить. Саша с удивлением узнал, что Полина до сих пор не замужем, хотя и встречается сейчас с отличным парнем, преподавателем из университета.

Он пожелал ей успехов в личной жизни и спросил, где она сейчас работает. Знал, что она всегда мечтала о карьере, и надеялся, что говорить об этом ей будет приятно. Полина ответила, что она финансовый директор в рекламном агентстве «Калифорния». Несколько неуместное для российской рекламной фирмы название показалось Саше знакомым.

– «Калифорния»… Где-то я это уже слышал, – задумчиво проговорил он. И тут его осенило: – Точно! «Калифорния»! Моя Кира недавно говорила, что там работает её студенческий друг, Лёня Казаков. Знаешь такого?

– Леонида? Конечно, знаю. Он у нас замдиректора, курирует все проекты. Очень талантливый человек. Надо же, как совпало!

Она оживлённо заговорила о своей работе, о том, чем занимается Леонид, о каких-то проектах этой самой «Калифорнии», а Саша вполуха слушал и радовался. Хвала богам, нашлась благодатная тема. Вон как у Полины глаза загорелись! Может, этот Казаков ей нравится? Они уже доедали второе. Ещё немного – и будет вполне уместно встать из-за стола и распрощаться.

К вящему облегчению Саши, они и вправду вскоре закончили обед. Почти непринуждённо попрощались и разошлись каждый в свою сторону. Саша ни разу не оглянулся.

А вот Полина долго смотрела ему вслед. Она так и этак проворачивала в голове мысль о неожиданно открывшемся знакомстве с другом Сашиной жены. Надеялась, что это может оказаться полезным. Хотя и не знала пока, каким образом. Но в том, что какой-нибудь случай обязательно представится, не сомневалась. Должна же быть на свете справедливость. И возмездие.

Продолжала ли Полина любить Сашу? Как говорится, пациент был скорее мёртв, чем жив. Некогда страстное чувство перебродило, перегорело, выродилось. Ненависти тоже, пожалуй, не было. Зато оставалась обида. Острая и жгучая, как в первый день, когда Полина узнала про Сашину измену. Хотя, если уж честно, никакая это не измена. Просто его выбор. Сделанный не в пользу Полины.

И этого выбора Полина так и не сумела принять. У неё никак не получалось забыть, перешагнуть через случившееся, отряхнуть прах со своих ног и жить дальше. Полина стояла посреди торгового центра и не понимала, как Саша посмел был счастливым здесь и сейчас, тогда как она год за годом буксует на событиях многолетней давности?! Люди, недовольно ворча, обходили её, обтекали, как вода в реке, а она всё стояла и думала.

Чем стал для Саши их разрыв? Эпизодом. Не более! А для неё это была поворотная точка. Он походя, не особо задумываясь, отшвырнул её, сделав при этом приличествующую случаю скорбную мину. Легко и весело шагнул в своё новое будущее. Она, со своими мечтами, надеждами, ожиданиями, наконец, любовью, не вписалась в его жизненные планы.

Её место заняла неведомая Кира.

То, что давно стало для Саши прошлым, для Полины оставалось настоящим. Кровоточило, болело, ныло, саднило. Полина не заблуждалась. Она прекрасно понимала, что Саша никогда к ней не вернётся. Да она и не хотела этого! Зачем? Теперь уже незачем. Единственное, к чему стремилась, – это чтобы он понял. На собственной шкуре осознал, что чувствует человек, когда его жизнь вдруг опрокидывается навзничь. Разбивается. Ломается. Ей хотелось, чтобы он понял, и ему стало больно. Чем больнее, тем лучше.

Конечно, Полина не была психопаткой. На всевозможные фокусы, тем более с криминальным душком, она никогда бы не решилась. А на что бы решилась?

Время покажет. «Что-нибудь да выплывает», – размышляла Полина в тот день в торговом центре, задумчиво глядя на удаляющуюся Сашину спину. И надеялась, что Лёня Казаков как-нибудь ей поможет. Пусть он сам этого и не поймёт. Неспроста же его имя выплыло в сегодняшнем разговоре. Вполне вероятно, это подарок судьбы.

Кире Саша ничего не рассказал. Было бы о чём рассказывать! Ну, встретил случайно свою бывшую девушку, с которой расстался из-за Киры. Ну, опять же случайно, выяснилось, что эта самая девушка трудится в одной фирме с Кириным институтским приятелем. Ничего, о чём стоило бы упоминать.

В мире ведь вообще много случайностей. Одной из них было то, что нынешнего парня Полины звали Владимир Суханов. Умный и слегка чудаковатый физик, специализирующийся на изучении паранормальных зон, который часто рассказывал своей любимой всякие занимательные истории.

В первом часу Саша, ни на что уже особо не надеясь, опять позвонил Кире на сотовый. Они подъезжали к Казани. Минут через сорок, если повезёт, будут дома. Нажав кнопку вызова, Саша приготовился услышать механическое «Аппарат абонента выключен или временно недоступен».

Однако в ухо ему полетели долгие протяжные гудки. Телефон включился. Саша не знал, что это значило. Не понимал, радоваться ему или горевать. Ведь гудки были, а ответа по-прежнему не было.

И всё же это вселяло надежду.

