Фернандо Фонс

24 декабря 2018-го, Сан-Франциско

Аманда в ванной. Я по-прежнему в спальне. Под сильным впечатлением, сбитый с толку тем, что со мной происходит. Я невольно вспомнил свой первый поцелуй с Андреа и то, как она потом меня отвергла. На миг мне показалось, что Аманда сделает то же самое, что опять причинит мне боль, без всякой причины, без вины с моей стороны, но этого не случилось. Аманда не как Андреа. Аманда – это Аманда, и не нужно ее ни с кем сравнивать.

Она изменила мою жизнь или, по меньшей мере, мое восприятие жизни. Благодаря ей за несколько дней я оставил позади развод родителей, ссору с Андреа, холодность Сильвии, странное поведение Мануэля, несчастный случай.

Разве это был несчастный случай?

Да, именно так. Возможно, я не забыл, но теперь размышления об этом не приносят боли. Ведь дурные воспоминания ранят не меньше, чем несбывшиеся мечты. Теперь у меня есть Аманда. Она – все то, чего мне не хватало. Если бы она появилась раньше, я, наверное, избежал бы стольких страданий. Но я не могу винить ее. Это было бы слишком эгоистично с моей стороны.

Пора на кухню, индейка вот-вот будет готова.

Хочу выйти из спальни. Но слышу какой-то звук, жужжание. Оно раздается из сумочки Аманды. Ей кто-то звонит.

Я понимаю, что не должен этого делать, но что тут скажешь? Профессиональная деформация журналиста дает о себе знать – вечное любопытство ко всему загадочному. Беру в руки сумочку, достаю сотовый, и от имени, которое вижу на экране, все разлетается вдребезги – это «Эрик Роджерс».