Уильям Паркер

24 декабря 2018-го, Сан-Франциско

Педаль газа вдавлена в пол. Еду со скоростью сто пятьдесят километров в час по межштатному шоссе 80-I, движение на котором довольно оживленное для неполных четырех утра. «Мини» ревет от боли. Он не привык к такому обращению. Кладу руку на переключатель передач, но убираю, вспомнив, что у этой машины нет шестой передачи.

Шестая не помешала бы.

После открытого поворота два грузовика занимают полосы справа, и мне приходится резко сбросить скорость, чтобы перестроиться в третью, не разбившись о них вдребезги. Что происходит в доме Оуэнсов?

Обгоняю великанов дороги, выезжаю на съезд в сторону Дейли-сити и затем в сторону Бульвара Алемани. Переключаюсь на четвертую. На третью. Выезжаю на Кресент-авеню и снова включаю четвертую. Нужная улица впереди, за пересечением с Андерсон-стрит, такси тормозит у стоп-линии, и все чуть не идет насмарку. Сердце колотится в груди. Осталось совсем ничего.

Заезжаю на Мишн-стрит и поворачиваю направо. Вижу сине-красные огни в трехстах метрах. Забываю дышать, разгоняясь; машину заносит, когда я резко жму на тормоз. Хватаю ртом воздух, отстегиваю ремень безопасности и выхожу наружу.

Соседи глядят в просвет между шторами. Четверо агентов, в числе которых Ян и Мэдисон, держат оружие, как положено, обеими руками. Эти бедолаги повсюду.

Достаю свой пистолет SIG Sauer.

– Вы давно здесь?

– Только что прибыли, – говорит Мэдисон.

Из дома доносятся крики.

– По моей команде.

Мэдисон и Ян занимают позицию справа, двое других – слева. Я подхожу к одному из окон и заглядываю внутрь. В доме горит свет. В гостиной несколько человек: Роберт, Эва и Логан Оуэнсы. Есть и еще кто-то сбоку, кого я не могу увидеть. Они спорят. Кто это может быть?

Поднимается рука. Это мужчина. Он направляет на Оуэнсов пистолет.

– Пошли!

Входная дверь резко распахивается от удара, и агенты залетают в дом.

– Полиция!

– Брось оружие!

– Руки вверх!

Ян выхватывает пистолет у вооруженного мужчины, а Мэдисон валит его на пол и надевает на него наручники, прижимая коленом. Двое других агентов направляют на него пистолеты. Эва и Логан Оуэнсы в ужасе прячутся за Робертом, который смотрит на человека на полу со странным выражением, будто он смирился с мыслью, что умрет от выстрела в голову, но случилось нечто, что нарушило план. На полу лежит не кто иной, как Артур Эванс, он с пунцовым лицом кричит и плачет горючими слезами, которые катятся по его щекам.

– Отпустите меня! Эти выродки убили мою дочь! Они должны умереть! Пусть мучаются, как Сара! – В наручниках его поднимают с пола, и он смотрит на Роберта с яростью.

– Ты не понимаешь, что говоришь, Артур, – произносит мистер Оуэнс.

Агенты выталкивают Артура Эванса из дома и сажают в один из полицейских «Фордов». Я остаюсь с Оуэнсами.

– Что произошло?

– Этот человек спятил, – отвечает Эва Оуэнс.

– Он хотел убить нас всех, – объясняет Логан с растерянной улыбкой на лице. – Если бы вы не прибыли так быстро, мы были бы мертвы.

– Но мы прибыли. Расскажите мне все с начала, пожалуйста.

– Артур не в себе, – говорит Роберт крайне спокойно. – То, что произошло с Сарой, ужасно, не хочу даже представлять себе, каково это, и вот теперь ему нужен козел отпущения. Но я вам еще тогда сказал, инспектор: мы не имеем никакого отношения к этому делу.

– Соседи слышали выстрелы, – перебиваю я и смотрю, есть ли у них раны.

– Да. – Роберт показывает на потолок над моей головой. Я поворачиваюсь и смотрю наверх. Там две дырки от пуль. – Он пришел по-хорошему. Мы, конечно, встревожились, услышав настойчивый стук в дверь в поздний час, но, увидев, что это Артур, я тут же открыл. Он сказал, что хочет поговорить с нами, что это важно, и мы его впустили. Я не заметил пистолета. Когда он зашел, то два раза выстрелил в потолок и принялся орать. Тем самым будто сбросил маску, чтобы стать самим собой.

Пот высох, и я чувствую, как по ногам тянет холодом из распахнутой двери. Оглядываю себя: грязные брюки, рубашка с закатанными рукавами и расстегнутыми верхними пуговицами. Пытаюсь привести себя в порядок.

– Вам придется поехать со мной, чтобы дать показания.

– Сейчас? – спрашивает Логан. – На часах четыре утра, чувак.

– Логан! – шепчет мать. – Как ты разговариваешь с полицейским? – Логан пожимает плечами. – Инспектор, нам нужно отдохнуть. Это было… – Она не может подобрать слово.

– Мы приедем завтра, – подытоживает Роберт. – То есть, сегодня, но позже. Вы понимаете, о чем я, – говорит он, улыбаясь.

Смотрю в глаза Роберту Оуэну. Меня удивляет спокойствие, в котором он находится после того, как был на мушке 9-миллиметрового. Ему не впервой?

– Я сказал, что вы едете со мной. Все трое.