– Куда едем, Александр Василич? – Петрушин вполоборота вопросительно глянул на шефа. – К вам или в офис?

– Домой, – не задумываясь, ответил Саша. Ему нужно было искать Киру. Работа подождёт. – Все документы – вот в этой папке. Передашь их Олегу Анатольевичу, хорошо? Я ему сейчас позвоню, предупрежу.

Игорь кивнул.

– Как скажете.

Саша набрал номер шефа.

– Слушаю, – прозвучал знакомый голос.

– Олег, мы в Казани, – быстро произнёс Саша.

Олег и Саша были почти ровесниками, с момента основания фирмы работали вместе и почти никогда не называли друг другу по отчеству.

– Уже? – удивился шеф. – Я тебя только к вечеру ждал. Ночью, что ли, выехали?

– Да.

– И зачем? Чего ради мотаться…

– Кира пропала.

– То есть как это «пропала»? – растерялся Олег. Он отлично знал, как Саша привязан к своей жене.

– Не отвечает на звонки со вчерашнего вечера. Соседка вчера днём её видела, она куда-то ушла.

– Родителям звонил? Сестре?

– Нет её нигде.

– Дела, – озадаченно протянул Олег. – А ты не думаешь…

– Олег, я что звоню-то, – перебил Саша, – Игорь меня домой отвезёт, я в контору не поеду. Бумаги тебе в руки передаст. Ты сам всё знаешь, разберёшься. Потом всё обговорим.

– Ясное дело, езжай, – заторопился шеф, – если что, звони. Ты знаешь, всем, чем сумею, помогу.

– Спасибо, Олег.

– Всё, на связи!

– Счастливо, – Саша хотел было закончить разговор, но шеф вдруг позвал:

– Саш!

– Да?

– Ты… это, держись, брат.

Лучше бы он этого не говорил.

Саша снова набрал номер Киры. Пока ехали к дому, он успел позвонить жене ещё раз десять. Слушал гудки и терпеливо ждал. Каждый новый звонок по кусочку отбирал надежду на чудо, но Саша продолжал звонить.

Игорь Петрушин, сочувственно наблюдая за Сашиными манипуляциями, думал, что, должно быть, телефон валяется где-нибудь в канаве. И будет там лежать, пока кто-нибудь не подберёт. Наверное, Сашина жена просто выронила его на улице. Может, эта Кира потеряла память, и девушку кто-то подобрал! А что? В сериалах такое сплошь и рядом!

Самый худший вариант, причём наиболее вероятный, – Киры уже нет в живых. Её тело лежит где-нибудь, припорошенное снегом, и бедный Александр Василич никогда не увидит её живой, как ни старается. Игорь тяжко вздохнул и покачал головой. И почему хорошим людям так часто достаётся по полной программе?

«Мазда» мягко затормозила во дворе Сашиного дома. Саша быстро выбрался из машины, наспех попрощался с Игорем и побежал к подъезду. Сердце колотилось где-то в горле. Больше всего на свете он боялся открыть дверь квартиры и увидеть там мёртвую Киру. Соседка Наташа могла и не заметить, что Кира вернулась: не круглосуточно же она торчит возле глазка! От одной только мысли о смерти жены его замутило, и он сжал челюсти, чтобы не застонать.

Саша с грохотом повернул ключ в замке и широко распахнул дверь.

– Кира, – громко позвал он, стоя на пороге. – Кирюха, ты дома?

– Её нет, Саш, – внезапно раздалось откуда-то сбоку.

Возле соседней двери, прижав руку к груди, стояла Наташка.

– Нельзя же так пугать, – севшим голосом сказал он.

– Прости, пожалуйста, – смутилась та, – я только хотела… Саша, я бы заметила, если бы Кирюха вернулась. У меня выходные, и я, как узнала, что Кира пропала, специально никуда не ухожу. Караулю – вдруг появится! Мне её сестра телефон оставила, чтобы я звонила, если…

Она растерянно замолчала, не зная, что ещё сказать.

– Спасибо тебе, Наташа, – произнёс он. – Я уверен, она найдётся.

– Конечно! Обязательно, найдётся, Саша! Ты даже не сомневайся, – с жаром заговорила она, пытаясь его поддержать. – Я думаю…

– Ты извини меня, пожалуйста, Наташ, но я пойду, хорошо? Не обижайся.

– Да ты что, какие обиды! Если что, я рядом!

Саша обошёл всю квартиру и бессильно опустился в кресло. Киры не было. Дома, как обычно, идеальный порядок. Выходит, собиралась не в спешке. И ушла непонятно куда. Все вещи и документы оставались на своих местах. Даже сумка, с которой Кира сейчас ходила, была на месте. Саша заглянул внутрь: паспорт, косметичка, записная книжка, авторучка, расчёска на месте. Кошелька и телефона нет.

Саша прошёл в ванную, умылся и почистил зубы. Потом выпил на кухне воды. Что теперь? Куда бежать? Где её искать? В голову, хоть убей, ничего не приходило. Саша машинально нажал на кнопку и вызвал номер Киры.

Бесконечные тоскливые гудки впивались в его измученный мозг, как злые осы. Саша отвёл трубку подальше от уха. И в этот момент гудки прекратились. Слабый голос, странно растягивая слова, невнятно произнёс:

– Алло. Я слушаю.