Где-то вдалеке тоскливо квакали лягушки.

- Думаю, вы все сможете поместиться на заднем сиденье, верно? - сказал Эмиль. Она слышала каждое слово. - Я имею в виду, насколько я знаю, ваша жена может быть экспертом по угону машин. Это ваша жена, верно, сэр?

Он пытался их успокоить. Джанет не успокоилась.

- Да, - сказал мужчина.

- Ваша дочь?

- Да.

- Младшая сестренка?

- Да... ну, в общем, нет. Сестра моей жены.

- Что ж, сэр, у вас здесь действительно приятная семья.

- Благодарю вас.

- Я хочу, чтобы вы все оставались там, где стоите, пока мы не будем готовы к отъезду, хорошо? Потом я брошу вам ключи, когда мы будем уезжать. Ах да, и я, пожалуй, возьму ваши сейчас, сэр. Лучше сейчас, чем потом, верно?

Мужчина порылся в кармане и протянул ему ключи.

- Мы немного посовещаемся, а потом двинемся дальше.

Они вернулись к Рэю, Джанет и Мэрион.

- Отдай Маргарет пистолет, Билл, - сказал Эмиль. - Я не вижу никаких проблем со стороны этих людей, Мэгги, но тебе, возможно, стоит присмотреть за своей подругой. Рэй, давай поговорим.

Они отошли немного в сторону. Джанет кивнула в сторону пистолета.

- Ты бы действительно могла в меня выстрелить?

Мэрион, казалось, задумалась.

- Не знаю. Вероятно. Думаю, да, скорее всего. В конце концов, старые времена не могут длиться вечно, понимаешь?

- Господи, Мэрион. Он даже не может правильно произнести твое имя!

И тут она замолчала, потому что услышала, о чем они говорят. Они обсуждали все так, как мужчины обсуждают рекламную кампанию, товар или слияние компаний, так же, как она и сама обсуждала дела в конференц-залах и кабинетах с судьями, адвокатами и свидетелями, все по существу, с упором на результат, и от этого было еще ужаснее. Черт возьми, они все запомнят, абсолютно все... сколько у нас оружия, как мы выглядим, во что одеты... Да, конечно запомнят... Значит, у нас нет выбора... Мы должны их убить... Мы должны их убить... Хорошо, а что будем делать с ребенком? И если Джанет могла все слышать, то и люди в машине тоже все слышали, все окна были открыты, и они слышали, как обсуждают их смерть, словно трое парней делят счет в ресторане. Она видела, как они сбились в кучу, слышала, как кто-то открыто плачет, видела, как они крепко и отчаянно обнимаются. Женщина гладила волосы своей сестры и думала: Такие нежные! Боже мой! Этого не может быть! А мужчина наклонился и обнял их, словно пытаясь поглотить и укрыть их в себе. Его спина двигалась, то ли он всхлипывал, то ли пытался сдержаться, она не могла понять. И тогда она посмотрела на Мэрион.

Мэрион стояла неподвижно и холодно, как змея. Револьвер был небрежно направлен в ее сторону.

Мэрион, которая и позволила этому случиться.

Возможно, она худшая из них, - подумала Джанет. - По крайней мере, у остальных есть свои извращенные злые причины.

Затем мужчины двинулись: Билли к Мэрион, выхватив револьвер из ее руки и следуя за Эмилем, который направлялся прямо к машине, а Рэй остановился рядом с Джанет, сказав:

- Не глупи, - а затем наблюдал, как они идут к универсалу.

Джанет тоже смотрела, все еще не веря и совершенно не в состоянии говорить, как будто лишилась дара речи. Билли и Эмиль направили оружие на заднее сиденье автомобиля. Вспышки выстрелов и резкие хлопки оглушили ее, тела дергались, извивались, падали внутри машины. Внезапно повсюду оказались кровь и стекло, а острый запах пороха ударил ей в нос. Она повернулась и попыталась бежать, ей нужно было бежать, бежать куда угодно. Она изо всех сил боролась с Рэем, а тот просто разворачивал ее, его пальцы глубоко впивались в мышцы, разворачивал и заставлял смотреть на финальный залп, глухие удары пуль в безвольную плоть.

- Благослови, Господи, наших близких, - сказал Билли.

И когда она услышала всхлипывания, нарушившие наступившую тишину, голос маленькой девочки, у нее подкосились ноги. О, Боже, нет, - подумала она. - Жива. Среди всего этого ужасающего смертоубийства.

Рэй поднял ее на ноги, когда стрельба возобновилась, и Джанет закрыла глаза.

Когда она их открыла и вытерла слезы, первое, что она увидела, была Мэрион, ее руки крепко сжимали грудь, на лице блестел пот, а в глазах плясал дикий огонь - женщина, сломленная откровением и, вероятно, оргазмом всей ее жизни. Она увидела мужчин, смотрящих в окно, ожидающих дальнейших телодвижений. Она обернулась и увидела Рэя. И там не на что было смотреть.

Вдалеке позади них фары осветили вершину холма и начали приближаться к ним, углубляясь в залитую лунным светом долину.

Эмиль поднял новую связку ключей.

