Фернандо Фонс

Шестью месяцами ранее, июнь 2018-го

Табернес-де-Вальдигна

Где ее найти, ему сказала Лаура. Фернандо использовал визит к матери как предлог, чтобы коснуться темы, будто невзначай, и благодаря лукавству добился желаемого, не возбудив подозрений. Оказалось, что Лаура частенько виделась с Минервой, и, как следовало ожидать, они много говорили о детях.

Андреа жила на краю города в старом доме с видами на пустырь и первые наделы апельсиновых плантаций, которые простирались до горизонта. Апельсины – самый ценный товар валенсийцев, калифорнийцы не отказались бы обладать таким сокровищем. По словам Лауры, Андреа работала в магазине рядом с домом, и хотя ее рабочий график был более чем ненормированным, Фернандо верно предположил, что ждать ее возвращения придется недолго, когда сел в засаду между машин, припаркованных на пустыре.

Спустя два томительных часа она появилась из-за угла. Андреа собственной персоной с тем же лицом, как и в пятнадцать лет. В тот момент Фернандо понял, почему ждал ее тайком: из-за страха. Из укрытия он проследил, как Андреа скользнула в подъезд. Мышцы его не слушались. Встреча провалилась. Он мог бы позвонить в звонок и поговорить с ней в квартире. Такого он не предвидел, но попробовать можно было.

Он хотел было перейти улицу, которая отделяла дом от пустыря, но ноги отказали, так что пришлось опереться на машину, чтобы не упасть. Что с ним стряслось? Он нервничал. Почему? Он часто задышал и опустился на корточки. Попытался успокоиться. Делая долгие и медленные вдохи и выдохи, повторял про себя: «Ничего страшного, ничего страшного». Реакция тела была непонятна. Ведь он так ждал Андреа. Разве нет?

Спустя несколько минут он услышал торопливые шаги по гравию. Он обернулся на звук и увидел Андреа с заплетенными в косу волосами и в спортивной форме для пробежек: серые леггинсы и черная футболка. Она удалялась по дорожке, уходившей в апельсиновые рощи. Сердце у Фернандо бешено застучало, и он поднялся одним махом. Сейчас или никогда.

Следуя за ней, он неспеша углублялся в море зелени и обдумывал, что сказать. Как она отреагирует, увидев его? Андреа свернула на тропинку вправо, и Фернандо потерял ее из виду. Перестав плестись в задумчивости, он последовал ее примеру и перешел на бег трусцой, но, добежав до поворота, увидел, как она свернула влево. Он поднажал и снова ее настиг. Коса раскачивалась из стороны в сторону в такт ритму бега. Фернандо был уверен, что она его не заметила. Но какой в этом смысл, если он хочет поговорить с ней? Издалека он увидел, как кто-то в грязной одежде и с мотыгой в руке приветствует ее, улыбаясь, со своего участка. Когда Фернандо поравнялся с ним, человек не поздоровался, а лишь подозрительно посмотрел на него. Все потому, что он бежал в джинсах?

Они снова свернули вправо, издалека на них смотрели горы, прекрасные и величественные, а затем налево. Фернандо потерялся в лабиринте из апельсиновых деревьев и сомневался, что сумеет в итоге из него выбраться. Он ускорился. Нужно было сделать рывок. Прошлое не должно омрачать настоящее. Когда между ними осталась пара метров, он окликнул ее:

– Андреа.

Она подпрыгнула, остановилась и повернулась к нему, но не сделала шага навстречу.

– Ты кто? – спросила она с недоверием.

– Я Фернандо.

– Какой Фер?..

Она вспомнила.

– Да, тот Фернандо, – подтвердил он.

– Что тебе нужно?

– Мы можем поговорить?

– Здесь? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

– Прости, что в неподходящий момент, – сказал он, подходя ближе.

– Что тебе нужно? – голос ее звучал сухо.

– Ну, на самом деле я не очень понимаю, как правильно выразиться. Я разговаривал с сеньорой Антонией, помнишь ее?

– Что стряслось с этой старухой?

– Ничего. Хотя, нет. Она заявила о краже, и я пришел к ней домой. Не знаю, известно ли тебе, но я теперь журналист. Работаю в Les Tres Creus.

– Поторопись, Фернандо. У меня пульс снижается.

– Дело в том, что она напомнила мне о тебе и… о произошедшем много лет назад.

– И? – переспросила она нетерпеливо.

– Я просто хотел сказать тебе, что я тебя прощаю.

Андреа подняла брови.

– Прощаешь за что?

Фернандо робко пожал плечами.

– Ты знаешь: за то, что прикидывалась моим другом.

– До тебя не дошло, что я сказала тогда? Видеть тебя больше не желаю.

– Знаю. Я знаю, что ты сказала и что думаешь обо мне. Но я пришел, чтобы все уладить.

Андреа расхохоталась.

– Не понимаю, что ты собрался улаживать. У нас с тобой не было ничего настоящего, Фернандо. Ни так называемой дружбы, ни сказок, которыми ты забил себе голову. – Она ущипнула его за щеку. – Ты просто сама наивность. Ты в курсе?

Фернандо резко отвел ее руку в сторону. В ответ она залепила ему пощечину, как много лет назад. Все повторилось.

Андреа посмотрела на него и, не увидев реакции, снова расхохоталась. Своим тупым смехом. Фернандо пытался представить, что она думает: невзирая на годы, он по-прежнему беззащитный ребенок. Не говоря ни слова, она отвернулась и продолжила тренировку. Фернандо смотрел, как она бежит трусцой, словно ничего не произошло, и злился. Он вскипел, как никогда до этого. Ей это просто так с рук не сойдет, не в этот раз. Он изменился, выкарабкался из того глубокого омута, в который она его столкнула, и не собирался возвращаться туда снова. Нужно было защищаться.

Он подбежал к ней и с силой толкнул в спину. Андреа упала на землю, послышался легкий хруст. Фернандо заметил неестественность положения ее тела. Затем – кровь вокруг головы. Андреа не дышала.

Она была мертва.