- Поехали! - сказал он.

* * *

Они проехали около мили, прежде чем она подумала об этом. До этого она чувствовала себя опустошенной, сидела, как манекен на переднем сиденье между Билли, ведущим машину, и Рэем, осознавая лишь шипение шин на ровном гладком асфальте, звук полета, движения. И, возможно, именно это помогло ей прийти в себя и вспомнить, что она на самом деле видела, что эти люди сделали всего несколько мгновений назад. Потому что, наконец-то, она подумала об этом.

Она потянулась мимо Рэя к бардачку. Открыла его и полезла внутрь. Баллончик с антиобледенителем. Пара солнцезащитных очков. Треснувший пластиковый скребок для лобового стекла. Половина рулончика леденцов с пятью вкусами.

Бумаги были разбросаны внизу, поверх руководства по эксплуатации. Их было немного. Страховка на машину. Потрепанная карта штата. Чей-то старый список покупок на сложенной бумажке. Нацарапанные карандашом указания, как добраться куда-то на вырванной из блокнота желтой странице.

Это было все.

Ей почти хотелось рассмеяться, но она еще не была в состоянии смеяться.

- Он был одним из тех... - сказала она.

- А? - переспросил Рэй. - Один из которых?

- Из тех, что хранят права и техпаспорт в бумажнике. Кто-нибудь взял его бумажник?

Она дала возможность им это осмыслить.

Эмиль стукнул кулаком по сиденью позади нее. Это ее даже не испугало. Она догадывалась, что именно так он и сделает.

- Твою ж мать!

- Я так и думала. Значит, все было зря, - сказала она.

- Что? - спросил Рэй. - О чем ты, черт возьми, говоришь?

- Блядь! - выругался Эмиль. - Проклятье! Нам нужно сейчас же вернуться.

- Что?!

- Мы должны вернуться!

- У тебя что, блядь, совсем крыша поехала?

- Ты хотел опять затеряться, - сказала Джанет. - Сменить машину. Избавиться от ориентировки. Проблема в том, что, как только его найдут, то обнаружат техпаспорт на эту машину в его бумажнике. Выходит, ты не затерялся, верно? Все было напрасно.

- Господи!

- Ты зря убил пятилетнюю девочку.

- Поверни здесь! - сказал Эмиль.

Они приближались к повороту направо, к узкой полосе асфальта, петляющей в гору. Билли сбросил скорость и свернул.

- Остановись и выключи фары, Билли. Я хочу увидеть, как проедет та машина. Кто бы это ни был, он не может быть далеко позади. Между нами и тем местом не было других поворотов. Если машина не остановилась, то очень скоро проедет мимо нас. Нам нужно вернуться, но сначала я хочу увидеть, как она проедет. Вот и все. Да выруби ж, наконец эти чертовы фары!

Они ждали. Билли нервно ерзал рядом с ней, постукивая по рулю большими пальцами в такт какой-то одному ему слышимой мелодии, пока Эмиль, Рэй и Мэрион наблюдали через заднее стекло, а Джанет сидела, уставившись прямо в темноту, чувствуя себя на удивление спокойнее, словно что-то изменилось между ними, какая-то перестановка в их положении и неравенстве между ними. Хотя на самом деле ничего не изменилось.

Они ждали, но никто так и не появился. Дорога позади них была темной и тихой.

- Они остановились, так ведь? - спросил Билли. - Они остановились там, сзади. Они рассматривают всю картину.

- Заткнись, Билли.

- Черт! Черт! Черт!

- Я сказал, заткнись на хрен, Билли.

- Он прав, - сказала Мэрион. - Машина уже бы проехала мимо, если бы не остановилась. Билли прав.

- Я знаю, что он прав, черт возьми. Мне просто надо минут десять, чтобы во всем разобраться, хорошо?

- А что вы предлагаете, адвокат? - спросил Рэй.

- Адвокат?

- Она юрист.

- Что?

- Она юрист. Она сама мне об этом сказала.

- Ни хрена себе. И как давно ты об этом знаешь?

- С тех пор, как мы поехали к ней домой. Узнал, когда ты с ее подругой прогуливался в кустах.

Она почувствовала, как в нем вспыхнул гнев, но он быстро взял себя в руки.

- Ты должен был сказать мне, Рэй, - oн вздохнул.

- До рассвета еще часа два, до границы штата - три.

- Думаю, на сегодня граница штата отменяется. И да, она права. Надо полагать, копы вычислят эту машину, как только найдут бумажник. И кто бы ни был тот засранец, он уже вызвал полицию. Так что нам нужна другая машина или место, а лучше и то, и другое. К Мэгги нельзя, потому что они знают, что она с нами. Итак, твой вопрос довольно хорош, Рэй. Что, блядь, предлагаешь ты, адвокат? И не говори мне "сдавайся", а то я решу, что ты слишком тупа, чтобы быть юристом.

- Ты думаешь, что я должна помочь тебе?

- Я бы сказал, что это в твоих гребаных интересах. Да.

Она знала, что он думает, будто она обдумывает его угрозу. Но это было не так.

Она размышляла совсем о другом.

Поэтому, когда она заговорила, неуверенность в ее голосе была наигранной, но не выглядела неправдивой. Она была адвокатом по уголовным делам, и часть ее работы заключалась в игре и выборе правильной, нужной позиции, поэтому она прекрасно знала, что это не будет заметно.

- Ладно... хорошо. Я знаю одно место. Это может сработать.

- Так расскажи.

- Ты когда-нибудь слышал о "Дыре в стене"? - спросила она и повернулась к нему.

Он улыбался.

* * *

Ночь была залита искусственным светом. Полицейские фонари медленно описывали дуги, освещая кусты и поле по обеим сторонам дороги. Вспышки фотокамер внезапно и резко выхватывали человеческие останки в универсале. Шесть пар фар, включенных на полную мощность, били из полицейских машин и "Вольво" парня, который вызвал полицию. Алан прислонился к одной из машин и старался не блевануть.

Он видел, что было внутри.

Его трясло, будто на улице было ноль градусов, и в то же время он был весь в поту. Он думал только о том, что хоть ее нет среди них. Хоть это.

Фроммер потушил сигарету о разделительную линию, затем аккуратно убрал окурок в карман куртки и подошел.

Алан покачал головой.

- Я никогда... Господи, Фроммер, эта маленькая девочка...

- Я знаю, - сказал Фроммер. - Но скажу вам, я думаю, что мы все еще можем надеяться на лучшее, мистер Лаймон. Я не думаю, что мы найдем ее там. Думаю, она была бы в машине с этими беднягами. Похоже, эти парни не слишком стараются скрыть свои деяния.

Он посмотрел в сторону машины, а затем снова на Алана.

- Я же говорил вам, что не надо было смотреть, - сказал он. - Черт, мне тоже смотреть не следовало.

* * *

- Далеко еще? - спросил Рэй.

Эмиль видел, что Рэй нервничает, почти так же сильно, как этот чертов Билли за рулем. Это было не похоже на Рэя. Сейчас это был не тот парень, который мог незаметно вытащить кошелек или угнать машину средь бела дня на оживленной улице. Билли же, напротив, вероятно, родился нервным. Эмиль подумал, не стоит ли ему самому сесть за руль, но потом решил, что лучше остаться здесь, обняв за плечи эту, Как-ее-там, и играя с ее сиськами. Безответственно, но какая разница. Все будет в порядке.

- Всего несколько миль, - ответила Джанет.

- Они же не будут делать это бесплатно, - сказал Рэй.

- Знаю, - сказал Эмиль.

- И что?

Он уже обдумал это. Однако ничего не ответил. Он не собирался пока выдавать им эту информацию. Он узнал о "Дыре-в-стене" в тюряге и не думал, что это будет проблемой. Рэй, очевидно, думал иначе. Он сунул руку в карман, вытащил мятые купюры и мелочь и начал считать. Эмиль чуть не рассмеялся.

- Всего у меня семнадцать долларов и семьдесят восемь центов.

Он схватил сумочку адвоката с ее колен, открыл бумажник и начал пересчитывать наличные. Она даже не попыталась его остановить.

- У нее пятьдесят девять. Получается шестьдесят шесть, семьдесят восемь. А у тебя, Билли?

- Ровно двадцать пять долларов. Ровно столько, сколько и было - вы с Эмилем любезно угостили меня выпивкой.

- Это девяносто один, семьдесят восемь. Черт. Даже сотни нет. Эмиль? Мария?

- Мэрион.

- Извини, Мэрион. Сколько у тебя?

Эмиль ущипнул ее за сосок, она подпрыгнула и улыбнулась, а затем потянулась за сумочкой.

- Сорок три доллара пятьдесят два цента, милый.

- Ладно-ладно. Черт, забудьте о центах. Сорок три доллара. Сорок три доллара и... что?

- По-моему, мы остановились на девяносто одном, Рэй. Девяносто один доллар и семьдесят восемь центов, когда ты свои расчеты сбиваешь в кучу, - сказал Билли.

- Забудьте про семьдесят восемь центов, хорошо? Забудьте про эти чертовы центы. Это... сто тридцать четыре. Эмиль?

- Не волнуйся об этом.

- Что? Не волноваться? Господи, Эмиль! Мы попросим их вывезти нас из штата, понимаешь? А пока у нас и пятидесяти баксов на каждого нет!

- Не волнуйся об этом. У меня их полно.

- У тебя их полно. Отлично. Что значит "полно"?

- Поворот прямо здесь, - сказала адвокат. - Дорога налево, прямо впереди.

- Эмиль, - спросил Рэй. - Что, черт возьми, значит "полно"?

* * *

Однажды она проезжала мимо, движимая любопытством, но так как она была представителем судебной власти и адвокатом по делу "Маленького" Харпа, ей запретили ехать дальше и увидеть больше, чем она видела сейчас - широкую грязную грунтовую полосу шириной около двадцати ярдов, прорезанную через открытые, невозделанные поля, поднимающуюся по склону горы. Ни домов, ни ворот. Вообще никаких строений. Но любое приближение можно заметить сверху.